ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Для тебя все хорошо. Тебе нравится это, — ворчала она, когда Мартина помогала ей выбраться из колючей ежевики. — Тебе идет быть взъерошенной, а я чувствую себя как пугало.

— Прекрати волноваться. Бруно понравится твой растрепанный вид. Ты по-прежнему выглядишь самой красивой блондинкой на островах, — постаралась успокоить ее Мартина.

Так они продвигались вперед. Наконец, чтобы уберечь свои лица от ежевики, они вышли из кустов. Дорога слева, к большому неудовольствию Юнис, вывела их прямо к стройке.

Их встретил звук топоров и детский смех. Прямо перед ними стояла строящаяся вилла, где деловито сновали рабочие. Но никаких признаков Бруно. А потом они увидели его и Марко. Оба сидели на импровизированной скамейке — доске, положенной на камень.

Мартина чувствовала себя виноватой, что они застали их врасплох, помешав уединению, но Юнис, не раздумывая, направилась к ним. Бруно заметил их, спустил Марко на землю и пошел навстречу.

— Вот уж действительно сюрприз, — произнес он, с любопытством глядя на жену, у которой на голове торчали два прутика. — У тебя выросли рожки, tesoro, — улыбнулся он, доставая их с нежностью.

— Слава Богу, это всего лишь веточки! Мартина, проследив за его взглядом, позволила себе рассмеяться. Юнис же было не до смеха. Лицо ее приняло жесткое выражение.

— Бруно! — вскричала она.

Это было слишком. Откинув голову назад, Бруно зашелся в смехе.

— Не сердись, дорогая, — прошептал он, подлизываясь, с гордостью глядя на жену. — Даже если бы у тебя выросли настоящие рожки, я все равно любил бы тебя.

Он обнял ее за плечи, и они пошли через участок навстречу рабочим. Марко, разочарованный, получил в утешение от Мартины плитку шоколада. Следующие полчаса доставили ей истинное удовольствие: Бруно водил их по наполовину выстроенной вилле и давал необходимые разъяснения.

Завтракать они отправились в находящуюся рядом небольшую гостиницу, непритязательную, но довольно приятную. Современный бар и изощренный интерьер соседствовали с византийским стилем. Было очевидно, что хозяин, тепло приветствовавший Бруно, хорошо его знает. Жена хозяина провела их наверх, где они смогли умыться, и вскоре они все вместе сидели за столом, куда им подавалась великолепная еда.

Хозяин и два официанта почтительно обслуживали их. Только что прибыл пароход с туристами и несколько частных лодок, столики быстро заполнились людьми. Вокруг запахло ароматом аппетитных блюд, зазвенели стаканы, все наполнилось гулом голосов. И вдруг раздался звонкий голос Марко, который с удивлением воскликнул:

— Дядя Доминик здесь!

Мартина повернулась и увидела Доминика, сидящего за столиком на некотором расстоянии от них. С ним было еще три человека. Услышав свое имя, он обернулся и со своей обычной улыбкой помахал им рукой. Затем что-то сказал одному из официантов, и тот быстро подошел к их столику.

— Синьор Бернетт ди Равенелли будет рад, если вы присоединитесь к нему позднее на террасе выпить чашечку кофе, — с почтительным поклоном передал он приглашение Доминика.

В течение всего остального времени Мартина смотрела на спину и широкие плечи Доминика. В его спутниках она узнала американцев, которых видела в опере, — Элдреда и Эми Янг и их дочь Кэй. Она видела его четко очерченный профиль, когда он повернулся, разговаривая с девушкой, сидящей рядом. По всей вероятности, они были добрыми друзьями, если не больше.

Да, у него был широкий выбор. С одной стороны, Майя, которая была теперь свободна и могла снова при желании выйти замуж, с другой стороны — эта яркая блондинка, у которой не было на пальце кольца, не говоря уже о других дочерях честолюбивых матерей, жаждущих получить для них выгодные партии. Сознавая это, Мартина убеждала себя, что она должна раз и навсегда выбросить его из головы. Но сейчас она не могла отказать себе в удовольствии незаметно наблюдать за ним с той нежностью, которая охватывает при взгляде на любимого человека. С тоскою смотрела она на линию его спокойного, чуть выдающегося чисто мужского носа и на его решительную, четко очерченную нижнюю часть лица. Ее страстно влекло к нему, но она подавила в себе это желание, присоединившись к беседе за своим столиком. Чувство беспокойства, возникающее у нее от присутствия Доминика, подавляло все остальные чувства. Это раздражало ее, но она ничего не могла поделать с собой. Такое состояние продолжалось до тех пор, пока не закончился ленч и они не перешли на террасу в ожидании Доминика с друзьями. Здесь она почувствовала себя несколько спокойнее. Сама выбрав себе место, она села на дальнее из стоящих полукругом кресел рядом с Бруно, Марко и Юнис, которые с удовольствием смотрели на окружающий террасу сад. Наконец пришли Элдред и Эми Янг, севшие рядом, за ними следом Кэй с Домиником. Янги были в восторге от ленча, который, по их мнению, оказался не хуже, чем в первоклассном ресторане. Юнис, также хорошо чувствующая себя после ленча и совсем пришедшая в себя после прогулки в Торчелло, начала рассказывать об их приключениях. Она нахваливала силу духа Мартины и ее отвагу, говорила, что она была бы хорошим спутником в подобном путешествии.

Мартина, почувствовав, что стала центром внимания, вспыхнула и от всей души пожелала, чтобы Юнис забыла о ее присутствии. Однако Доминик подхватил эту тему. Со скептической улыбкой в глазах он достал из кармана сигареты.

— Ты удивляешь меня, — произнес он, растягивая слова. — Я скорее бы тебя назвал более стойкой, Юнис. У мисс Флойд такой нежный вид, который говорит о том, что она нуждается в защите. Она согласится со мной, если я скажу, что ее нельзя отнести к людям спортивного склада.

Юнис засмеялась, потянулась к нему за сигаретой и без всякого злого умысла добавила:

— У Мартины достаточно силы и энергии, чтобы наслаждаться жизнью, не обращая внимания на всякие условности. — Она криво усмехнулась. — Мне кажется, замужество подавило меня в этом отношении.

— А что скажете вы по этому поводу, мисс Флойд? Думаете ли вы, что замужество и вас заставит смириться?

Посмеиваясь, он перехватил ее взгляд, и Мартина снова почувствовала, что все смотрят на нее с любопытством.

— Я никогда не думала об этом, — честно призналась она. — С замужеством человек в любом случае меняется. И если я должна стать единым целым со своим мужем, меня не будет беспокоить, что я потеряю свое собственное «я».

— Действительно? — с сомнением произнес Доминик. Он так пристально смотрел ей прямо в глаза, что начало казаться, что здесь, кроме них, никого больше нет. — Может быть, все будет зависеть от того, насколько удачен брак? Я бы сказал, что вы относитесь к тому типу людей, которые любят всем сердцем. В таком случае вы неизбежно при замужестве потеряете свое собственное лицо.

У нее на эти слова был готов только один ответ. Она буквально уже отдала добровольно часть себя этому человеку. Она едва ли могла сказать ему об этом и от всего сердца надеялась, что он никогда не узнает об этом.

Чувствуя тупую боль внутри, Мартина увидела официанта, несущего им кофе. Тема была оставлена.

Затем стали говорить о Марко, который интересовал всех. Марко, стоявший между коленями Бруно, попивал лимонад через соломинку. Кэй заметила, что он очень привлекательный. Бруно вкратце рассказал им о той трагедии, которая произошла, но, учитывая присутствие мальчика, только заметил, что его отец погиб во время пожара на вилле. Затем тактично перевел разговор на Майю, которая сейчас находится на одной из его вилл на греческих островах.

Американцы живо заинтересовались этим сообщением, поскольку Греция была следующим местом, куда они должны были поехать. Бруно сердечно пригласил их остановиться именно у него на вилле, если они не возражают. Майя будет только рада побыть в такой компании.

Мартину интересовало, совершают ли американцы кругосветное турне или они собираются вернуться потом в Венецию. Из их разговора она поняла, что Доминик познакомился с ними во время своего пребывания за границей. Было совершенно очевидно, что это состоятельные люди и что у них хорошие отношения с Домиником. Кэй Янг была красива, а Доминик любил красивых. Кроме того, создавалось впечатление, что ему нравится ее общество.

19
{"b":"4746","o":1}