ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Мировой кризис как заговор
Останься со мной
Энциклопедия специй. От аниса до шалфея
Красный шторм. Октябрьская революция глазами российских историков
Lykke. В поисках секретов самых счастливых людей
StarСraft. Эволюция
Москва и жизнь
Копье и кость
Метро 2033: Пифия
Содержание  
A
A

Г. право, выясняя отношения между государством и гражданами, есть область знания, одинаково близкая и органам государственной власти, и всему населению. Во всяком культурном государстве население принимает непосредственное участие в течении государственных дел; только объем этого участия может быть различен, начиная от самоуправления в неограниченной монархии и кончая всеобщей подачей голосов в непосредственное демократии. Поэтому распространение политических знаний в населении является лучшим залогом правильного хода государственных дел — а среди политических знаний Г. право занимает первое место. Недостаточность политических знаний в русском обществе сознавалась уже Петром Великим. Отсюда его стремления организовать и гражданскую службу, как школу для приобретения политических знаний (коллегии юнкеров), и преподавание наук, и распространение политических сочинений (перевод Пуффендорфа). В задуманной Петром акд. наук, которая должна была иметь значение не только акд., но и университета, отведено было место кафедре права натуры и публичною, купно с политикою и этикою. Иностранцы, занимавшие в акд. наук эту кафедру, существовавшую до 1770 г. (Бебенштейн, X. Фр. Гроссы Штрубе), были первыми в России преподавателями Г. (естественного) права и вообще правоведения, если не считать некоего Иоанна Рейхмута, который в школе Глюка преподавал «из философии делательные этику и политику». Из академического университета вышел первый европейски образованный русский публицист, Алексей Яковлевич Поленов. И в московском университете естественное право преподавалось сначала иностранцами (Дильтей, Шаден и др.), между учениками которых первое место принадлежит Десницкому, переводчику Блэкстона, который в изучено Г. права внес сравнительно историческое, направление. На ряду с преподаванием в университете действовали политические сочинения: труды западно-европейских публицистов XVIII в. становились известны и русским читателям. В новых университетах, открытых по уставу 1835 г., учрежден был особый факультет нравственных и политических наук. Обработка русского Г. права не могла еще, однако, идти успешно, так как необходимо было сначала выделить из беспорядочной массы указов, уставов, распоряжений инструкций и т. п. те нормы действующего законодательства, которые должны быть отнесены к области публичного права. Это было достигнуто изданием Св. Зак. По университетскому уставу 1835 г. Г. право не имело, однако, самостоятельной кафедры, а было отнесено к кафедре энциклопедии права. Универс. устав 1863 г., установивший особую кафедру Г. права и разъяснений, что кафедра эта должна обнимать теорию Г. права, Г. право важнейших иностранных держав и русское Г. право, этим самым наметил путь, которым может быть достигнута научная разработка русского Г. права. Этот путь заключается в усвоении результатов западно-европейской науки и в обработки материала, представляемого русским правом, методом историкосравнительным. Следуя этому пути, И. Е. Андреевский и в особенности А. Д. Градовский положили прочное основание изучению русского Г. права. Университетский устав 1884 г. сохранил кафедру Г. права, но не определил его состава; министерской же инструкцией разъяснено, что изучение теории Г. права и Г. права иностранных государств для студентов не обязательно.

А. Яновский.

Готорн

Готорн (правильнее Гоуторн, Nathaniel Hawthorne) — знаменитый американский новеллист (1804 — 1864). Уже с детства Г. обнаруживал крайнюю нелюдимость. Первые очерки его изданы были под загл. «Twice fold Stories» (1887); о них восторженно отозвались Лонгфелло и Э. Поэ. Принужденный, вследствие стесненных материальных обстоятельств, принять место таможенного надсмотрщика, Г. продолжал однако писать и издал в 1841 г. сборник детских рассказов под загл.: «Grandfathers Chair». Позже он примкнул к Brook Farm Association, социалистически-утопическому общ., члены которого стремились сочетать физически труд с духовной культурой. В 1850 и 1851 гг. появились самые известные две большие новеллы Г.: «The Scarlet Letter» и «The Hoase of the Seven Gables», а также сборник рассказов из мифологии: «The Wonder Book». В своих новеллах Г. рисует своеобразную жизнь первых пуритааских пришельцев Америки, их всепоглощающее благочестие, суровость и непреклонность их нравственных понятий и трагическую борьбу между прямолинейными требованиями отвлеченной морали и естественными, непреодолимыми стремлениями человеческой природы. В рассказах Г. особенно ярко выступают именно живые натуры, которых не иссушила пуританская набожность и которые, поэтому, становятся жертвами общественных условий. Г. окружает их поэтическим ореолом, не делая их, однако, протестантами против взглядов окружающей их среды; они действуют инстинктивно в потому глубоко каются и стараются искупить свою «вину» раскаянием. Реализм бытописательной и психологической части своих рассказов Г. соединяет с мистической призрачностью некоторых отдельных фигур. Так, напр., если Гетти Сорель в «Scarlet Letter» — вполне живая личность, то ее незаконная дочь, грациозная и полудикая — лишь поэтически символ греха матери, совершенно нематериальное существо, сливающее свою жизнь с жизнью полей и лесов. По умению возбуждать представления о предметах, не называя их по имени, Г. можно сравнить только с Э. Поэ, с которым он вообще имеет много общего в своих художественных приемах. Между 1853 — 60 гг. Г. жил в Европе. занимая место американского консула в Ливерпуле. Он посетил Италию, где написал «The Marble Faun» (или «Transformations»), объездил Шотландию, и, вернувшись в Америку, попал в самый разгар войн между штатами. Друг его, бывший президент Союза Пирс, объявлен был изменником и посвященная ему новая книга Г.: «Our old Home» стоила последнему той популярности, которой он было достиг. Последние годы Г. были полны физических страданий. Он написал еще только недоконченный рассказ «Septimius Fellon» и отрывок «The Dolliver Romance». Кроме названных произведений, Г. написал еще ряд рассказов: «Mosses from an old Manse», «The Blithe dale Romance», «The Snow Image and other Twice told Stories», «Tanglewood Tales» etc. И здесь Г. — прежде всего поэт, с богатой фантазией, умеющий следить за самыми загадочными оттенками душевной жизни. Как стилист, Г. занимает первостепенное место не только среди американских, но и среди английских прозаиков. Значительное число рассказов и романов Г. переведено на русск. яз. в «Современнике» (1852 — 56), «Библ. для Чт.» (1856 — 57) и др. Особенною популярностью пользуется его «Книга чудес», выдержавшая в разных переводах 5 изд.

З. Венгерова.

Готфрид Бульонский

Готфрид Бульонский — герцог Нижней Лотарингии, родился ок. 1060 г.; старший сын графа Евстафия II Бульонского и Иды, сестры Г. Горбатого, герцога Нижней Лотарингии, которому он и наследовал в управлении герцогством. Предание делает его главным начальником первого Крестового похода, в который он отправился весной 1096 г. в сопровождении братьев Евстафия и Балдуина, передавши Бульон под залог еписк. люттихскому, для покрытия расходов по походу. Достигнув Константинополя, он, после долгого сопротивления, принес имп. Алексею Комнену ленную присягу и обещал передать ему все города, которые удастся отнять у неверных, с тем, чтобы тот обязался, в свою очередь, снабжать войско крестоносцев припасами. В апр. 1097 г. Г. переправился в Малую Азию. В завоевании Никеи и в большой победе при Дорилеуме (1 июля 1097 г.) Г. принимал участие, но, судя по рассказам участников самого крестового похода — Раймунда Ажильского, Фульшера Шартрского и рыцаря, написавшего «Gesta Francorom» — он отнюдь не пользовался еще тогда тем преобладающим влиянием, какое приписывает ему предание, и уступал по значению Боэмунду Тарентскому и Раймунду Тулузскому. Только тогда, когда крестоносцы из Англии двинулись к Иерусалиму, к Г. начинает переходить руководящая роль, в особенности потому, что идея крестового похода сохраняется у него в наиболее чистом виде; так, напр., он заодно с войском высказался против остановки, ради завоевания Триполиса для Раймунда Тулузского, и торопил крестоносцев к Иерусалиму. Одним из первых он проник в Иерусалим и не хуже Танкреда проливал кровь сарацин. Однако, когда дело дошло до выбора короля, то корона была предложена не ему, а Раймунду Тулузскому. Раймунд объявил, что никогда не будет носить земной короны в Св. земле. Выбор пал тогда на Г. Но и благочестивый герцог не хотел носить короны там, где Христос был коронован терновым венцом, а довольствовался титулом заступника Гроба Господня. Когда егип. султан узнал, что трехсоттысячное войско крестоносцев, взявшее Антиохию, уменьшилось до 20 тыс., он двинулся против них с войском в 400 тыс. человек. Г. напал на него в долине Аскалона, и победа, которую он здесь одержал, отдала всю Обетованную землю (за исключением немногих городов) в его власть. Он поставил патриарха, основал два соборных капитула, выстроил монастырь в долине Иосафата и всячески поддерживал притязания духовенства: даже Иерусалим он принял в лен от патриарха (1100). Организовать государство ему не пришлось; 18 июля 1100 г. он умер и тело его было погребено рядом с гробом Спасителя. Кипрское продаже XIII в., сохранившееся у Жана д'Ибелина в так назыв. «Иерусалимских Ассизах» Верхи, палаты, приписывает Г. кодификацию «кутюмов» крестоносцев, под названием «ассиз»; эти записи хранились, будто бы, у Гроба Господня («Lettres du S. Sepulcre»). Указанное предание предполагает с самого начала стройную феодальную организацию ленников в коммунальный строй городов; но такому представлению об Иерусалиме противоречат рассказы Вильгельма Тирского и английского паломника Сеавульфа, посетившего Палестину в 1112 — 13 гг.; они свидетельствуют, что страна обезлюдила и была разорена. К тому же в трактатах кипрских юристов упоминаются и излагаются ассизы, связанные с именами королей Амальриха и Балдуина, но имя Г. не встречается. Вероятнее, что «Письма гроба Господня» были собраны воедино лет 70 — 80 спустя после смерти Г. «Письма» погибли при взятии Иерусалима Саладином, в 1187 г., и тогда феодальное право на Востоке опять превратилось в устное предание, в кутюмы. До нас и ассизы, в кутюмы Иерусалимского королевства дошли в смешанном пересказе кипрских юристов, не имевших официального значения. Ср. v. Sybel, «Geschichte des ersten Kreuzzugs» (Лпц,., 1881); Froboese, «Gottfried von Bonillon» (Берл., 1879). Некритическую попытку спасти традицию о Г. Бульон. сделал Monnier: «Godefroi de Sooillon et les assises de Jerusalem» (П., 1874).

77
{"b":"4758","o":1}