ЛитМир - Электронная Библиотека

Несмотря на явные способности к верховой езде, Джессика ужасно устала, и теперь каждая частица ее тела молила о пощаде.

Шагая рядом с Джессикой по дощатому тротуару, Джейк весело ухмыльнулся.

– Не знаю, как ты, а я чертовски рад, что сегодня нам не придется спать на земле. Как ты смотришь на то, чтобы остановиться в этом городишке на пару деньков? Хоть отдохнем немного да походим по магазинам. Тут неподалеку я заметил телеграф. Можно послать в «Три холма» телеграмму. Черт подери! Мы можем даже большую часть пути проделать в дилижансе!

У Джессики загорелись от радости глаза, и не только потому, что ей выпало счастье наконец-то поспать в нормальной постели и хорошенько поужинать, но и оттого, что впервые за много дней Джейк ей улыбался. Последняя часть пути выдалась нелегкой, и Джейк с Джессикой почти не разговаривали. А вот теперь можно отметить скорое возвращение домой. Джессику переполняла бешеная радость.

– Это было бы просто замечательно, Джейк! Как ты думаешь, я смогу здесь принять ванну? – воскликнула она.

Джейк рассмеялся.

– Леди, вы можете получить здесь все, что вам заблагорассудится.

Джессика еще ни разу в жизни не была в салуне и теперь, входя следом за Джейком через вращающиеся двери в тусклое помещение, почувствовала благоговейный трепет. Однако она была несколько разочарована тем, что в салуне не оказалось рогатых и хвостатых чудищ, а ее саму тотчас же при входе не поразили гром и молния. В этот час дня в салуне было очень мало посетителей и стояла тишина. Лишь в самом дальнем углу за столиком азартно резались в карты несколько мужчин да какой-то старик с шустрыми глазками в запыленной одежде сидел в одиночестве, ковыряя вилкой в тарелке. При появлении Джейка с Джессикой разговоры тут же стихли и все взоры устремились на Джессику. И тут только она поняла, что вид у нее и впрямь оставляет желать лучшего.

Мужская одежда, порванная и грязная, висела на ней мешком, пыльные нечесаные волосы в беспорядке рассыпались по плечам, ноги обмотаны какими-то тряпками… Съежившись, Джессика попыталась спрятаться за спину Джейка, подальше от подозрительных взглядов, хотя слишком близко подходить к Джейку тоже не хотелось: вдруг ему стыдно, что он заявился в приличное заведение с такой кикиморой. Она робко коснулась рукой лица, в полной уверенности, что оно вымазано грязью, потом волос, злясь на себя, что не догадалась хотя бы перевязать их какой-нибудь веревочкой. Однако Джейка, похоже, ничуть не смущал ее внешний вид. Подойдя к стойке, он поздоровался с хозяином заведения и небрежно бросил:

– Две чистые комнаты на одну ночь.

Хозяином салуна был низенький костлявый мужчина с седыми усами, порыжевшими от табака, узенькими блеклыми глазками и грязными руками с траурной каймой под ногтями. Его помятая рубашка, когда-то белого цвета, теперь казалась такой же грязно-серой, как и его старенькие подтяжки. Фартук был усеян многочисленными пятнами. Вперившись в Джессику долгим взглядом, он не спеша осклабил в ухмылке нечищеные желтые зубы.

– Ваше дело, мистер, но стоит ли тратить деньги? Для вашей женщины у нас есть отличная конюшня. И совсем недорого, всего двадцать пять пенсов за ночь.

Игроки в карты разразились оглушительным хохотом, а Джессика от стыда готова была сквозь землю провалиться. Нужно было подождать Джейка на улице, с отчаянием подумала она. И вдруг, прежде чем она поняла, что происходит, Джейк молниеносным движением схватил хозяина за рубашку, поднял в воздух и притянул к себе. Смех тут же стих.

Убийственно спокойным голосом Джейк произнес:

– Я уже давно путешествую, мистер, и привык отстреливать всяких гадов, встречающихся на моем пути. Так что советую подбирать выражения, когда ты говоришь о моей сестре.

Мужичонка, оглядев зал и не найдя поддержки, взволнованно пробормотал:

– Слушаюсь, мистер, как прикажете…

Медленно опустив хозяина салуна на пол, Джейк с преувеличенной старательностью принялся разглаживать на его рубашке складки.

– Почему бы тебе просто не дать мне два ключа? И занимайся себе своим поганым делом.

Не отрывая от Джейка глаз, хозяин пошарил под стойкой и вытащил оттуда два ключа.

– Два доллара каждая комната.

Голос его звучал сердито, взгляд был настороженным. Бросив на стойку пять долларов, Джейк взял ключи.

– Я хочу, чтобы в комнату дамы принесли ванну и горячую воду. – Слово «дама» Джейк произнес с нажимом и, уничтожающе улыбнувшись, добавил: – Немедленно.

Хозяин заведения отдал приказание помощнику, а Джейк, повернувшись к Джессике, ласково ей улыбнулся и вручил ключ с бумажной бирочкой, на которой стояла цифра «шесть».

– Я хочу сходить на почту и дать телеграмму, – проговорил он. – Не бойся, эти ослы… джентльмены, – с усмешкой поправился он, – тебя не обидят. Оставайся в своей комнате до моего возвращения, а потом мы с тобой сходим поесть.

Видя, что Джейк спокоен, Джессика и сама успокоилась и с улыбкой тихо сказала:

– Хорошо.

Картежники возобновили за ее спиной игру, и, когда Джессика поднималась по лестнице, никто, кроме Джейка, на нее не смотрел. То, что она сейчас примет ванну, настолько обрадовало Джессику, что она тотчас же забыла о произошедшем с ними неприятном инциденте. Кроме того, ей очень понравилось, что Джейк назвал ее сестрой: в груди разлилось блаженное тепло.

Комната оказалась крошечной и узкой. Обстановка была убогая: кровать с продавленным матрасом, застеленная сероватыми простынями, умывальник с треснувшим фарфоровым тазом и кувшином и стул с прямой спинкой. Но это была настоящая комната с прочными деревянными полами и настоящая кровать с подушкой. Так чего еще желать? Жалкая комната казалась Джессике чудесным дворцом. Вздох восхищения вырвался из ее груди, когда она опустилась на кровать и с удовольствием провела рукой по тощему матрасу.

Вспомнив, как Джейк встал в салуне на ее защиту, Джессика улыбнулась, а глаза ее приняли мечтательное выражение. В последние дни он держался слишком отчужденно, и Джессика никак не могла понять, о чем он думает, жалеет ли, что завез ее так далеко. Она не раз задавала себе вопрос, изменились ли их отношения от того, что произошло между ними в последний вечер, который они провели на болоте, и как вообще все это могло произойти…

Воспоминание о губах Джейка, прильнувших к ее губам, о его теплом теле, прижавшемся к ее телу, о нежных, ласковых руках, касающихся ее лица, преследовало Джессику день и ночь, не давая покоя. Он поцеловал ее, и одного воспоминания об этом оказалось достаточно, чтобы у Джессики сердце начинало исступленно колотиться в груди, а по телу разливалось восхитительное блаженное тепло, которого ей прежде еще никогда не доводилось испытывать. И хотя в глубине души Джессика очень дорожила этими минутами, хотя переживала их снова и снова, она неоднократно пыталась забыть все, что произошло, поскольку этот эпизод в корне изменил ее взаимоотношения с Джейком. Джессика была убеждена, что Джейк поцеловал ее случайно, он вовсе не собирался этого делать и никогда больше не допустит подобной вольности. Так что чем скорее она забудет о случившемся, тем лучше. Джейк уже наверняка забыл обо всем. А сегодня даже назвал ее своей сестрой.

Джессика попыталась убедить себя в том, что именно его сестрой ей и хочется быть. Однако это ей не вполне удалось.

Джейк покинул салун в самом отвратительном расположении духа, но, пройдясь по дороге, стал отходить. Не хватало еще после всего, что они с Джессикой пережили, расстраиваться из-за каких-то недоумков. Он преодолел все свалившиеся на его голову трудности, достойно вышел из всех переделок, и теперь, когда все испытания остались позади и его наконец-то ждет теплая постель и нормальная еда, Джейк был твердо намерен насладиться ими. У него есть все основания считать себя счастливым, ведь он почти дома.

Дэниелу он послал телеграмму следующего содержания: «Джессика вне опасности. Едем домой. Остановились на пару дней в Дабл-Спрингс. Беспокоимся о тебе. Ждем ответа».

40
{"b":"4743","o":1}