ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

В. Лермантов.

Игуаны

Игуаны (Iguanidae) — семейство ящериц из подотряда толстоязычных (Crassilinguia). Зубы, приросшие к внутренней поверхности челюсти, округленные у корня, сжатые с боков и широкие на конце; клыков не бывает почти никогда; часто бывают нёбные зубы; голова покрыта щитками, тело чешуйками, расположенными по большей части поперечными рядами; пальцы обыкновенно свободны, всегда по 5 на передних и задних ногах. Очень многочисленное (в 1883 г. известно 55 родов с 235 видами) семейство, живущее в Америке, особенно Ю. Распадаются на две группы: 1) древесные И. (Dendrobatae) с тонким, сжатым с боков или трехгранным телом, длинным хвостом и тонкими конечностями, живущие на деревьях, и 2) наземные И. (Humivagae) с круглым или приплюснутым телом, хвостом по большей части лишь средней величины или коротким и по большей части укороченными конечностями. К древесным принадлежит род И. (Iguana). Тело тонкое, хвост очень длинный и сжатый с боков, спина и хвост с продольным гребнем, на горле большой, сжатый с боков мешок, пальцы очень длинны; зубы в челюстях зазубренные, есть и нёбные. Крупные быстрые ящерицы, живущие преимущественно около воды и хорошо плавающие. От человека убегают, но в случай крайности храбро защищаются. Питаются растениями и насекомыми; мясо и яйца съедобны; яйца, величиною с голубиные, откладываются в ямку в песке. 5 видов, водящихся в Вест-Индии и Южной Америке, составляют предмет ревностной охоты; пойманные — сначала ведут себя очень бешено, но потом хорошо приручаются. Обыкновенная И. (I. taberculata), с крупным щитком под ухом; на спине преобладает зеленый цвет, бока с бурыми окаймленными желтыми полосками; брюхо зеленовато-желтое, хвост с бурыми и желто-зелеными кольцами. Длина 1,75 м., из которых 1,25 м. приходятся на хвост. Водится в Вест-Индии и Южной Америке. К этой же группе принадлежит Василиск. Весьма замечательна по своему образу жизни ящерица, водящаяся в большом количестве на Галапагосских островах, похожая по виду на И. — Amblyrhynchus s. Oreocephalus cristatus, длиною около 0,9 м., грязно-черного цвета, с укороченной головой, покрытой сверху пирамидальными щитками; вдоль спины зубчатый гребень, хвост сильно сжать с боков. Превосходно плавает, змеевидно изгибая тело без помощи ног и значительно удаляется от берегов, возвращаясь, в случае опасности, на прибрежные скалы; питается исключительно морскими водорослями (Ulva). Это единственная действительно морская ящерица. Из наземных И. замечателен род Phrynosoma. Тело толстое, короткое, плоское, похожее на тело жабы; голова короткая и плоская; плоский, широкий при основании, хвост короче тела; ноги очень коротки, с мало развитыми, зазубренными на краях пальцами; на горле поперечные складка; на затылке и боках тела шиповатые чешуи. Их не менее 9 видов, водящихся в Америке к западу от Миссисипи, от Мексики до Дакоты. Все живородящие, рождают 7 — 8 детенышей. Очень медленны в движениях, легко привыкают к неволе и приручаются. P. Orbiculare-Taпайаксин сверху светло-буроватого цвета, с беловатой продольной полоской по средине и по 4 больших черных пятна по бокам. Длина 10 см., хвост 3,8 см. Водится в Мексике, в сухих солнечных местностях, питается насекомыми (особенно муравьями и жуками) и улитками.

Н. Кн.

Игумен

Игумен (греч. — предводительствующий) — название начальственного лица в монастыре, в древности всякого монастыря, по штатам 1764 г. в России — монастыря третьеклассного. Начальственные права и должностные обязанности его те же, какие имеет всякий настоятель монастыря. Отличие его от архимандрита (настоятеля монастыря первоклассного и второклассного) лишь в том, что при богослужениях он облачается в простую монашескую мантию и набедренник, тогда как архимандрит облачается в мантию с «скрижалями», наперсный крест, палицу и митру.

Н. Б.

Идеал

Идеал — представление высшего совершенства в каком-нибудь отношении. В этом широком смысле слово И. применяется одинаково и к отвлеченным и конкретным предметам: И. добра, И. женской красоты, И. государства, И. гражданина и т. д. В этом общем смысле И. обыкновенно противополагается действительности, как чему то несовершенному. Такое противоположение может приниматься в трояком смысле: 1) И., противоречащий действительности, может тем самым признаваться за пустую фантазию; 2) действительность, несоответствующая И., будет безусловно отвергаться как бытие ложное и призрачное и 3) противоречие между этими двумя терминами может пониматься как задача их примирения, т. е. преобразовании действительности по И., или воплощения его в действительности. Первые два взгляда имеют частную, относительную истинность, поскольку бывают И. по существу своему фантастичные, а с другой стороны бывает действительность также по существу негодная, неспособная к улучшению или пересозданию. Но общая принципиальная истина принадлежит только третьему взгляду: совокупность космического и исторического опыта указывает на И. осуществимые и осуществляемые и на действительность преобразуемую, усовершаемую; вся история мира и человечества есть лишь постепенное воплощение И. и преобразование худшей действительности в лучшую, и когда полагаются произвольные пределы этому процессу — это обыкновенно означает лишь тайное предпочтение дурного хорошему в силу низших интересов и страстей. Особое значение имеет понятие И. в области чистого искусства, имеющего своею задачей воплощение идей в чувственных формах, т. е. создание конкретных И.. В общее употребление слово И. стало входить с конца прошлого и начала нынешнего столетия, главным образом, благодаря Шиллеру.

Вл. С.

Идеализм

Идеализм, -ист (от греч. через лат. idealis) — имеет много различных, но связанных между собою значений, которые могут быть расположены в последовательный ряд по мере углубления понятия. 1) В самом обыкновенном и поверхностном смысле под И. разумеют наклонность к более высокой, чем следует, оценке лиц и жизненных явлений, т. е. к идеализации действительности; так идеалистом называют, напр., человека, который верит в доброту и честность всех своих ближних и старается все их поступки объяснять достойными или, по крайней мере, невинными побуждениями; в этом значении И. есть почти синоним оптимизма. 2) Далее И. называется преобладание у кого-либо общих интересов над частными, умственных и нравственных — над материальными. 3) Сродный с этим, но более глубокий смысл получает И., когда им обозначается сознательное пренебрежение реальными практическими условиями жизни вследствие веры в могущество и торжество высших начал нравственного или духовного порядка. Указанные три вида принадлежат к И. психологическому, выражающему известное душевное настроение и субъективное отношение в действительности практической. Далее следуют различные типы И. собственно философского, представляющего некоторое теоретическое отношение ума к действительности, как мыслимой. 4) И. Платоновского или дуалистического типа, основанный на резком противоположении двух областей бытия: мира умосозерцаемых идей, как вечных и истинных сущностей, и мира чувственных явлений, как бытия текущего неуловимого, только кажущегося, лишенного внутренней силы и достоинства; при всей призрачности видимого бытия, оно имеет, однако, в этой системе самостоятельную основу, независимую от мира идей, именно материю, представляющую нечто среднее между бытием и небытием. 5) Этот осадок реализма окончательно уничтожается в И. Берклеевского типа; здесь единственною основою всего признается бытие духовное, представляемое божеством с одной стороны и множеством тварных умов — с другой; действием первого на последних возникают в них ряды и группы представлений или идей (в англо-французском смысле этого слова; см. ниже), из коих некоторые более яркие, определенные и сложные суть то, что называется телами или вещественными предметами; таким образом весь физический мир существует только в идеях ума или умов, а материя есть только пустое отвлечение, которому лишь по недоразумению философов приписывается самостоятельная реальность. Эти два вида И. (Платона и Берклея) обозначаются иногда как И. догматический, так как он основан на известных положениях о сущности вещей, а не на критике наших познавательных способностей. С такою критикою связан 6) И. англ. школы, своеобразно сочетавшийся с эмпиризмом и сенсуализмом. Эта точка зрения отличается от Берклеевской тем, что не признает никаких духовных субстанций и никакого самостоятельного субъекта или носителя психических явлений; все существующее сводится здесь к рядам ассоциированных идей или состояний сознания без особых субъектов, как и без реальных объектов. Этот взгляд, вполне развитый лишь в нашем веке (Миллем), уже в прошлом (у Юма) обнаружил свою несовместимость с каким бы то ни было достоверным познанием. Чтобы предотвратить роковой для науки скептицизм Юма, Кант предпринял свою критику разума и основал 7) И. трансцендентальный, согласно которому доступный нам мир явлений, кроме зависимости своей от эмпирического материала ощущений определяется, в своем качестве познаваемого, внутренними априорными условиями всякого познания, именно формами чувственности (пространством и временем), категориями рассудка и идеями разума; таким образом, все предметы доступны нам лишь своею идеальною сущностью, определяемою функциями нашего познающего субъекта, самостоятельная же, реальная основа явлений лежит за пределами познания (мир вещи в себе, Ding an sich). Этот собственно Кантовский И. называется критическим; дальнейшее его развитие породило три новые вида трансцендентального И.: 8) субъективный И. Фихте, 9) объективный И. Шеллинга и 10) абсолютный И Гегеля. Основное различие между этими четырьмя видами трансцендентального И. может выясниться по отношению к главному вопросу о реальности внешнего мира. По Канту, этот мир не только существует, но и обладает полнотою содержания, которое, однако, по необходимости остается для нас неведомым. У Фихте внешняя реальность превращается в бессознательную границу, толкающую трансцендентальный субъект, или я к постепенному созиданию своего, вполне идеального, мира. У Шеллинга эта внешняя граница вбирается внутрь или понимается как темная первооснова (Urgrund и Ungrund) в самой творческой субстанции, которая не есть ни субъект, ни объект, а тожество обоих. Наконец, у Гегеля упраздняется последний остаток внешней реальности, и всемирный процесс, вне которого нет ничего, понимается как безусловно имманентное диалектическое самораскрытие абсолютной идеи. Общее суждение о философском И., сказавшем свое последнее слово в гегельянстве, может ограничиться указанием, что противоречие между идеальным и реальным, между внутренним и внешним, мышлением и бытием и т. д. упразднено здесь односторонне, в сфере чистого мышления, т. е. все примирено только в отвлеченной мысли, а не на деле. Эта непреложная граница философского И. есть, впрочем, граница самой философии, которая в гегелевской системе напрасно хотела стать на место всего. Для действительного оправдания И. должно обратиться к деятельному, практическому осуществлению абсолютной идеи, т. е. истины, в человеческой и мировой жизни.

94
{"b":"4757","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Время желаний. Как начать жить для себя
Вечный sapiens. Главные тайны тела и бессмертия
Призрак мыльной оперы
Осмысление. Сила гуманитарного мышления в эпоху алгоритмов
Управляй гормонами счастья. Как избавиться от негативных эмоций за шесть недель
Дело не в калориях. Как не зависеть от диет, не изнурять себя фитнесом, быть в отличной форме и жить лучше
Всегда ваш клиент: Как добиться лояльности, решая проблемы клиентов за один шаг