ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Коул внимательно смотрел на сидящую перед ним женщину, будто видел ее впервые. Летти Коллоуэй. Из-за своей смешной гордыни она отказала себе в самой естественной радости, которую дарят друг другу мужчина и женщина, и в результате превратилась в карикатурную старую деву, сеющую зло и недовольство вокруг.

Как случилось, что он раньше не разглядел ее сущность? Почему он оставил на ее попечение братьев? Да еще в самом критическом возрасте, когда одному было десять, а другому — пятнадцать?

Она выгнала Тони Альвареса, потому что его присутствие на ранчо причиняло ей боль и вызывало бессильную злобу. Коул понял, что Летти никогда не расскажет, что она наговорила Тони в тот день. А может быть, она просто велела ему убираться без всяких объяснений. К его горю от потери лучшего друга прибавилась боль за несправедливость по отношению к нему и беспокойство, связанное с поисками новой работы.

И что же он должен был чувствовать после того, как Эллисон призналась, что ждет ребенка! Не ее беременности он стыдился, а того, что ее будущий ребенок — Коллоуэй. Конечно, он не хотел, чтобы у Эллисон была связь с Коулом. Наверное, он считал, что Коул, как и Летти, просто посмеется над самой возможностью женитьбы на Альварес.

Боже мой! Какая трагическая цепь событий!

Летти сидела и выжидательно смотрела на Коула. Заметив, что он снова повернулся к ней лицом, она сказала:

— Видишь, Коул, теперь это не имеет никакого значения. Слишком давняя история.

— Ты так думаешь? Позволь мне разубедить тебя, Летти. У этой истории есть продолжение. Когда Эллисон Альварес покидала «Круг К», она носила моего ребенка.

Летти раскрыла рот от удивления. В ее лице не осталось ни кровинки. Оно превратилось в ритуальную маску.

— Из-за твоей озлобленности, из-за твоей глупости и идиотской гордыни я четырнадцать лет был лишен общения с сыном.

— Не может быть, Коул, — прошептала она, прижав кулаки к губам.

— Совсем недавно я случайно узнал, что у меня есть сын, который все эти годы жил в нескольких часах езды от меня. Вчера я встретился с Эллисон и выяснил многие детали случившегося. В тот роковой день, когда ты их выгнала, ты убила Тони Альвареса, как если бы всадила ему пулю в сердце. Не прошло и года, как он умер.

Летти вскрикнула. Но Коул не обращал на нее внимания.

— По иронии судьбы моего сына тоже зовут Тони Альварес. Сына, который должен был расти здесь, на этом ранчо, сына, который унаследует все, что у меня есть. Он носит имя человека, которого ты сначала с презрением отвергла, а через много лет безжалостно выгнала.

Слезы текли по ее лицу.

— О Коул, клянусь, я не знала. Откуда мне было знать? Я бы никогда… Ты понимаешь, я бы наверное не выгнала их…

— Летти, после всего, что я узнал за последние дни, ты меня ничем не удивишь.

Какое-то время он молча изучал ее. Казалось, она состарилась лет на десять и совершенно сникла. Отныне ей предстоит жить с сознанием содеянного. Так же, как и ему. С той разницей, что на нем — грех неведения.

Коул встал, подошел к двери и прежде, чем открыть ее, обернувшись, сказал:

— Я пригласил Эллисон и Тони приехать на ранчо, как только кончатся занятия в школе. Нужно, чтобы ты на это время отправилась в какое-нибудь длительное путешествие, желательно за пределы штата или даже страны. Мне все равно, куда ты поедешь. Твоя поездка будет оплачена. Я хочу, чтобы летом тебя здесь не было. Когда вернешься в сентябре, поговорим. У нас будет больше времени разобраться в ситуации. Я хочу иметь сына. Не знаю, простит ли меня Эллисон за то, что я допустил ее изгнание. Не уверен, смогу ли я тебя простить. Видишь ли, я полностью доверял тебе, потому что ты — Коллоуэй. В результате ты лишила меня собственной семьи, которую я всегда хотел иметь.

Коул открыл дверь и, выйдя в коридор, тихо закрыл ее за собой. Он пошел на конюшню и оседлал свою любимую лошадь. Он знал, что если где-то может обрести сейчас покой, то только среди холмов.

Глава 7

-Мам.

— Да, дорогой.

— Что-нибудь случилось?

Эллисон внимательно посмотрела на Тонн, сидевшего в кухне напротив нее.

— Нет. Конечно же нет, а в чем дело?

— Не знаю. Но просто с тех пор, как я вернулся, ты почти со мной не разговариваешь. В галерее все в порядке?

— Абсолютно. Извини, я такая рассеянная.

— Ты, наверное, скучаешь по Эду? — осторожно высказал Тони свое предположение.

— По кому?

Он широко раскрыл глаза.

— Да по Эду. Ты же с ним уже целый год встречаешься.

Эллисон почувствовала, как кровь бросилась ей в лицо, и поняла, что это может ее выдать. Она знала, что ей предстоит объясниться с Тони, но еще не решила, что и как много надо ему сказать. Она не удивилась, что Тони заметил ее озабоченность. Они тонко чувствовали друг друга.

— Отгадай, кто у нас был в галерее в пятницу? — весело спросила она.

Тони с подозрением посмотрел на нее. Наигранно веселый тон не мог его обмануть.

— Кто же?

— Коул Коллоуэй.

Он уронил вилку в спагетти и удивленно взглянул на нее.

— Неужели тот самый? Которого я встретил на Падре?

— Да, тот самый.

— Вот это да! Так он приезжал в Мейсон? А почему ты мне не позвонила? Мы бы с ним встретились. Может быть, вместе поужинали бы или сходили бы куда-нибудь. А может…

— У него было мало времени, — парировала Эллисон. — Он проезжал мимо, а когда заметил галерею, вспомнил о встрече с тобой и зашел поздороваться.

— А ты что, его знаешь?

— Да, знаю.

— А почему ты мне никогда не говорила?

— Да мне и в голову не приходило, Тони. Я не думала, что тебе это имя известно.

— До недавнего времени так и было, — сказал он. — Мы говорили о нем в школе на уроке после той шумихи в газетах. Помнишь, он добивался принятия закона о разработке нефтяных месторождений на побережье. Мне тогда задали подготовить на эту тему доклад. Пришлось разобраться.

На этот раз была очередь Эллисон удивиться.

— А почему ты мне никогда не говорил об этом?

Он ухмыльнулся:

— А мне и в голову не приходило. Я не думал, что тебе это имя известно.

Только тут до нее дошло, что он с иронией повторил ее слова, и она пробормотала:

— Ничья.

— Ну так откуда ты его знаешь? — спросил он, не отрываясь от еды.

Помолившись про себя, она ответила:

— Ну, в общем, мы росли вместе.

— Правда?

— Твой дедушка работал управляющим на ранчо его отца.

— Так Тони Альварес, которого он знал, был мой дед?

— Именно так.

— Это же здорово!

Стараясь говорить как можно ровнее, она продолжила:

— Кстати, он пригласил нас с тобой приехать к нему в гости на ранчо, когда у тебя в школе кончатся занятия.

— Ты серьезно? — не поверил Тони своим ушам.

— Абсолютно.

— Мама! — завопил он и вскочил со стула. — Неужели это правда? Он действительно хочет, чтобы мы поехали к нему? Он хочет… — Он вдруг осекся, не договорив, и испытующе посмотрел на нее. — А с какой стати?

Вздохнув, она улыбнулась:

— Видишь ли, жизнь развела нас в последние годы. Он решил, что само провидение столкнуло вас с ним тогда на берегу. От тебя он узнал, где мы живем, и подумал, что есть шанс восстановить нашу дружбу. К тому же ты посмотришь места, где я росла.

— А я думал, что ты выросла в Сан-Антонио.

— Ну, мы там жили некоторое время.

— А почему ты никогда не говорила, что росла на ранчо?

Она пожала плечами.

— Потому что я пыталась забыть прошлое. С ним связано слишком много печальных событий. Мне не хотелось бередить душу рассказами о детстве.

Тони уселся в кресло и кивнул.

— Понимаю. Сначала умерла твоя мама, потом мой отец, за ним дедушка. Так что тебе пришлось совсем не сладко, да?

С застывшим взглядом она накручивала на вилку спагетти. Вилка уже была обернута ими выше зубьев.

— Да-да.

— Ну так мы поедем?

— Если хочешь.

19
{"b":"4751","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Девчонка из Слезных трущоб
Механизмы работы мозга, которые делают нас богатыми. Понять, освоить, применить!
Противостояние
Исчезнувший мир
Командарм. Позади Москва
Волшебные истории. Новые приключения Елены Прекрасной (сборник)
Никогда Никогда
Один день в декабре
Джонни в большом мире