ЛитМир - Электронная Библиотека

Единственное, что Джессика понимала, – так это то, что ее предали. Ей было так больно, что не передать словами. Хотелось крикнуть Джейку: «Ведь я считала тебя своим другом! Думала, что ты поймешь, доверяла тебе…» Джессика сжала деревянную ложку с такой силой, что костяшки пальцев побелели и заныло плечо.

– Я люблю Дэниела, – дрогнувшим голосом проговорила она. – И никогда его не брошу.

– Любишь? Да что ты, черт подери, знаешь о любви! Ты благодарна ему, только и всего! А для того чтобы мужчина и женщина жили вместе, одной благодарности мало. Неужели ты не понимаешь, что, вернувшись к Дэниелу, окажешь ему плохую услугу? Как, ты думаешь, он будет себя чувствовать, находясь рядом с тобой изо дня в день и зная, что никогда не сможет сделать тебя по-настоящему своей? А ты сама? Ведь ты женщина, а не какое-нибудь каменное изваяние! С таким мужем, как Дэниел, ты уже через полгода переспишь на ранчо со всеми, кто носит штаны!

У Джессики внутри что-то оборвалось. Она порывисто обернулась вне себя от ярости и обиды и, не понимая, что делает, швырнула ложку в своего обидчика. Горячий соус огнем опалил ему шею. От неожиданности и боли Джейк завопил и, непроизвольно вскинув руку, толкнул Джессику прямо в грудь.

Она потеряла равновесие. Джейк замер: на его глазах Джессика падала прямо в костер…

Глава 8

Все произошло в какую-то долю секунды. Джейк бросился к Джессике, выхватил ее из огня и, повалив на землю, лихорадочно сбивал руками язычки пламени, уже успевшего охватить брюки и подол рубашки. Джессика тихонько беспомощно всхлипывала. Будь у нее силы, она вопила бы в голос. Почувствовав едкий запах паленого, Джейк пришел в ужас и еще усерднее принялся сбивать огонь.

– Джессика… О Господи… Прости меня. Я не хотел… О Боже, Джессика, ты не очень обожглась? Тебе больно?

Сначала Джессика была настолько испугана произошедшим, что решила, будто Джейк почему-то надумал ее избить. Плача, она попыталась вырваться, но, заметив, что на ней горит одежда, перестала сопротивляться и безропотно подчинилась Джейку. А он все катал и катал ее по влажной траве, исступленно колотя по ней руками. Наконец усилия его увенчались успехом. Он оказался на Джессике, однако ему и в голову не приходило подняться. Лицо его было белым как мел, глаза потемнели от страха. Джессика лежала, прерывисто дыша и вздрагивая всем телом. Только сейчас до нее дошло, какой страшной смерти она избежала. Она слышала, о чем ее спрашивал Джейк, но не могла вымолвить ни слова.

– Н… нет, – наконец выдавила она из себя хриплым шепотом. – Я н… не обожглась… Со мной все в порядке.

Джейк медленно закрыл глаза. Тело его обмякло. Уронив голову ей на грудь, он выдохнул:

– О Господи… Прости меня. Я не хотел тебя толкать.

Джессика лежала, ничего не соображая. В висках у нее по-прежнему стучало от страха, дыхание с трудом вырывалось из груди, руки и ноги тряслись. И казалось самым естественным обхватить Джейка руками за шею и прижаться к нему.

Джессика ощущала на груди его горячее, прерывистое дыхание, чувствовала тяжесть его сильного тела. Руки ее зарылись в его шелковистые густые волосы, пальцы коснулись теплой шеи, и Джессику внезапно пронзило острое чувство наслаждения. Было так приятно ощущать на своей груди горячее дыхание Джейка, чувствовать неистовое биение его сердца. Казалось таким естественным находиться в его объятиях и самой обнимать его. Ужас, который она только что пережила, улетучился в мгновение ока. Теперь Джессика испытывала лишь облегчение и отчаянную радость оттого, что осталась цела и невредима, что Джейк в очередной раз спас ее.

Но мало-помалу Джессикой овладели и другие чувства, незнакомые и немного пугающие, однако очень приятные. Нога Джейка лежала между ее ног, его узкие бедра прижимались к ее бедрам, сквозь тонкую ткань рубашки ощущалось тепло его щеки. Внезапно Джессика почувствовала, что соски ее как-то странно заныли и затвердели. Только сейчас она наконец-то сообразила, в какой неприличной позе они лежат, и сердце ее забилось быстрее. Но самым странным было то, что ей хотелось, чтобы так они с Джейком лежали всю жизнь, и при мысли об этом она вспыхнула.

Должно быть, и Джейк в этот момент подумал о том, что поза, в которой они лежат, не вполне пристойна. Не глядя на Джессику, он откатился в сторону и, все еще прерывисто дыша, улегся с ней рядом, а Джессику пронзило острое чувство одиночества. Рука Джейка лежала у него на груди, и Джессика видела, как подрагивают его пальцы в такт биению сердца.

Джессика заставила себя сесть, хотя тело было как ватное, а сердце все никак не могло возобновить свой нормальный ритм. Однако свое состояние она приписала только что пережитому страху.

– А как ты? – с трудом выдавила Джессика.

Она заметила у него на шее, в тех местах, куда попали брызги от соуса, несколько маленьких красных пятнышек, и сердце ее сжалось. Робко протянув руку, она легонько коснулась кончиками пальцев ожогов. Глаза их встретились. На мгновение в них промелькнула трепетная нежность, и Джессике живо припомнились те чувства, которые она только что испытала, лежа в его объятиях.

Джейк сел и, отвернувшись, бросил хриплым голосом:

– Да, все хорошо.

Прошло немного времени, и он пошел к костру. Почти машинально Джейк подбрасывал в костер дрова, удивляясь тому, что горшочек с мясом не перевернулся.

А Джессика села и, обхватив ноги обеими руками, уперлась подбородком в колени, как любила сидеть с детства. Некоторое время царило молчание. Джессика первой нарушила его. Даже не пытаясь скрыть звучавшую в голосе боль, она тихо спросила:

– Почему ты это сказал, Джейк? Почему ты вечно говоришь мне всякие гадости? Чтобы побольнее обидеть?

Джейк обернулся. В глазах его застыло беспомощное выражение. Он не знал, что делать. После того, что только что произошло, он не мог заставить себя грубить Джессике. Она сидела, обхватив руками колени, и в этой позе казалась маленькой и беззащитной, как девочка. Язык не повернулся бы накричать на нее. Джессика нетерпеливо ждала объяснений, и Джейку волей-неволей пришлось их давать.

– Черт подери, Джессика, я вовсе не хотел тебя обидеть. – В голосе его прозвучали непривычно нежные, хотя и нетерпеливые нотки. – Неужели ты считаешь, что я целыми днями только и думаю о том, как бы побольнее тебя уколоть? Я пытаюсь помочь тебе, неужели ты этого не понимаешь?

Джейк и в самом деле придерживался того мнения, что для всех – не только для Дэниела и его самого – будет лучше, если Джессика куда-нибудь уедет. Куда угодно, только подальше от «Трех холмов». Он и раньше так считал, а теперь и подавно.

Лицо Джессики оставалось бесстрастным.

– Нет, не понимаю. Почему ты говоришь, что Дэниел мне не настоящий муж? Ты же знаешь, что это не так. Ведь ты присутствовал на нашей свадьбе. И хотя венчал нас не священник…

Джейк почувствовал нарастающее раздражение и поспешно отвернулся к костру, пытаясь его скрыть.

– Ты прекрасно знаешь, что я не это имею в виду.

– А что? – Голос Джессики прозвучал недовольно. – Я буду ему хорошей женой. Пусть я не настоящая леди, с которыми он привык иметь дело, и не так изящна, но я выучусь хорошим манерам. Я буду вести хозяйство, заботиться о Дэниеле, рожу ему детей.

Джейк медленно обернулся.

– Ты… что?..

Уловив в голосе Джейка неподдельное изумление, Джессика растерялась. Чему это он так удивился?

– Я… я сказала, что буду матерью его детям…

Джейк не верил своим ушам. В полном недоумении уставился он на Джессику. В ее огромных голубых глазах, которые он уже так хорошо знал, не было ни тени фальши. Решительно вздернутый подбородок выражал немедленную готовность его владелицы встать на защиту своих прав. Правда, голос чуть дрожал, но это можно было отнести за счет волнения. Он ничего не понимал. Неужели она и в самом деле ничего не знает? Неужели такое возможно?

Очень осторожно, боясь спугнуть Джессику, Дэниел спросил:

29
{"b":"4743","o":1}