A
A
1
2
3
...
34
35
36
...
103

Девушка указала кивком на Стевика.

— Это он, мастер Рэндл.

— Мастер оружия Рэндл? — Стевик прошел мимо капитана Мэпстоун, чтобы поздороваться с вошедшим, забыв по клониться ему.

— Приятно познакомиться. Нам надо обсудить несколько важных вопросов.

Эстрал встала, царапнув по полу стулом.

— Чувствую, сегодня мне не удастся здесь ничего спокойно сделать. А ведь обычно никто и не думает заглядывать сюда…

— Не могла бы ты помочь мне найти мастера Галвина?.. — попросила капитан и последовала за девушкой.

Рэндл проводил их взглядом.

— Опасная работа у этой Всадницы.

— Почему?

Мастер оружия, казалось, не заметил, что говорил вслух.

— Можете представить, каково скакать целыми днями, не обращая внимания на погоду? Каково везти послания через опасные земли или доставлять дурные вести вспыльчивому лорду, который, не задумавшись, прикажет вас казнить? А если кто-то не хочет, чтобы вам удалось вручить послание адресату? Жизнь Зеленого Всадника очень коротка. Старше капина Мэпстоун я не видел никого.

— Это ясно, но такова их работа. Знаете ли, порой купцу, везущему телеги товара, приходится ничуть не слаще. Особенно если не взять с собой хороших охранников. Я знавал немало купцов, убитых из-за…

— Да, это их работа, и никого безумней Зеленых Всадников я не знаю.

От слов мастера оружия Стевику стало не по себе. Он выглянул в пыльное окно. Внизу по двору шли капитан Мэпстоун и Эстрал.

— Расскажите мне о моей дочери.

Мастер оружия Рэндл прислонился к столу Золотого Хранителя, сложив руки на широкой груди.

— К концу поединка я видел достаточно, чтобы понять — у девочки от природы заложены немалые способности к фехтованию. Это было видно по тому, как она двигалась. Конечно, ей помогал только инстинкт, но я почувствовал скрытые возможности… Поймите, большинство студентов, которые приходят ко мне, посещают занятия, потому что это предписано программой их обучения или традицией клана. Они обучаются тому, что вряд ли применят на практике. Менестрели скорее музыканты, чем воины, хотя их и принято обучать фехтованию. Хранитель считает, что они должны быть готовы к миру, которому будут петь, и я согласен с ним. И все-таки найти ученика с настоящим интересом к бою и способностями — большая удача. Стевик посмотрел в окно. Двор опустел и притих. Там не было студентов. Даже голуби куда-то улетели, придавая пространству мрачный и заброшенный вид.

— Я надеялся, что у Кариган окажутся способности к чему-нибудь, но о фехтовании даже не думал.

— Э, меч — это только начало. Я наслышан о ней от других преподавателей. Почти все жаловались, кроме учителя верховой езды, мастера Делеона. Дел сказал, что она прекрасная наездница. Когда я увидел, как Кариган повергла Тимаса Мирвелла на землю, я решил, что могу помочь ей обрести себя. Меч послужит прекрасным началом, а потом девочка и сама поймет, что хочет делать в дальнейшей жизни. Стевик перевел взгляд на мастера оружия.

— Моей дочери повезло с учителем.

— Ей куда больше повезло с отцом, — улыбнулся Рэндл.

— Стевик приподнял бровь.

— Однажды я спросил ее, чем она хочет заниматься в жизни, — продолжил мастер оружия. — И она ответила — хочу приключений. Она стремилась стать купцом, как отец. Немногие дети желают следовать по дороге, протоптанной родителями.

Стевик застыл, думая об услышанном. Потом медленно покачал головой и снова отвернулся к окну, за которым постепенно сгущались тени. Его терзал целый сонм эмоций — радость, страх, грусть, отчаяние. «Где она?»

— Она никогда не говорила мне об этом. — Голос торговца почти дрожал.

Рэндл молчал, пока не уверился, что Стевик взял себя в руки.

— Мы занимались с ней каждый день. Кажется, кто-то учил ее до меня. Вроде бы начальник ваших обозов…

— Севано, — кивнул Стевик.

— Конечно, навыков у нее почти не было, но ученицей Кариган оказалась прекрасной. Всегда приходила на тренировочное поле спозаранку. И работала как никто за мой долгий опыт преподавания. Она быстро училась, хотя самой казалось, что стоит на месте. К сожалению, долго нам позаниматься не удалось.

— Вы говорите об исключении.

— Да. — Рэндл вытащил из кармана трубку и похлопал себя по боку, будто что-то ища. Потом нахмурился — Мой кисет. Хм… — Не отыскав его, мастер сунул трубку обратно в карман. — Несмотря на то что Тимас Мирвелл напал на вашу дочь со спины после поединка, и несмотря на то, что Дел …э… мастер Делеон и я защищали ее перед попечительским советом, Кариган отстранили от занятии.

Стевик отошел от окна и остановился перед Рэндлом.

— Я слышал объяснение декана, но как вы думаете, почему ее исключили?

— Я родился в Рованнии, — начал мастер оружия. — Моя мать была оттуда, а отец происходил из провинции Адолинд. Я провел большую часть своей жизни на равнинах Ванда выращивая больше сорняков, чем хлеба, постоянно отражая набеги громитов и других захватчиков. Мы слишком беспокоились о хлебе насущном, чтобы волноваться о политике кланов Сакоридии. Политика… — Рэндл наклонился вперед и негромко проговорил: — По крайней мере один член совета из клана Мирвелл. Мирвеллцы не прощают бесчестия. Кариган опозорила сына правителя и тем самым весь клан. Такое оскорбление они будут помнить и сотню лет, если понадобится.

«Если понадобится». Стевик сделал долгий глоток эля и со стуком поставил кружку на сосновый стол. День близился к вечеру, но в таверне выступления музыкантов еще не начались. Менестрели обычно приходили к началу ужина. Правда, сегодня купцу не хотелось слушать музыку.

За столами сидели еще несколько завсегдатаев, попивая вино или эль. Через окно струился солнечный свет. Стевик крутил на пальце золотое кольцо, не обращая внимания на тарелку с еще теплым хлебом и сыром, поставленную на стол трактирщиком.

— Ты думаешь о Кари, — проговорил Севано.

— Она моя дочь… — кивнул Стевик, — Совсем еще ребенок.

— О нет. Она уже не ребенок! Молода, спору нет, но не ребенок. Ты отлично знаешь, что она и раньше влипала во всякие истории. И выбиралась сухой из воды. Как это на нее похоже — отправиться домой самостоятельно. Не ждать, пока ты приедешь, не терпеть унижения от декана. Я хорошо знаю что такое гордость Г'лейдеонов. — Севано рассмеялся. — На ее месте ты поступил бы точно так же. Стевик улыбнулся.

— Действительно, в ее возрасте я сделал нечто похожее. Сбежал и отправился в плавание на купеческой барже, но…

— Но она все равно твой ребенок. — Севано покачал головой. — Она выпрыгнула из родного гнезда, распахнув крылья. Неужели ты помешал бы ей?

— Нет, разумеется, нет. Я… Ну, ты, наверное, наслушался разговоров о странных событиях по пути сюда. Впервые за сотню лет лесной народ видели за пределами Эльтского леса. Вдобавок громиты опять пересекают границы. И ты хочешь сказать, что я зря беспокоюсь о дочери?

— Нет. — Старик уставился в кружки, без всякого интереса взял с тарелки кусок желтого сыра, а потом столь же меланхолично бросил его обратно. — Я тоже беспокоюсь. Только не забудь, я многому научил ее, да и этот Рэндл кажется хорошим парнем. Уверен, она много полезного почерпнула от мастера.

— Вы оба учили ее фехтованию. Не думаю, что у нее с собой меч.

— Я учил ее куда большему, поверь. Она сумеет защитить себя и голыми руками. Кариган мне как родная племянница, хоть по крови мы и не родичи.

Старые друзья просидели в молчании довольно долго. Они очнулись от размышления только тогда, когда скрипнула дверь. В общую залу полился ослепительный солнечный свет. На пороге показался молодой человек, постоял немного, привыкая к полумраку трактира, потом вошел внутрь. На нем была зеленая туника поверх белой льняной рубахи. Штаны и перекинутый через руку плащ тоже оказались зелеными. У бедра болталась сабля в простых черных кожаных ножнах.

Стевик следил, как Зеленый Всадник обшарил взглядом общую залу, потом на его лице отразилось узнавание, и он зашагал к купцам. Мягкие подошвы сапог не стучали по деревянному полу. Стевик удивился, что может быть нужно Всаднику от купцов, но тот не остановился возле них. Вместо этого он прошел к отгороженному столику неподалеку. Из-за высокой стенки Г’лейдеон не видел, к кому подсел молодой человек, хотя голос узнал немедленно.

35
{"b":"4744","o":1}