ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Топ-менеджер: Как построить карьеру в международной корпорации
Мои южные ночи (сборник)
Моцарт в джунглях
Шестнадцать против трехсот
Омерзительное искусство. Юмор и хоррор шедевров живописи
Наши судьбы сплелись
Опасное увлечение
World Of Warcraft. Traveler: Путешественник
Сплетение
Содержание  
A
A

Он замолчал. Дэйвис в отчаянии смотрел то на него, то на мать.

– Может быть, имеется другой вариант? – мрачно спросила Морн.

– Да, – задыхаясь от избытка чувств, ответил Энгус. – Ты можешь помочь мне изменить программное ядро.

– Изменить ядро? – вскричал Дэйвис.

Он отпрыгнул к трапу. Его негодованию требовался груз – или, точнее, якорь. Вцепившись руками в перила, он встряхнул головой. Его душила ярость, навеянная отождествлением с Морн. Дэйвис помнил о всех ее страданиях, хотя его тело не имело к ним никакого отношения.

– Это невозможно! Чипы не поддаются перезаписи! Ему очень хотелось, чтобы это было невозможным.

– Они не могут изменяться. В ином случае их применение потеряло бы смысл.

Однако это была чужая ярость. Воспоминания о страданиях принадлежали Морн. Он получил их во время принудительного развития на Станции Всех Свобод. Но затем его разлучили с матерью и держали в изоляции, как пленника, – до тех пор, пока Энгус не выкрал Дэйвиса из застенков Билла.

– Зачем мы вообще об этом говорим? – сердито спросил юноша. – Морн, ты не должна помогать ему. Вспомни, как он обращался с тобой на «Красотке». Если ты выполнишь его просьбу, то позже горько пожалеешь. Он уже знает, что будет делать с нами. Ты дашь ему свободу, а он повеселится всласть.

Дэйвис настаивал, требовал, умолял.

– Сочувствовать надо с умом! Он киборг, и пусть выполняет приказы! Если не можешь командовать им сама, то поручи это мне. И не забывай о Нике. Нам надо подготовиться к схватке с Саккорсо.

Морн упрямо покачала головой. Когда ее сына хотели отдать амнионам, она захватила «Мечту капитана». Чтобы вернуть Дэйвиса обратно, она пригрозила уничтожить корабль и большую часть Станции Всех Свобод. Позже, сходя с ума в запертой каюте, она часами рвала волосы, пока Сиб Макерн не выпустил ее. Сколько раз она должна была покориться злу и признать свое поражение! Ник продал ее амнионам. Морн помнила, как ей вводили в вены мутагены. Она помнила, как ожидала рибонуклеиновой конвульсии, которая лишила бы ее разума и человечности. Нет! Ее гнев был другого вида.

– Дэйвис, замолчи, – велела она. – Давай, послушаем его. Нам нужно понять, какой у нас остался выбор.

Повернувшись к Энгусу, она спросила:

– Значит, ты можешь изменить программное ядро?

Термопайл никак не реагировал на ее перепалку с Дэйвисом. Его внимание было сфокусировано на Морн и надежде, которую она воплощала. Все остальное казалось ему неважным. Как только Морн заговорила с ним, он ответил:

– Я могу редактировать его. Но мне потребуется твоя помощь.

– Объясни.

Она имела в виду три вопроса: «Как ты это сделаешь?», «Каким образом ты получил такое знание?» и «Почему о данном методе ничего не известно в человеческом космосе?»

Наверное, он понял ее.

– Меня научили амнионы.

Слова давались ему с трудом. Казалось, он вытаскивал их из глубокого колодца. Или, возможно, Энгус боялся реакции Морн на свои откровения. Бесстрастным голосом машины он пояснил:

– Несколько лет назад я захватил рудовоз «Сны наяву». Команда состояла из двадцати восьми человек. Я не стал убивать их. И мне не нужен был груз.

Морн захотелось остановить его. Она не думала, что вынесет рассказ Термопайла. В ее сердце нарастал чудовищный холод, как будто на мостик просочилась космическая пустота.

– Я отвез их на Малый Танатос и продал амнионам, – флегматично продолжил Энгус– Двадцать восемь человек. Ни один нелегал не предлагал амнионам такого количества людей. Взамен они научили меня редактировать программное ядро «Красотки».

Странный озноб нарастал и распространился вовне, заставляя Морн содрогаться. Ник тоже продал ее амнионам. Он пытался отдать им Дэйвиса. Но двадцать восемь человек…

Энгус неловко пожал плечами.

– Именно поэтому служба безопасности Рудной станции не нашла никаких доказательств, обличавших меня в преступлениях. Именно поэтому я оказался здесь. В таком виде.

По его лицу вновь побежали слезы, но это был не плач, а пот истерзанной души.

– Программное ядро «Красотки» не содержало никаких компрометирующих фактов, которые могли быть использованы в суде.

Озноб достиг плеч и прокатился по рукам. К Морн прикоснулся абсолютный холод – дыхание ледяной и безысходной бездны. Пират, продавший амнионам двадцать восемь человек, просил ее вернуть ему свободу.

– Ты злобная тварь! – сдавленно выкрикнул Дэйвис. – Мерзкое чудовище! Как ты можешь с этим жить? Как ты носишь такое бремя?

Энгус промолчал. Но Морн знала ответ. И это было так же интимно, как изнасилование. Он не вынес бремени вины. Он убежал от себя. Термопайл всю жизнь убегал от собственной тьмы – от насилия к насилию, от старых ужасов к новой боли.

– Объясни, – повторила она.

Ее голос дрожал от холода.

– Как ты это сделаешь?

Вопросы Дэйвиса и Морн диаметрально отличались друг от друга. Энгус благодарно кивнул головой.

– Данные, записанные в чипах, не подлежат изменению, – ответил он. – Новая информация добавляется к старой. Запись нельзя редактировать. Однако программисты могут создавать особые фильтры, которые маскируют определенные данные в процессе чтения. То есть информация по-прежнему остается в чипе, но не показывается пользователю. Этот метод бесполезен, поскольку фильтр отображается вместе с незамаскированными данными. Любой специалист увидел бы подвох.

Морн трепетала от ярости, словно Энгус глумился над ней.

– Проверку можно обойти, написав прозрачный фильтр, – продолжил Термопайл. – Он будет показан, но его никто не увидит, так как все остальное будет выглядеть нормальным. Однако в этом методе имеется слабость. Чип только добавляет данные. Информация в нем располагается линейным образом, то есть последовательно. И поскольку мы устанавливаем прозрачный фильтр после замаскированных данных, он тоже будет определяться в процессе чтения.

Энгус замолчал. Возможно, он оказался в точке пересечения директорий, прописанных в логическом древе его программного ядра, или попал в ловушку между командами полиции Концерна рудных компаний и собственным отчаянием. Чем больше содрогалась Морн, тем сильнее лицо киборга покрывалось потом. Его глаза округлились, сверкая желтым цветом.

– Говори, – раздраженно прошептал Дэйвис– Не останавливайся.

Энгус встряхнулся и произнес:

– Хитрость амнионов заключается в том, что они пишут фильтр, повторяющий структурную схему чипа.

Голос киборга царапал барабанные перепонки, как ржавый клинок.

– В этом случае его можно считать невидимым. В процессе чтения данных вы не видите программы чипа – вам выдается только информация. То же самое происходит и с нашим новым фильтром.

Чтобы сдержать дрожь, Морн обхватила себя руками. Приступы озноба стали мощными и продолжительными. Зубы стучали, пока она не стиснула челюсти.

– Я не могу создавать такие программы, – добавил Энгус. – Но амнионы могут. Они разработали уникальные коды и языки программирования. Тем не менее я научился у них некоторым практическим приемам.

Его глаза источали просьбу, как открытые раны.

– К примеру, сейчас мне известно, что мое программное ядро и главный чип «Красотки» имели сходную структуру. Используя эту схематическую однотипность, я мог бы написать программу фильтра, которая блокировала бы мои приоритетные коды. После такой маскировки я перестал бы подчиняться чужим приказам.

Через леденящую дрожь Морн отрешенно подумала, что программные ядра кораблей действительно могли иметь одинаковую структуру. Полиция Концерна была единственным поставщиком таких устройств – по крайней мере в человеческом космосе. А значит, методы производства чипов не менялись годами.

– Черт! – воскликнул Дэйвис.

Он смотрел на Термопайла с испуганным очарованием. Несмотря на инстинктивное отвращение к пиратскому прошлому Энгуса, юноша был увлечен его объяснением.

– А ты можешь пойти еще дальше? Ты можешь скрыть оригинальную программу и заменить ее собственной?

81
{"b":"474","o":1}