ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

В. Фаусек.

Дилемма

Дилемма (от diz — дважды и lhmma — принятое предложение) — особый вид умозаключения, в котором содержатся, как данные, два противоречащих положения, ведущие, между тем, к одному выводу. Таково, напр., следующее умозаключение: если бы А было, то оно было бы либо Б, либо В; но А не может быть ни Б, ни В; стало быть, А не существует. Преимущественно употребляется в полемике, когда противник вынужден допустить одно из двух сделанных ему положений, каждое из которых приведет его к равно для него неблагоприятному следствию. Д. может состоять из нескольких положений, тогда она носит название полилеммы (multicornis); по количеству членов Д. называется трилеммою, тетралеммою в пр.

Дильтей

Дильтей (Филипп-Генрих Dilthey) — первый профессор права в московском унив., представлявший в течете первых 10 лет весь юридически факультет этого унив. Родом тиролец, получил образование в университетах страсбургском, инспрукском и венском. При учреждении моск. унив., Д., через посредство Миллера и Бюшинга, был приглашен в Россию), по особому контракту, с жалованьем в 500 р., для чтения лекций по юриспруденции, которое и продолжал почти до своей смерти в 1781 г., с перерывом в один год, вызванным недоразумениями с начальством; предположенная отставка Д. была отменена собственноручным указом императрицы. Д. был выдающимся юристом своего времени и энергичным работником в области литературы. Приглашенный из-за границы без всякого знакомства с русским языком и страной, он мог сначала только передавать на французском языке тогдашние отвлеченные учения о принципах права, базисом которых служило естественное право. Через несколько лет, однако, быстро выучившись русскому яз., Д. предлагал студентам читать на четырех языках, по их выбору, права естественное, римское, феодальное и государственное, а во второй период своей деятельности обратил серьезное внимание и на изучение русского права, согласно требованию университетского начальства, отстаивая в то же время и важность философского знания права. Если Д., знакомя слушателей с русским правом, не давал его цельной системы, а ограничивался прибавками к положениям римского и др. прав, то это объясняется тогдашним положением русского законодательства и невозможностью в короткое время, особенно для иностранца, создать науку национального права. Из ученых трудов Д. наиболее важны: «Начальные основания вексельного права, а особливо российского, купно с шведским» (1769 г.; в короткое время выдержало 6 изданий) — сочинение, свидетельствующее и об основательном знании русского права, и о хорошей теоретической подготовке, — и "Исследование юридическое о принадлежащем для суда месте, о судебной власти, о должности судейской, о челобитной и о доказательстве судебном (1779). В предисловии к этому сочинению автор доказывает пользу и безвредность для судебной практики теоретического ознакомления с правом, возражая критикам, видевшим в попытках такого разъяснения желание писать законы и таким образом присваивать себе права самодержавной власти. Д. принадлежит также ряд публичных речей: «О правах и преимуществах, от торжественного короновании происходящих», «О различии истинной и точной юриспруденции от ложной», «О предоставлении конкурса вексельных кредиторов и векселей одним только купцам» и т. д. Желание полного и всестороннего ознакомления с Россией выразилось у Д. изданием «Топографии Тульской губ.», напечатанной в 1781 г. на французском и русском языках и являющейся частью подготовительных материалов, обрабатывавшихся автором для изданного им «Атласа для детей» (появился в 1766 г. в Амстердаме на французском яз., а затем в течение 1768 — 77 г. перев. по-русски), IV том которого посвящен общей географии России (описание 20 губерний), под загл.: «Essay geographiqie sur la Russie». О Д. ср. ст. Капустина в «Биограф. словаре проф. и пред. моск. унив.» и замечания в книге Шернешевича, «Наука гражд. права в России», стр. 4 сл.

В. Н.

Димитрий Солунский

Димитрий Солунский — св. великомуч., пострадавший во время импер. Диоклетиана. О жизни, страдании и чудесах его находится повествование в нашей Минеи, под 26 числом месяца октября. О житиях св. Д. см. под тем же числом в месяцеслове архим. Сергия. Была попытка доказать, что св. Д. по своему происхождению — славянин (см. чт. общества истор. и древн. рос. 1846 г.). В старинных русских стихах св. великомученик Д. представляется помощником русских в борьбе с Мамаем. У русских и вообще у всех славянских народов мы видим с древнейших времен особенное чествование св. Д. Сербы и болгары чтут его как патрона славянской народности, называют «отечестволюбцем» славянских народов. В русских летоп. имя св. Д. встречается на первых же страницах, прежде чем было упомянуто имя какоголибо другого святого: о нем упоминает препод. Нестор в рассказе о взятии вел. кн. Олегом Константинополя. По словам нашего летописца, свое поражение греки приписывали не храбрости славян, а заступлению за них св. Д., их покровителя. Русские издревле старались приобретать хотя малейшие частички его мощей, одежды, мира или даже персти от гроба его. Этим объясняется, почему во всех древних монастырях и церквах, среди частиц мощей различных святых, почти непременно находится часть мощей или мира от св. Д. В 1197 г. была принесена из Солуня во Владимир вел. кн. Всеволодом Юрьевичем икона св. великомуч. Д., писанная на гробовой доске великомуч., и это событие было внесено как праздник в древн. святцы. Эта икона сначала находилась в Киеве, потом во Владимире, а при вел. кн. Димитрии Ивановиче, в 1380 г. перенесена в Москву и поставлена в Успенском соборе. Особое почтение к памяти св. Д. видно, между прочим, из того, что наши князья часто называли своих первенцев именем этого святого. Так было у Ярослава I, Юрия Долгорукого, Александра Невского, Иоанна II, Иоанна Грозного, Алексея Михайловича. В древней Руси день св. великомуч. Д. считался в числе больших праздников; службу совершал обыкновенно сам патриарх, в присутствии государя. Св. Д. был воин и правитель Солуни; сообразно с этим он изображается на древних иконах в военном облачении, с копьем и мечом.

П. В.

Динамика

Динамика — греч. слово (dunamiz — сила), введено Лейбницом и служит наименованием учения о движении тел под влиянием сил.

Династия

Династия (греч.) — ныне означает ряд царствующих, вообще правящих лиц из одного дома, от одного родоначальника.

Динго

Динго (Canis dingo) — вид собак, с незапамятных времен живущих в диком состоянии на материке Австралии, но которых однако считают не за настоящий вид диких собак, а за потомков одичалых домашних, может быть еще доисторического периода. В коренной фауне Австралии Д. был единственным представителем отряда хищных млекопитающих. У Д. большая, тяжелая голова с тупым рылом, прямостоячие, широкие у основания уши, пушистый хвост. Цвет меха обыкновенно желтовато-бурый, с красноватым или сероватым оттенком, на нижней стороне тела светлее. Однако, попадаются и вариации в окраске, напр. Д. с белыми лапами, или с черным мехом. Ростом с средней величины собаку. Д. водится в лесах и степях по всему материку Австралии; по образу жизни он напоминает скорее лисицу, чем волка; выходить на добычу преимущественно ночью, по нескольку штук (5 — 6) вместе, обыкновенно мать с детьми. В стаи, на подобие волков, Д. не собираются. Исконную добычу Д. составляют кенгуру и другие туземные звери Австралии; но с тех пор как европейская колонизация ввела в Австралии овцеводство, овцы сделались преимущественною добычею Л, наносивших огромные ущербы овцеводству. Вследствие этого европейцы принялись истреблять Д. всеми способами, ружьями, капканами и ядом; в Новом Южном Вельсе расходуют несколько тонн стрихнину в год на отравление Д. В туземной фауне Австралии у Д. не было врагов; злейшими врагами его сделались привезенные европейцами собаки. От человека Д. всегда убегает, и защищается лишь в крайности. Д. мечет от 6 — 8 щенят, в ямах или под корнями деревьев. Иногда дикие суки Д. спариваются с домашними собаками, и обратно, домашние суки — с дикими самцами Д. Ублюдки получаются крепкие и дикие. У диких туземцев Австралии Д. встречались иногда в полуприрученном состоянии. У европейцев, при некотором старании, Д., взятые молодыми, становятся ручными, как обыкновенные собаки; они выучиваются даже лаять, тогда как в диком состоянии Д. только воют.

165
{"b":"4758","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Заплыв домой
Уроки плавания Эмили Ветрохват
Шепот пепла
Жена поневоле
Кто мы такие? Гены, наше тело, общество
Как стать рыцарем. Драконы не умеют плавать
Мои южные ночи (сборник)
Яга