ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Икигай. Смысл жизни по-японски
«Я слышал, ты красишь дома». Исповедь киллера мафии «Ирландца»
Ты меня полюбишь? История моей приемной дочери Люси
Мег
Разбитые окна, разбитый бизнес. Как мельчайшие детали влияют на большие достижения
Линкольн в бардо
Темный лес
Дикие гены
Время не знает жалости
A
A

Такие дороги нередко вели вечную борьбу с окружающим миром. Посреди тракта запросто могли вырасти молодые деревца, а зимой под тяжестью снега валились толстые стволы, постепенно стирая с лица земли наименее наезженные трассы. Ковер из прелой хвои приглушал шаги Кариган, придавая всей дороге заброшенный вид, хотя девушка и шагала по главному торговому пути, ведущему в Селиум с востока.

Она не останавливалась, пока не заурчало в животе от голода. Среди холодных теней леса Кариган отыскала полянку, согретую лучами солнца, и съела несколько кусков хлеба с сыром, запив их пригоршней воды из ручья, бегущего рядом с дорогой. Случалось ей пробовать напитки повкуснее, но особого выбора не было.

Перекусив, девушка плеснула воды в лицо. После ночи у дороги она чувствовала себя невероятно грязной и уже начала тосковать по горячим ваннам и полноценным обедам в школе.

— И не думай говорить, что ты жалеешь о побеге… — Кариган обернулась, словно могла разглядеть вдали на холме весь комплекс университетских зданий, похожих на храмы.

Удивительно, как ночь в придорожной канаве изменила ее взгляд на события вчерашнего дня, сделала их менее важными, менее обидными. Девушка продолжала смотреть на дорогу, которая меньше чем через день пути приводила к школе. Руки сами собой сжались в кулаки, а зубы стиснулись. Она еще покажет декану.

«Значит, вы собираетесь выгнать меня из школы? Посмотрим, как вам понравится разговор с моим отцом…» Кариган улыбнулась, представив своего отца, в ярости возвышающегося над сжавшимся в комок деканом Гейером.

Потом ее плечи опустились, и улыбка сползла с лица. Бесполезно. Отец же ей не подчиняется. А если он согласится с деканом, что наказание заслуженное?

Кариган наподдала ногой щебенку, усыпавшую дорогу, и камешки брызнули во все стороны. Боги, ну и кашу она заварила. Девушка надеялась добраться в Корсу прежде письма от декана, чтобы раньше изложить отцу свою версию произошедшего. Как ни крути, неприятностей не избежать. Может, ей наняться на купеческую баржу и навсегда уплыть от родных берегов? В конце концов, именно так некогда поступил ее отец.

Девушка сунула кулаки в карманы и, склонив голову, неохотно побрела вперед по дороге.

Она спугнула бельчонка, сидящего на пне, оставшемся от сраженного молнией дерева. Зверек запищал, а затем и завизжал, распушив хвостик. Сначала замер на месте, потом заметался по пню из стороны в сторону, совсем растерявшись.

— Прости, что напугала тебя, малыш.

Не смолкая, бельчонок бросился в кусты и побежал по усыпанной прелой листвой земле с таким шумом, будто не крохотный зверек, а огромное чудище мчалось через лес.

Кариган продолжила путь, фальшиво насвистывая мелодию. К ее удивлению, хруст сухих листьев под беличьими лапками не затих, а наоборот, сделался гораздо громче. Девушка застыла в испуге.

Шум превратился в настоящий грохот. Деревья и кусты тряслись, будто дикий зверь, гораздо больше несчастного бельчонка, ломился через бурелом. Девушке немедленно представились бешеные волки и рыси. У нее не было даже подобия оружия, чтобы защититься от зверя, а убежать Кариган не могла; казалось, она вросла в землю.

Девушка судорожно вздохнула. Кем бы ни был неизвестный зверь, он быстро приближался именно к ней.

Чудище вырвалось из леса, с хрустом ломая ветви деревьев. Кариган тяжело дышала.

Пришелец из чащи возвышался в тени деревьев, раздувая ноздри и хрипя, как адский демон. Кариган закрыла глаза и отступила на шаг. Когда она осмелилась разомкнуть ресницы, на дорогу выехал вовсе не злой дракон из легенд, а человек верхом на коне. С обоих сыпались обломки веток и оборванные листья. Конь, длинноногий гнедой, весь взмок и хрипел после нелегкой пробежки. Всадник висел на холке своего скакуна. Он был одет в зеленую форму. Ветки оставили длинные алые царапины на его бледном лице, а тело дрожало от усталости.

Он не то спешился, не то просто рухнул с коня. Кариган вскрикнула от испуга, увидев две стрелы с черными древками, торчащие из его спины.

— Пожалуйста… — Всадник поманил ее к себе рукой в алой перчатке.

Девушка нерешительно шагнула вперед.

Всадник оказался старше ее лишь на несколько лет. Черные волосы прилипли к искаженному мукой лбу. Синие глаза лихорадочно горели. При виде торчащих из спины стрел начинало казаться, что он боролся со смертью дольше, чем в человеческих силах.

Незнакомец явно был из Сакоридии. Кариган в этом не сомневалась, хотя в ее стране зеленая форма встречалась куда реже, чем черно-серебряная, носимая солдатами регулярной армии.

— Помоги…

С каждым шагом ноги у девушки дрожали все сильнее, словно отказываясь держать ее. Она опустилась на колени, не зная, чем помочь умирающему.

— Ты из Сакоридии?

— Да.

— Ты любишь свою страну и короля?

Кариган помолчала. Любопытный вопрос. Король Захарий недавно воцарился на троне, и девушка мало что о нем знала. Впрочем, не следовало демонстрировать подобные сомнения умирающему слуге Сакоридии…

— Да.

— Я посланник… Зеленый Всадник. — Тело молодого человека дернулось от боли, по губам и подбородку заструилась кровь. — Седельная сумка… важная весть для… короля. Жизнь или смерть. Если ты любишь Сакор… Сакоридию и ее короля, отвези ее. Отвези правителю.

— Я… я… — Одна половина разума Кариган призывала девушку броситься с криком ужаса прочь, а другая стремилась помочь человеку в беде. Сбежав из школы, вместо того, чтобы ждать, пока за ней приедет отец, Кариган поддалась романтической тяге к приключениям. Теперь настоящие приключения безжалостно смотрели ей в лицо.

— Пожалуйста… — прошептал всадник. — Ты…

Последние слова не дал разобрать хлынувший из горла поток крови, но ей показалось, что он сказал «единственная». Единственная что? Единственная на дороге? Единственная, способная отвезти весть?

— Я…

— Опасно… — Умирающий вздрогнул.

Все вокруг неожиданно затихло, словно мир ждал, затаив дыхание, ее решения.

Неожиданно для себя Кариган сказала.

— Я сделаю это.

Ей казалось, что слова вырвались из уст помимо воли.

— Клянешься?

Она кивнула.

— Сабля. Принеси ее мне.

Конь попятился от Кариган, но та ухватила его за поводья и вытащила клинок из седельных ножен. Изогнутое лезвие блеснуло на солнце, стоило ей взять оружие в руки. Девушка вернулась к вестнику.

— Возьмись за рукоять, — велел тот. Кариган повиновалась, и умирающий положил свои руки поверх ее. Только теперь девушка поняла, что перчатки воина не всегда были алыми. Зеленый Всадник закашлялся, и изо рта снова потекла кровь. — Поклянись… поклянись, что доставишь… весть королю Захарию… ради своей страны.

Кариган смотрела на него, широко раскрыв глаза.

— Клянись!

Ей казалось, что перед ней скорее дух, чем живой человек. Он не позволял себе умереть, пока она не принесет клятву.

— Я клянусь… Я доставлю весть ради моей страны.

Хотя слова присяги прозвучали, Зеленый Всадник не торопился испустить дух.

— Возьми брошь… с моей груди. Она помо… — Он закрыл глаза и подождал, пока пройдет приступ боли. — Поможет узнать в тебе вестника… другим Всадникам. — Голос звучал так, будто раненый силой воли заставлял воздух вырываться из своих легких. — Лети… Всадник, торопись. Не читай весть. Тогда они не смогут добыть ее… пыткой. Если попадешь в плен, разорви письмо и брось обрывки на ветер. — Теперь он говорил так тихо, что ей пришлось наклониться к его лицу, чтобы расслышать последние слова. — Бойся человека-тени.

По телу Кариган пробежала дрожь.

— Я постараюсь, — только и сказала она.

На сей раз вестник не ответил, хотя глаза все еще смотрели на нее ярким, неземным взглядом. Девушка медленно разжала пальцы, стиснувшие ее руку, и закрыла веки покойного.

До этой минуты она не замечала брошь с крылатым конем, приколотую у него над сердцем. Теперь золото засияло на солнце. Кариган машинально вытерла окровавленные руки о штаны и сняла брошь с одежды мертвого Всадника.

2
{"b":"4744","o":1}