ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Амнион говорил об этом, когда «Планер» улетал от «Затишья».

– Тогда вам лучше запросить ее.

Майлс склонился к ней, словно в вежливом поклоне.

– Почему вам потребовалась помощь, капитан Чатлейн?

– Если «Труба» покинула станцию сразу после нас, она может выйти из роя раньше, чем мы ее догоним.

Боже! Как она устала от него! Как ей претило общение с этим амнионским чудовищем. Ей приходилось объяснять ему каждый свой шаг.

– Если крейсер получит возможность набрать необходимую скорость, он войдет в контактное поле. И тогда нам понадобятся месяцы, чтобы найти его снова. Мы должны иметь на краю роя еще одно судно, которое не позволит «Трубе» вырваться из скопища скал.

Майлс покачал головой. Это был атавистический жест, который ничего не означал.

– Я не понимаю. Вы же велели Сиро Васак испортить двигатели «Трубы». Неужели вы думаете, что он ослушается вас?

Сорас с трудом удержалась от непристойной фразы.

– Я уже отвечала на этот вопрос. Глупо надеяться только на хорошее и не предполагать плохого. Нам нужна помощь амнионов.

Мрачно поморщившись, она язвительно добавила:

– Хотя какую помощь вы можете вызвать из системы Массива-5.

Наверное, Майлс понял смысл ее сарказма.

– Я в контакте с «Затишьем», – бесстрастно ответил он.

– Что?

Сорас не могла сдержать недоверия – или испуганного возмущения.

– Вы имеете связь с запретным пространством? Не морочьте мне голову. Даже дрону потребовался бы день, чтобы доставить сообщение, а у вас дронов нет. Кроме того, «Затишье» – это огромный корабль. Его полет займет в два раза больше времени. Итого еще два дня. Вы сказали, что можете вызвать помощь, когда бы она нам ни потребовалась. Вы ничего не говорили о трехдневном ожидании.

Майлс спокойно смотрел на нее. Его лицо не выражало никаких эмоций.

– Я в контакте с «Затишьем», – повторил Тэвернер. – Наша связь мгновенная. Я могу передавать и принимать сообщения без какой-либо временной задержки. Устройство для подобного контакта было принесено на борт вместе с аэрозольными мутагенами. В настоящий момент дальность его действия достигает двух световых лет. Чтобы поддерживать контакт с «Планером», «Затишье» вошло в человеческий космос. Когда мы направились в эту систему, сторожевик полетел за нами.

Сорас с трудом сдержала изумление. Ее люди, открыв рты, смотрели на амниона.

– Наш боевой корабль передвигается очень скрытно, – продолжил Майлс. – Марк Вестабул уверен, их еще никто не заметил. На этот час они отстают от нас на полтора световых года. При корректировке курса и необходимой скорости «Затишье» может занять любую позицию на границе астероидного роя примерно через три часа.

Он удивил ее. Технология амнионов демонстрировала потрясающие достижения. От досады и отчаяния у нее заболел живот. Жгучая злость сжала горло.

– Мгновенная связь? – прошептала она. – И вы не сообщили мне о ней? Вы решили, что я недостойна этого знания?

Тэвернер сохранял невозмутимость. Его неподвижная поза предполагала пренебрежение. Чатлейн зарычала от ярости. Но возмущение ничего не меняло. Все ее сделки с амнионами были похожи на эту. Они охотно прислушивались к мнению Сорас и ценили ее подход к решению проблем, но никогда не предлагали помощь и не выполняли просьбы.

– Пусть «Затишье» летит сюда, – сурово сказала она. – Когда мы рассчитаем траекторию «Трубы», я дам вам точные координаты.

Майлс склонился по пояс. Возможно, он пытался воспроизвести человеческий поклон. Выпрямив спину, амнион резко повернулся и зашагал к выходу с мостика. Очевидно, устройство для «мгновенной связи» не было имплантатом. Скорее всего, он хранил передатчик в каюте, которую Сорас предоставила в его распоряжение.

Прежде чем Майлс покинул мостик, связистка доложила:

– Капитан, вас вызывает лаборатория. С вами хочет говорить шеф Ретледж.

Сорас подняла руку, предлагая амниону задержаться.

– Давайте послушаем, что он скажет.

Связистка нажала на пару клавиш, и динамики мостика ожили.

– Капитан Чатлейн, – произнес шеф службы безопасности. – Это Ретледж.

Сорас повернулась к микрофону, собрала остатки потрепанной храбрости и сердито ответила:

– Шеф, теперь вы сами удивляете меня. Мне казалось, что вы уже объяснили свою позицию.

Ретледж смущенно прочистил горло.

– Простите меня, Сорас. В диспетчерском центре нас слышало много людей. Сейчас я один, и это защищенный канал связи.

– Понимаю, – смягчив тон, ответила она. – В таком случае я рада слышать ваш голос. Так вы, значит, передумали?

Шеф не отважился на прямой ответ. Вместо этого он сказал:

– Вы предлагали мне обмен услугами. Так вот, у меня появилась к вам встречная просьба.

– Я слушаю вас, – подбодрила его Сорас.

Ретледж помолчал, обдумывая свои слова.

– Вы считаете капитана Саккорсо угрозой. Вы хотите избавиться от «Трубы». Это и мое желание.

Чатлейн оглянулась через плечо и убедилась, что Майлс не покинул мостик. Затем она вновь повторила:

– Я слушаю вас, шеф.

– Доктор Бекман заключил с Саккорсо сделку, – осторожно пояснил шеф службы безопасности. – Вернее, сделка состоялась между ним и Вектором Шейхидом. Динер никогда не нарушает своих обещаний. Он считает, что если мы начнем принимать участие в спорах наших гостей, к нам никто не будет прилетать. И он верен такому понятию, как «профессиональная вежливость». Бекман не желает обманывать своих «коллег», к числу которых он относит доктора Шейхида.

Ретледж огорченно вздохнул. В его голосе, несмотря на расстояние и помехи, чувствовалась мрачность.

– Однако служба безопасности находится в моей компетенции. Я должен заботиться о выживании колонии. Мне кажется, что «Труба» обладает опасным секретом, который может принести нам множество проблем. Поверьте мне, Сорас. Если этот секрет станет публичным, нас сметет штормовой волной.

«Она тебя уже накрыла, голубчик, – подумала Чатлейн. – Тебе конец».

– Я отвечу на ваши вопросы, если вы пообещаете мне уничтожить «Трубу», – сказал Ретледж. – Вместе со всем экипажем. Без исключений. Чтобы не осталось ничего! Только пыль!

Он сардонически добавил:

– А я скажу Бекману, что капитан Саккорсо погиб из-за навигационной ошибки.

Сорас не верила ему. Ретледжа не волновала социальная опасность секрета, которым обладала «Труба». Он хотел помешать распространению вакцины. Формула, которую Бекман получил от Шейхида, была слишком ценной, чтобы делиться ею с другими людьми. Но Сорас не интересовали его мотивы. Ее заботила лишь информация Ретледжа.

– Хорошо, мой друг, – без промедления ответила она. – Я выполню ваше условие. Полное разрушение. Ни одного уцелевшего.

«Включая тебя».

– Обещаю вам, что ничто не останется. Только пыль. «Похожая на прах моих желаний».

– Тогда вам лучше не медлить, – сказал Ретледж. – Я не ожидал, что Шейхид закончит свое исследование так быстро. «Труба» уже покинула станцию.

– Я все равно подлечу к вам поближе, – предупредила его Сорас.

Образы горящих людей и обугленных трупов заставили ее поперхнуться. Когда-то шеф Ретледж был ее любовником – милым и нежным, с чувствами, от которых ничего не осталось. Но воспоминания задевали струны ее души. Они царапали сердце, как тупой кинжал.

– Я хочу зайти им в хвост. Приблизившись к станции, мы развернемся и полетим за ними. Удар нанесем где-нибудь у края роя, чтобы вас не заподозрили в соучастии.

– Хорошо, – согласился шеф Ретледж.

Через вой и свист помех он добавил:

– Приготовьтесь копировать курс «Трубы» и ее протоколы.

Через пару секунд штурман доложила:

– Капитан, данные приняты.

– Мы получили их, шеф, – сказала Сорас– Скоро «Планер» войдет в зону станции и начнет разворот.

Испугавшись выдать себя дрогнувшим голосом, она поспешила закончить передачу.

– До связи, шеф Ретледж. И до новой встречи.

Отключив микрофон, она печально подумала: «Прощай. Прости меня. Прости за все».

107
{"b":"474","o":1}