ЛитМир - Электронная Библиотека

– Конечно, – вкрадчиво ответила она и Роберт понял, что она не слышала ни слова. Она настроилась идти в ад своим путем, и ей безразлично все, что он говорит.

– Я возьму с собой только Мэтью, – натянуто сказал он. – Во главе гарнизона останется Гарет.

Она молча кивнула; наступило неловкое молчание. Роберт хотел что-нибудь сказать, хотел, чтобы она подошла к нему и дала себя обнять. Но это все безнадежные желания, она безмятежно отпустила его, тихо и без эмоций сказав:

– Счастливого пути, сэр Роберт.

Он бы должен уже к этому привыкнуть, но когда она в очередной раз дала ему отставку, боль пронзила его насквозь. Он формально поцеловал ей руку. Рука была холодная, как лед, лицо бесстрастное; он в последний раз посмотрел на нее, повернулся и вышел.

Как только за ним закрылась дверь, Роберт перестал сдерживать ярость, которая билась в нем, требуя выхода. Коридор огласился проклятиями.

– Как я вижу, вы так ничего и не уладили, – сухо сказала Мэри, подходя к нему.

– Улаживать нечего, – фыркнул он, зная, что говорит неправду. – Не припомню, когда еще мне приходилось быть объектом такой вежливости.

– Да, но за этой вежливостью скрывается страдание. – Мэри покачала головой. – Не могу вам передать, как я беспокоюсь. Никогда еще она не была в таком плохом состоянии. О, он и раньше ее обижал, но на этот раз, похоже, он ее уничтожает. – Мэри бессильно пожала плечами.

Роберт не нашелся, что сказать; Мэри ткнула его пальцем в грудь.

– Я бы хотела знать: что вы собираетесь делать?

Роберт горько усмехнулся.

– Мэри, вы по ошибке принимаете меня за одного из главных персонажей в этом фарсе. А я такой же ошеломленный зритель, как и вы. – Он устало провел рукой по глазам, стараясь не замечать, что рука дрожит. – Честно говоря, я не знаю, что делать.

– Я тоже, но, по-моему, поездка в Лондон – не выход, – решительно сказала Мэри.

– Меня вызывает король, с этим я ничего не могу поделать. – Он с удивлением видел, что защищается. Странно, как эта старуха всегда умудряется поставить его в положение обороняющегося.

– Тогда возьмите ее с собой. Я не хочу, чтобы она оставалась тут одна в таком состоянии.

– Вряд ли это можно назвать «одна», – слабо возразил он, но Мэри не слушала.

– Она много лет жила одна, сколько бы людей ее ни окружали, – искренне проговорила Мэри. – Она была вся в себе. Пока не появились вы. Вы пробудили ее к жизни. Она начала становиться такой, какой была до того, как ослепла. Мое старое сердце радовалось. Если вы сделали это один раз, сможете и еще, если постараетесь. – Она схватила его за руку. – Пожалуйста, постарайтесь!

Он посмотрел в решительное лицо старухи и осторожно высвободил руку.

– Я ничего не могу сделать. Имоджин не хочет моей помощи, а король призывает в Лондон. Я должен ехать. – Он неловко положил руку ей на плечо, пытаясь утешить. – Может, это и к лучшему. Может, расстояние между нами поможет Имоджин справиться с тем, с чем она должна справиться, – закончил он. Банальная фраза прозвучала неубедительно даже для него самого.

Мэри выскользнула из-под его руки и посмотрела обвиняющим взглядом.

– Мне это не нравится, ничего хорошего из этого не выйдет, – пробурчала она, высоко подняла голову и удалилась в комнату Имоджин.

Роберт почувствовал себя слабым и беспомощным.

– Мне тоже не нравится, Мэри, – прошептал он, оставшись один в пустом коридоре. – Мне все это очень не нравится.

– Подумай, может, я что-то забыл? – спросил Роберт, глядя на Гарета, привольно развалившегося в кресле у камина.

– Что ж, ты забыл сказать, сколько поленьев надо подбрасывать в главный камин, а все остальное указал до мелочей. – Он улыбнулся уголком рта. – Мне ни о чем не придется думать за все время твоего отсутствия.

Роберт поморщился.

– Идешь в атаку?

– Не волнуйся, это всего лишь старый саксонский дом, все будет хорошо. Ты оставлял меня во главе армии с меньшим количеством указаний, так что я уверен, что с домом я как-нибудь справлюсь, тем более что ты снабдил меня подробнейшей информацией.

Роберт встал и подошел к окну.

– С армиями я никогда так себя не чувствовал. – Он ударил кулаком по подоконнику. – Черт возьми, Гарет, мне это не нравится. Я чувствую, тут что-то не так.

Он смотрел в окно на землю, которая стала для него так много значить, и не мог отделаться от мысли, что боится ее потерять. Неразумно, но ему чудилось, что все неожиданно оказалось под угрозой.

Он глубоко вздохнул. Надо сосредоточиться на отражении угрозы, а не на страхе все потерять.

– Думаешь, этот вызов – часть заговора против тебя?

Кому-то другому голос Гарета мог показаться спокойным и рассудительным, но Роберт хорошо расслышал звенящую в нем сталь.

Роберт покачал головой, повернулся лицом к другу, скрестил руки на широкой груди.

– Кто знает? Все может быть вполне невинно. Может, король готовит новую войну и хочет нанять меня и моих людей.

– Разве мы все еще наемники?

Роберт решительно тряхнул головой.

– Отныне я намерен сражаться только ради защиты того, что мне принадлежит, а не ради нашего маленького монарха, желающего загрести побольше земель на этом острове.

Гарет слегка улыбнулся:

– У тебя он похож на толстого мальчишку, требующего сладостей.

– Согласись, некоторое сходство имеется.

– Мальчик старается произвести впечатление.

– Сладости не такие уж иллюзорные, любому мальчишке пришлось бы производить впечатление, чтобы их получить.

Оба улыбнулись, но быстро погасили улыбки.

– А если вызов – не просто невинное желание получить ручного воина? – спокойно спросил Гарет.

– Тогда нас ждет серьезная беда, – хмуро сказал Роберт. – Вот почему я оставляю тебя на страже.

Гарет иронически поднял брови.

– Полагаю, я более чем подготовлен к встрече с бедой. В конце концов, большую часть жизни я сам создавал людям беды, так что обнаружить врага и покончить с ним мне будет нетрудно. Со мной твой дом будет в безопасности.

– Я не об этом. Все, что я говорил до сих пор, касается одной-единственной задачи, и, если ты с ней не справишься, я тебя убью, даже если для этого мне понадобится встать из могилы.

– Я почти верю, что ты так и сделаешь, – хохотнул Гарет. – И это может означать только одно: Имоджин.

Роберт стиснул зубы.

– Только она имеет для меня значение, отныне и навсегда. Ты защищаешь ее, и пусть остальной мир катится к черту. Понял? Мне плевать, что тебе придется для этого сделать, сколько голов разбить, но сделай это.

Гарет восхищенно присвистнул.

– Ты ее действительно любишь? – выдавил он из себя, игнорируя возникшую в груди боль, которую не имел права испытывать, думая о чужой жене.

Роберт на секунду замер. Он еще никогда не слышал, чтобы это слово произносилось вслух, оно звучало странно. Странно, но очень правильно.

Он прокашлялся.

– Да, я ее люблю. Больше жизни.

Гарет смотрел на свои руки.

– Если тебя это утешит, скажу, что она тоже тебя любит.

– Тогда поддерживай в ней жизнь, чтобы она со временем сама мне это сказала, – хрипло проговорил Роберт; кровоточащие чувства не дали сказать больше.

– С огромным удовольствием. – На лице Гарета сверкнула волчья улыбка. – Я могу даже сделать ее жизнь несколько более комфортной, ликвидировав парочку посланников. К настоящему времени их набралось уже так много, что потеря одного-двух пройдет незамеченной.

Роберт чуть-чуть улыбнулся.

– Действуй по своему усмотрению.

– С удовольствием развлекусь. – Гарет помолчал, лицо стало задумчивым. – Вообще-то в Лондоне ты мог бы полностью прекратить поток посланников, уничтожив источник. Ведь Роджер Коулбрук – выкормыш двора, и, если ты присмотришься, то найдешь его ползающим где-то возле нашего монарха.

– Подниму его голову на пику и привезу Имоджин в подарок, – тоскливо сказал Роберт.

– Прекрасная мысль. Дворец, который ты намерен построить, нуждается в украшении в виде этой нелепой головы на стене.

33
{"b":"4755","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Иным путем. Вихри враждебные. Жаркая осень 1904 года
Буря мечей. Том 1
Целитель. Спасти СССР!
Аэропорт
Отбор в Империи драконов. Побег
Удивительный мир птиц. Легко ли быть птицей?
Очаровательный кишечник. Как самый могущественный орган управляет нами
Странная смерть марксизма
Приключения суперсыщика Калле Блумквиста