ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

– А что он может сделать? – смущенно спросил юноша.

Морн с трудом перешла на более спокойную речь.

– Черт возьми, Сиро! А для чего, ты думаешь, Вектор создавал вакцину? Я не знаю, поможет она тебе или нет. Иммунное лекарство отличается от замедляющего противоядия. Оно должно быть в теле до того, как в вену вводится мутаген. Мне неизвестно, насколько эффективным оно будет в твоем случае. Но мы можем попробовать. Я полагаю, что это достойно усилий.

Взглянув на нее, Сиро зажмурился и закрыл лицо руками. Очевидно, он боялся поверить, что Морн может оказаться права. Мика тоже с досадой поняла, что не в силах перепрыгнуть от отчаяния к надежде. Противоречивые эмоции мешали ей принять возможность счастливого исхода. Она должна была навести порядок в своей душе. Стараясь чем-то занять себя, Мика полетела к двери и открыла ее на тот случай, если Вектор не знает номера каюты. Он в это время остановился на пороге и поднял руку, чтобы постучать. Мика схватила его за костюм и втащила в комнату. Захваченный врасплох ее неистовым гостеприимством, он замахал руками в напрасном усилии изменить траекторию. К счастью, Морн пришла ему на помощь и, поймав Вектора за плечи, остановила его стремительный полет.

Синие глаза Шейхида сияли от возбуждения. Похоже, он переживал такое же смятение чувств, что и Мика. Но в отличие от нее, он умел фокусировать свое внимание. Как только Вектор увидел лица друзей, он тут же забыл о незавершенном тексте сообщения.

– Что случилось? – спросил Шейхид. – Чем я могу помочь?

Морн глубоко вздохнула и задержала дыхание, собираясь с силами. Затем она быстро изложила Вектору суть печальной истории Сиро.

– Ты знаешь о вакцине и мутагенах больше, чем мы, – закончила она. – Скажи нам, что делать.

Как инженер, Шейхид был компетентным человеком. Но в генетике с ним мало кто мог сравниться. Его осведомленность в этой сфере вызывала восхищение. Он слегка нахмурился. На округлом лице появились тонкие морщинки – признание серьезности проблемы. Однако Вектор знал ответ.

– Главное, не переставай принимать противоядие, – сказал он Сиро.

Своим грубоватым и добродушным тоном Шейхид давал понять, что не видит причин для паники.

– Возможно, эффект этого лекарства временный, но он даст нам отсрочку. Кстати, как много времени у нас осталось?

Мика с трудом вникала в смысл его слов. Путаница мыслей толкала ее в объятия обреченности. Однако Сиро отнесся к вопросу генетика с пониманием. Хотя его кадык конвульсивно дернулся, он тут же ответил:

– Сорас дала мне таблетки с расчетом на двенадцать часов. Я проглотил предыдущую…

Он взглянул на хронометр.

– … девять минут назад.

Сиро вытащил из кармана небольшой пузырек.

– Это все, что у меня осталось.

Вектор кивнул.

– Нам хватит.

Он повернулся к двери.

– Мне нужен шприц. Я сейчас вернусь.

Мика опустилась на койку. Она не знала, как справиться с пожиравшим ее страхом. Ей казалось, что Морн ошибается – что Вектор пришел слишком поздно и уже не успеет спасти ее брата. Задыхаясь от эмоций, она прошептала:

– Что это нам даст?

Вектор оглянулся и, приподняв бровь, посмотрел на нее.

– Мне нужно взять его кровь на анализ, – объяснил генетик. – Системы лазарета проведут тестирование. Они вряд ли ответят на мои вопросы, но покажут, насколько этот мутаген напоминает прототипы, с которыми справляется вакцина.

Он как бы нехотя заметил:

– За пару последних часов я многое узнал о возможностях иммунного лекарства.

Сиро ловил каждое слово Шейхида. Возможно, уверенность генетика помогала ему взращивать надежду на свое спасение. Но Мика отвергала возможность чуда. Если бы она поверила Вектору, а тот вдруг потерпел бы неудачу, она убила бы его – безжалостно и грубо.

– Что нам даст такая проверка? – мрачно спросила она.

Вектор пожал плечами.

– Если сходство будет достаточным и если противоядие действительно удерживает мутаген в латентном состоянии, то наша вакцина подействует. Как вы помните, она не является органическим иммунным лекарством. Она не стимулирует сопротивляемость ДНК. Вакцина содержит культуру генетически модифицированных микробов, которые функционируют как связующее вещество. Они прикрепляются к нуклеотидам мутагена и делают их инертными. А затем эти спаренные цепочки выводятся из организма вместе с отходами. Конечно, новшество заключается в том, что мутаген уже введен – что он находится в теле. Большинство амнионских препаратов действуют мгновенно, но в данном случае используется замедляющий реагент, и значит, наша вакцина будет иметь время на нейтрализацию мутагена.

Морн подтолкнула его к двери.

– Все! Приступай к работе, – сказала она. – Теоретические вопросы мы обсудим позже.

Вектор кивнул. Он посмотрел на Мику, давая ей возможность возразить или высказать свое личное мнение. Она прикусила губу и ущипнула пальцами бедро, принуждая себя к молчанию. Шейхид склонил голову в вежливом поклоне. Этот формальный жест указывал на понимание и уважение. Открыв дверь, генетик покинул каюту. Мика тут же оттолкнулась от стены и направилась к Сиро. На этот раз он с благодарностью ответил на ее объятия.

– Прости, – прошептала она. – Я не хотела давить на тебя. Я просто испугалась, что сойду с ума.

Он кивнул и погладил ее по мокрой щеке.

– Я пошла на мостик, – смущенно сказала Морн. – Попытаюсь успокоить остальных – они ведь тоже тревожатся.

Она имела в виду Сиба, Дэйвиса и Энгуса.

– Возможно, Термопайл проведет поиск по базам данных полиции Концерна и найдет что-нибудь полезное.

Повязка сползла на здоровый глаз Мики. Она промолчала. Сейчас ее заботой был брат – ей нужно было поддержать его контакт с внешним миром.

Дарин

В астероидном рое, защищавшем тайны лаборатории, скрывался еще один корабль. Его капитан – Дарин Скройл – сидел за командным пультом и наблюдал за работой своих людей. Трое смельчаков, вышедших в открытый космос, находились под прицелом прожекторов и видеокамер «Завтрака налегке». Дарин видел их фигуры на большом экране.

Он рассеянно почесал живот через ткань костюма. Его дежурная смена следила за ближним пространством, усеянным скалами. При любом намеке на проблему он получил бы своевременное предупреждение. Но за наружными работами Дарин наблюдал самостоятельно. Он слишком ценил своих людей, чтобы доверять заботу о них кому-нибудь другому. В случае непредвиденных обстоятельств он намеревался предпринять необходимые меры по их спасению.

Они цеплялись «кошками» и присосками за грубую поверхность астероида. Небольшая скала была сопоставима по размерам с мостиком. Двое из разведчиков закрепились у подножия бетонного основания, на котором возвышался ретранслятор станции. Через него велась передача данных от сканерной сети к лаборатории.

Дарин не раз навещал колонию Бекмана. Во время одного из таких визитов он выкрал схему ретрансляторов и теперь был уверен, что сканерная сеть еще не засекла его корабль. Диспетчерский центр лаборатории не знал, что «Завтрак налегке» находился в непосредственной близости от станции. Если только в расчеты не вкралась ошибка…

Скройл пожал плечами. Ошибался он или нет, дело шло к завершению. Как только группа разведки подключится к фидеру антенны, он узнает, насколько точными были его расчеты.

Вид маленьких фигур на фоне стремительного движения скал вызывал у Дарина тошноту. Это было нормально: он без страха выходил в открытый космос, но всегда переживал, наблюдая за наружными работами своих людей. Тем не менее он не спускал с экрана глаз. Там, за бортом корабля, члены его команды рисковали жизнью. Ради них он согласился бы терпеть любые неудобства.

Через несколько минут динамики ожили. Мостик захлестнула волна статических помех.

– Капитан, мы закончили, – доложила его помощница Пейн Сьюза. – Подключение произведено. Вы получаете данные?

– Системотехник? – не оборачиваясь, окликнул Дарин.

111
{"b":"474","o":1}