ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Успехи, которые сделала органическая химия в 30, 40 и 50-х годах, имели огромное влияние на разработку теоретических воззрений на К. Не вдаваясь в подробности и оставляя в стороне всю подготовительную работу мысли, перейдем прямо ко взглядам Лорана и Жерара. В своем стремлении к объединению веществ с различной химической функцией, но способных ко многим сходным превращениям, в поисках за аналогией, Жерар и Лоран приходят к принятию типов НСl, Н2О и NH3 и к замещению в них водорода различными радикалами. Почему одни радикалы дают щелочи, а другие К., не объяснялось, указывалось только, что в органических К. радикал обыкновенно содержал кислород. К., образующиеся замещением одного атома водорода в Н2О, называются одноосновными, другой атом водорода (водород водного остатка) называется основным, «basique». Он может замещаться металлами — получаются соли; он выделяется с водным остатком спирта в виде воды — получается сложный эфир, с водным остатком другой частицы К. — ангидрид, с РСl5 замещается ОН хлором — получается хлорангидрид и пр. Для одноосновных К. не должно быть кислых солей; они должны давать один эфир с одноатомным спиртом, один хлорангидрид, один амид и пр. Замещением двух атомов водорода соответственными радикалами в двух частицах воды получаются двуосновные К., напр., серная К. SO2(HO)2, щавелевая(СО)2(НО)2 и пр. С щелочами они дают среднюю соль, когда оба атома водорода с водным остатком замещены металлом, и кислую, когда только один; для них существуют два эфира с одноат. спиртом. Они образуют ангидрид, выделяя воду из одной частицы К. и пр. Точно так же могут существовать трех-основные К., напр. фосфорная РО (ОН)3, мышьяковая AsO(OH)3 и пр. В радикале К. могут происходить изменения, напр., часть водорода его может быть замещена хлором, бромом и пр. без изменения основности К. Водородные К. тоже легко привести к типу воды. В самом деле, замещая, напр., в Н2О кислород серой, получим К. H2S. Ей отвечает группа К., образованных замещением водорода в одной или нескольких частицах H2S различными кислотообразующими радикалами; то же самое и для селена, теллура. До Жерара и Лорана основность кислоты определялась почти исключительно по количеству солей, например, серебряных, отвечающих данной кислоте, тогда как теперь суждения о ней строились на целом ряде превращений (образовании эфиров, хлорангидридов, ангидридов, амидов и пр.); раньше представления о величине частицы К. были неясны, мало определенны. Жерар и Лоран произвели здесь полную реформу в возрениях и построили понятие о частице на более прочных началах. Взгляды эти в приложении к органическим К. вскоре подверглись дальнейшему развитию. Явились факты, которые указывали, что простое признание водных остатков (НО), соединенных с кислотообразующими радикалами, не объясняло многих сторон дела. Были известны салициловая К. и молочная К., заключающие в своем составе два водных остатка, но которые по своим реакциям одними относились к двуосновным К., другими — к одноосновным; в особенности много споров вызвала между Кольбе и Вюрцом молочная К., отнесенная сначала последним к двуосновным К. Работы Кольбе и его учеников доказали с несомненностыо, что водные остатки здесь различны. Указывалось, что по своим реакциям в молочной К. один водный остаток (НО) такого же характера, как и в спиртах, другой же — как в типичных К. Вюрц предложил отличать в К. атомность, которая определялась количеством всех водных остатков К. и которая, таким образом, определила отношение ее к водному типу и характеризовала скорее радикал К. и основность К. в собственном смысле. С течением времени были открыты и другие спирто-K.; затем появились алдегидо-К., феноло-К., кетоно-К. и пр. Все это вещества смешанной химической функции и имеют при одном и том же радикале водные остатки с различной химической функцией. Явилось необходимым глубже проникнуть в строение частиц и указать ближе ту интимную связь, которая существует между отдельными атомами и отдельными группами атомов, составляющих частицу. В настоящее время на органич. К. смотрят как на соединения, в которых находится одна или несколько групп СО(НО); здесь четырех-атомный углерод двумя единицами сродства связан с кислородом и одним с водным остатком (НО). Количеством групп СО(НО) — карбоксилов — определяется основность К.

С. Вуколов.

Кистень

Кистень — оружие, состоящее из металлического шара на ремне и приспособленное для нанесения ударов. По-видимому, оно идет с Востока и занесено в Европу монголами. Впрочем, орудия подобного рода были известны и в более древние эпохи; к числу их можно отнести и римский бич (flagellum), состоявший из 2 — 3 ремней, с вплетенными в них бронзовыми зубчатыми крючками.

Особенное разнообразие орудия этого типа получили на востоке, в Китае, Японии, у монгольских народов. Сюда относятся турецкий и русский кнут, казацкая нагайка, зап. европейская «утренняя звезда». Видоизменениe К. представляют метательные шары bolas, употребляемые индейцами пампасов; обыкновенно 2 — 3 шара, каждый величиной с апельсин, зашиваются в кожу и привязываются к ремням, связанным между собой; брошенные с силой, они, попадая в бегущего зверя или человека, обматываются вокруг него и сбивают с ног.

Д. А.

Китс

Китс (John Keats) — знаменитый английский поэт (1796 — 1821). Лишившись на 15-м году родителей, отправлен был в Лондон для изучения медицины; университетское образование было выше его средств, он не имел даже возможности заняться классическими языками; глубокое проникновение духом эллинизма явилось в поэзии К. совершенно интуитивно, так как он мог читать греческих поэтов только в переводе. Занятия в лондонских госпиталях К. вскоре бросил, сосредоточился на литературе, увлекался Спенсером и Гомером и сделался одним из членов небольшого кружка, из которого исходили новые литературные течения того времени. Душой кружка был критик Гент; в его состав входили еще Шелли, Гудвин, Гейдон и др. Стесненные денежные обстоятельства делали жизнь К. в этот период крайне тяжелой; его слабый от природы организм расшатался под давлением нужды. Еще гу бительнее отразилась на нем его болезненная любовь к Фанни Браун, своенравной красавице, не соглашавшейся выйти за него замуж, пока он не составит себе положения в обществе. В 1817 г. К. издал первую книжку лирических стихов, а в следующем году — большую поэму «Endymion». Близкиe друзья тотчас же оценили его высокое дарование и оригинальность, но журнальная критика напала с непонятным озлоблением на дебютирующего поэта, обвиняя его в аффектации, бездарности и отсылая его в «аптекарскую лавочку готовить пластыри». Особенной жестокостью в этой кампании против К. отличились консервативные журналы «Quarterly Review» и «Blackwood»; статьи авторитетного в то время критика Джифорда тяжело отозвались своими грубыми насмешками на впечатлительном темпераменте поэта. Существовавшее долгое время мнение, что жизнь К. «угасла от журнальной статьи» (snuffed out by an article, по выражению Байрона), сильно преувеличено, но несомненно, что нравственные волнения, среди которых нападки критики играли главную роль, ускорили развитие наследственной чахотки. В 1818 г. его отправили на зиму в южный Уэллс, где он временно поправился и много писал; но болезнь скоро возобновилась с прежней силой и он медленно угасал, сознавая это и отражая в своих одах и лирических стихотворениях меланхоличное настpoeниe умирающей молодости и таинственную торжественность перехода от жизни к смерти. В 1820 г. К. уехал, в сопровождении своего друга, художника Северна, в Италию, где и провел последние месяцы жизни. Его письма и последние стихотворения дышат благоговейным культом природы и красоты. К. похоронен на протестант. кладбище в Риме; на могильном камне вырезана написанная им самим эпитафия: «здесь лежит человек, имя которого начертано было на воде» (whose name was writ in water). Перед самой смертью поэта вышла третья книжка его стихов, содержащая самые зрелые произведения его творчества («Hyperion», «Isabella», «St. Agnes. Eve», «Lamia»), но он уже не дожил до восторженного приема, который выпал на долю этой книги. Поэзия К. внесла в английский романтизм новый элемент эллинизма, культа красоты, гармоничного наслаждения жизнью. Во всей своей силе эллинизм К. сказался в двух больших поэмах: «Endymion» и «Hyperion», и в «Ode to a Grecian urn», быть может самом гениальном стихотворении К. В «Эндимионе», разрабатывающем миф о любви богини луны к пастуху, К. обнаружил неисчерпаемое богатство фантазии, переплетая между собой множество греческих легенд и присоединяя к ним более сложные, спиритуалистические настроения северного поэта. Запутанность фабулы и сложность эпизодов сильно затрудняет чтение поэмы, но отдельные места — преимущественно лирические — принадлежат к самым прекрасным во всей английской поэзии: особенно замечательны в этом отношении гимн к Пану, глубоко проникнутый пантеизмом (II песнь), и песнь индийской девушки (IV п.), переходящая от воспевания грусти к дикому гимну в честь Вакха. Неудержимое влечение Эндимиона к неведомой богине, показавшейся ему во сне, тоска и отчужденность от земных связей, временное увлечение земной красавицей, оказывающейся воплощением его бессмертной подруги, и конечное единение с последней — все это символизирует для поэта истоpию человеческой души, носящей в себе образ вечной красоты и ищущей своего идеала на земле. «Hyperion» — незаконченная поэма о торжестве олимпийских богов над властью предшествующего им поколения титанов, более выдержана по форме и полна глубокого трагизма. Речи побежденных титанов, в особенности пламенные воззвания непокорной Теи, воплощающей величие падающих титанов, напоминают самые вдохновеные эпизоды «Потерянного Рая» Мильтона. В «Ode to a Greсiап urn» К. воспевает вечность красоты, остановленной художником на пути к осуществлению и еще более прекрасной в своем порыве, не исчезнувшем вместе с наслаждением. Во всех этих поэмах, изобилующих отдельными бессмертными стихами, К. отразил целую эстетическую теорию, навеянную близостью с античным миром, и формулировал ее в следующем стихе: «Красота есть правда, правда — красота; это все, что человек знает на земле и что он должен знать». Наряду с эллинизмом, выражающимся в культе красоты, поэзия К. обнаруживает, однако, и другой элемент — северного мистицизма, видящего в красоте природы символы иной, более высокой, вечной красоты. Все оды К. («Ode to a nightingale», «To autumn», «On Melancholy») носят этот спиритуалистический характер, составляющий также основной фон его греческих поэм; но особенно сильно сказывается тревожное, слегка мистическое настроение поэта в балладах, как «St. Agues Eve», «Isabella» и др. Здесь он с особенным наслаждением углубляется в мотивы народных поверий и окружает их поэтической дымкой, покоряющей воображение читателя. После смерти К. значение его для английской поэзии преувеличивалось его поклонниками и сильно оспаривалось его противниками; долгое время его творчество отождествлялось с литературным кружком, из которого он вышел, и нападки на него предназначались для унижения так наз. «Cockney School» Гента. На самом деле К. связан был с этим кружком только личной дружбой. Критика следующих поколений, чуждая партийных предубеждений, сознала это и оценила вполне гениальные задатки К. и достоинство написанных им поэм. Ему отводится в английской лиитературе место наряду с Байроном и Шелли, но очень отличное от них по внутреннему настроению. Если Байрон создал «демонизм» в европейской поэзии, а Шелли был пророком пантеизма, то К. принадлежит создание менее громкого, но столь же глубокопоэтического течения, останавливающегося на красоте диссонансов и контрастов в современной душе. Это настроение не умерло в английской поэзии вместе с К. и привело, через 30 лет после его смерти, к так наз. английскому возрождению поэзии и искусства, в лице Розетти, Морриса и других поэтов и художников прерафаэлитской школы. См. Sidney Colvin, в изд. Морлея, «English men of Letters»; W. M. Rossetti, «Great writers»; Owen, «John Keats»;Sarrazin, «Poetes modernes de l'Angleterre»;B. M. Milnes, «Life, letters and literary remains of John Keats» (Лондон, 1848). Порусски ст. 3. Венгеровой «Джон Китс» в «Вестнике Европы» (1889, X — XI кн.).

91
{"b":"4760","o":1}