ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Пейдж знала, что все идет как надо. Что любовь и в самом деле укажет им путь.

Но мысли ее рассеялись, потому что Хок завладел ее губами, измял ее неотразимое платье. Все шло как надо.

Три года спустя Пейдж могла с уверенностью повторить: все идет как надо.

Она перевернулась с боку на бок в их двухместном спальном мешке и с обожанием посмотрела на спящего рядом мужчину. Ей принадлежало удивительное открытие: чем дольше она живет с Хоком, тем больше его любит. Ее любовь росла, как благодарное растение, пестуемое искусным садовником.

Она тихонько разглядывала мужа, не желая будить его. У него был усталый вид: слишком много тяжелой работы в последнее время. Потому они и решили устроить себе каникулы.

Только на этот раз Пейдж уже точно знала, что надо брать с собой на пару недель палаточной жизни. Несколько дней назад, когда они приехали в Штаты, Хок одолжил у Рика вертолет, и они отправились отдыхать – в восточную Аризону.

Они нашли озеро, питаемое подземными ключами, и разбили на берегу лагерь. Осматривая окрестности, Хок разыскал для них и неплохой водопад.

Опыт, которого Пейдж набралась за это время в Перу, был бесценен. Она научилась любить жителей маленьких деревень, и, к счастью, они приняли ее. Она помогала им лечить их детишек, и ей самой это давало необыкновенное удовлетворение.

Хок, заворочавшись, перебросил через нее сразу и руку и ногу.

– Подвинься, медведище, ты здесь не один, – проворчала она.

– Это кто медведище?

– Ты, кто же еще?

– Так-то ты разговариваешь со своим дорогим и любимым!

– А как еще разговаривать с дорогим и любимым, если он весит добрых две сотни фунтов?

– Ясно. Уж не означает ли это, что медовый месяц окончен?

– Конечно, нет. Мы ведь женаты всего три года. Медовый месяц в отдельных случаях продолжается до двадцати пяти лет. После чего мы можем считать себя свободными. Он против воли заулыбался.

– Ты не замерзла?

– Нет. Потрясающий мешок мы купили. И палатку. Такая просторная!

Хок обвел вокруг глазами. Палатка была шестиместная – хоть гуляй по ней. Конечно, таскать такую в рюкзаке тяжеловато, но этого и не требовалось.

– На рыбалку пойдем сегодня? Она смерила его подозрительным взглядом.

– А ты разве не сказал вчера, что впредь не будешь ходить со мной на рыбалку, потому что я наловила больше, чем ты?

Он улыбнулся невинной улыбкой.

– Я передумал.

– Почему же? – поразмыслив, спросила она.

– Потому что мне нравится смотреть, как ты корчишь рожи, когда насаживаешь наживку на крючок.

– Прекрати надо мной смеяться!

– Как это? Я люблю смеяться над тобой и с тобой и любить тебя. Я все люблю делать с тобой.

И он подкрепил слово делом.

Легкими прикосновениями он разжег в ней желание, и скоро все закружилось и мир исчез. За эти годы Пейдж тоже поднаторела в искусстве любви и наслаждалась, заставляя Хока терять железный самоконтроль.

– Боже, какая ты сладкая, – прошептал он наконец.

Единственное райское место на земле было в ее объятиях. Он обнимал Пейдж, переводя дыхание, а она ласково поглаживала его волосы.

– Хок!

– Что, милая?

– Мы и вправду переезжаем на Аляску после отпуска?

Он приподнял голову и снова уронил ее на грудь Пейдж.

– Угу. Я забыл тебе сказать про письмо, оно меня нагнало в Эль-Пасо, там и дата определена.

– Итак, теперь мы официальные партнеры. Будем обеспечивать продуктами и медицинской помощью самые глухие углы.

– Вот-вот.

– Хок!

– Ну?

– Я должна тебе кое в чем признаться.

– В том, что слишком много болтаешь?

– И в этом тоже. И еще в одной вещи, у которой могут быть последствия посерьезнее. Он сдвинулся и лег на бок, чтобы видеть ее лицо.

– Что случилось?

– Может быть, и ничего, а может…

– Пейдж… – грозно произнес он. Она робко посмотрела на него и решилась.

– Я забыла взять с собой таблетки… ну, контрацептивы. – И замолчала, с тревогой наблюдая за ним.

Его лицо приняло непроницаемое выражение.

Черт, в досаде подумала Пейдж. Он все еще может, когда хочет, скрывать от меня, что он думает!

– Любопытно, что ты неделю волынила, прежде чем сообщить мне эту пустяковую информацию.

– Мне стыдно, честное слово, стыдно.

– Но стыд не заставил тебя заговорить раньше.

– Потому что… потому что я же не забеременела в прошлый раз, когда мы ездили в отпуск, а мы ведь тогда тоже не предохранялись.

У нее было смущенное, пристыженное выражение лица.

Он выдерживал строгую мину еще секунду, потом расплылся в улыбке.

– Это надо понимать как то, что ты готова продолжить наш род даже на Аляске? Она кивнула.

– О, Хок, это не было сознательное решение, но, должна признаться, что, когда я не обнаружила их в рюкзаке, я совсем не расстроилась.

– Ты хитрая и коварная особа, зияешь ты это?

Она медленно склонила голову.

– И если бы не ты, хитрая и коварная особа, я бы прекрасно путешествовал один, и никто не согревал бы меня, не составлял бы мне, компанию и не заботился бы обо мне.

Она не сразу сообразила, что он поддразнивает ее.

– Так неужели же выбор – когда стать отцом – будет предоставлен мне? Нет, теперь я знаю, что такое быть под каблуком у жены!

– Это ты-то – под каблуком? Ха-ха! Пейдж попыталась сесть, но обнаружила, что ее ноги в плену у Хока.

– И мне это нравится, – пробормотал он, перекатываясь на спину, подхватывая и укладывая сверху Пейдж.

– Я надеюсь, что ты уже забеременела, – свирепо сказал он ей на ухо. – А если нет, я уж не пожалею времени и сил, чтобы это исправить.

Она вздохнула, приклонив голову ему на грудь.

– Ты человек долга, Хок, за это я так тебя и люблю.

И, полностью ублаготворенная, Пейдж закрыла глаза.

29
{"b":"4748","o":1}