ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Абсолютная память
Игры, в которые играют люди. Психология человеческих взаимоотношений
Чистый мозг. Что будет, если выгнать всех «тараканов» и влюбиться в мечты
Сама виновата
Пацаны. Том 1. Самое главное
Becoming. Моя история
Лекс Раут. Чернокнижник
Эмоциональный интеллект. Почему он может значить больше, чем IQ
Маги без времени
Содержание  
A
A

2) Во втором из указанных нами направлений новой Л. — в теории познания — вновь была восстановлена связь Л. с философией, существовавшая в греческой Л. и уничтоженная схоластической философией. Декарт задался мыслью об основе нашего познания, о его достоверности, и предложил, в знаменитой формуле: cogito — ergo sum, рационалистическое решение, которое вызвало критику со стороны эмпиризма и попытку примирения двух основных философских направлений — рационализма и эмпиризма — в критицизме Канта. В сущности борьба указанных школ относится не к истории Л. в тесном смысле, а к истории философии; это видно уже из того, что различные мыслители указанных школ смотрели на задачи Л. одинаково, т. е. Л. сохраняла отчасти свое самостоятельное существование и не сливалась вполне с теорией познания, хотя и получила значительное обогащение, благодаря психологическим и гносеологическим исследованиям. У Канта, напр., мы встречаемся с двумя Л.: с одной стороны — с формальной Л., примыкающей к Аристотелю, в которой Кант заявляет, что Л. в течение двух тысячелетий не сделала никаких успехов; с другой стороны — с трансцендентальной Л., частью «критики чистого разума», в которой Кант исследует чистые понятия рассудка (категории), делающие возможным опыт, и принадлежащие a priori человеку основоположения рассудка и идеи разума. Под влиянием новых, по преимуществу психологических элементов, внесенных в Л., она может потерять свой нормативный характер. Как формальная, так и индуктивная Л. признают своей задачей установку правил, определяющих собой истинное мышление; если же смотреть на Л. как на теорию мышления, если разбирать условия возникновения мысли, описывать процессы, из которых слагается мысль, то историю возникновения мысли легко смешать с действительным ее значением и принять ассоциационные законы за законы мышления. Это действительно и случилось с некоторыми английскими исследователями (в России эту точку зрения защищал Н. Я. Грот: «К вопросу о реформе Л.», Лпц., 1880, 8°). Между тем, ассоциации управляют лишь воспроизведением элементов сознания, а не живым мышлением. Мышление творит ассоциации, но ассоциации создать мысли не могут.

III. Чего не могла сделать индуктивная Л., т. е. построить Л. открытия, за то взялась так назыв. метафизическая Л. Уже знаменитая Ars lulliana, которой восхищался Джордано Бруно, была попыткой такого рода. Луллий хотел путем сочетания некоторых основных понятий о вещах и их свойствах указать путь к открытию нового знания о вещах. Эта попытка могла бы быть удачной лишь при обладании такими категориями, которые исчерпывали бы всю полноту бытия; но так как опыт мог ежеминутно показать неполноту выбранных Луллием понятий, то можно было лишь удивляться его остроумию, признавая попытку его неудавшейся. Мысль Луллия своеобразно видоизменил Гегель: исходя из положения о тождестве бытия и познания, он отождествил Л. с метафизикой, т. е. предположил тождество там, где теория познания утверждала лишь связь. Л. есть наука о чистых понятиях, которые a priori присущи человеку; именно поэтому они и имеют применение к бытию. Из этой мысли развилась гегелевская Л. Гегелю принадлежит лишь путь нахождения чистых понятий, который назван им диалектическим методом. Но и у Гегеля, который, по-видимому, совершенно отождествил Л. с онтологией и сделал субъективные категории стадиями развития самого бытия, формальная Л. все же не совершенно уничтожена, а является вновь в учении о понятии, которое развивается в трех моментах: а) субъективное понятие, б) объект и в) идея. Субъективное понятие представляет три момента диалектического развития: понятие как таковое, суждение и умозаключение. Таким образом, в этом величественном построении, в котором мысль, по-видимому, творит свой объект, и старая школьная Л. нашла себе место. В общем, о Л. Гегеля следует сказать, что она представляет собой гениальную, но безнадежную попытку. Основная предпосылка ошибочна, и потому все здание должно было оказаться построенным на песке. Человек не обладает творческой мыслью, а только исследующей; творчество человека (в сфере научной) только и проявляется в исследовании существующего, а не в создании его.

Итак, первоначальная Аристотелевская логика в историческом развитии подвергалась многим реформам, которые отчасти обогатили ее (напр. в методологическом и психологическом отношениях), отчасти же исказили ее сущность (в метафизическом направлении). Отсюда можно вывести заключение, что главный предмет Л. остался неизменным: Л. есть учение о доказательствах, описание же законов и форм мысли есть скорее предмет психологии, чем Л.

Литература: по истории Л. : Prantl, «Geschichte d. Logik» (Лейпциг, 1885 — 1870) и Ueberweg, «System der Logik» (Бонн, 1874; глава об истории Л.). Из Л. формального направления: «Organon», Аристотеля (изд. Вайца) и «Elementa logices Aristoteleao» (изд. Trendelenburg'a, Б., 1868); Arnauld, «L'art de penser» (П., 1664, изд. часто); Drobisch, «Logik» (Лпп., 1850); Rabier, «Logique» (П. 1886). Из индуктивных Л., кроме «Novum Organon», Бакона; «А system of logic rationative and inductive», Милля (Л., 1843, изд. часто; есть рус. перев.); Claude Bernard, «Introduction a l'etude de la medecine experimentale» (П., 1865); Sigwart, «Logik» (Тюбинген; 1873). По математической Л.: Liard, «Les logiciens anglais» (П., 1878); Boole, «An investigation of the laws of thought» (Л., 1854). К гносеологической Л. относятся, кроме классических соч. Декарта, Лейбница, Локка, Канта: Wundt, «Logik» (Штуттгардт, 1880; 1896 г. третье издание); Shuppe, «Erkenntnisstheoretische L.» (1878); Lotze, «Logik» (Лпц., 1874). По метафизической Л., кроме Гегелевской: Kuno Fischer, «System der Logik u. Metaphysik» (2 изд., Гейдельберг, 1865).

В России Л. составляла издавна предмет преподавания как в духовных академиях, так и в университетах, почему различных сочинений по Л. сравнительно много, но из них только одно вполне оригинально (Каринский, «Классификация выводов»). Другие наиболее крупные: Бакман, «Система Л.»; Новицкий, «Руководство по Л.» (Киев, 1841); Карпов, «Систематическое изложение Л.» (СПб., 1856); Владиславлев, «Л.» (СПб., 1872); Троицкий «Учебник Л.» (М., 1885). Переведенных, кроме Л. Милля, «Л.» Минто (М. 1895). Обзор логических направлений дает Лейкфельд: «Различные направления в Л. и основные задачи этой науки» (Харьков, 1890, 8°); он же печатал в «Ж. М. Н. Пp.» за 1895 г. «историю индуктивной Л.».

Э. Радлов.

Лодзь

Лодзь (Lodz, точнее Lodzia) — уездн. город Петроковской губ., после Варшавы самый значительный центр фабричной промышленности в Царстве Польском, в 130 в. (по ж. д.) от Варшавы и в 48 в. от губ. г., на р. Лудке, впадающей в Неру (прит. Варты). Город расположен на згержском плоскогории, которое еще в начале текущего столетия было покрыто дремучими лесами; окружен целой группой фабричнопромышленных городов, как Згержь, Ленчица, Пабианиц и др.; соединен особой жел. дор. с Варшавско-Венской ж. д.; кроме того 5 шоссированных дорог соединяют город как с соседними, так и с более отдаленными промышленными центрами. В истории промышленного развития Л., по быстроте своей напоминающего С. А. Штаты, важную роль играли немцы, которые сперва намеревались сосредоточиться в окрестностях Плоцка; но так как наплыв иностранцев в этой местности был найден нежелательным, то немцы переселились в Л., тогда еще небольшое и небогатое местечко. В настоящее время Л. занимает площадь в 23, 8 кв. в., окруженную низинами, озерами и топкими местами, что заставило город принять узкую, продолговатую форму; ширина его от 50 саж. до 21/2 в., а длина — до 10 в. Посад Балуты, к северу от Л., слился с городом. К 1 января 1893 г. в Л. насчитывалось 149889 жителей (76058 жнщ.), в том числе постоянного населения 71076 чел. и непостоянного 78814 чел.: 936 правосл., 61550 католиков, 49327 лютеран, 960 баптистов, 37106 евреев, 10 магометан. К 1895 г. население возросло до 216110 д. (106826 м. и 109284 ж.), в том числе иностранн. подд. 5365. Правосл. приходская церковь и кладбищенская часовня, 2 катол. приходских костела, лютер. церковь, 2 молитвенные дома баптистов и моравских братьев, три синагоги. Гимназия мужская и женская, 2 училища 4-кл., высшее ремесленное училище, готовящее специалистов и мастеров для местных фабрик и заводов, церковно-приходская школа и до 40 частных школ. Госпитали городской и еврейский (для всех национальностей), с 90 кроватями каждый. Ежедневно получается до 4 тыс. закрытых писем, до 2 тыс. открытых, до 21/2 тыс. бандер. отправлений, до 1/2 тыс. экз. газет и журналов, до 600 пакетов казен. корреспонденции. Городская почта и телеграф препровождают ежегодно до 1/2 мил. писем и столько же телеграмм. Л. — весьма давнее поселение; первое историческое упоминание о нем встречается в акте 1332 г. В 1793 г. в Л. насчитывалось 44 жилых дома и 190 жит., занимавшихся хлебопашеством. В 1806 г. Л. перешла в казну. 18 сентября 1820 г. постановлением великого князя наместника Царства Польского Л. объявлена фабричным городом, ввиду весьма выгодного топографического положения города и с целью развития местной фабричной промышленности. В это время в Л. насчитывалось всего только 112 домов и 799 жителей. Доходы города не превышали 2577 злотых (ок. 387 р.). В 1825 г. импер. Александр I, во время путешествия, предпринятого для ознакомления с фабричной промышленностью края, посетил Л. и разрешил расширить город присоединением к нему села Вулки и части каз. лесной дачи. На вновь приобретенном пространстве было выстроено 462 двора и 7 обширных фабрик. Продолжением существовавшего до того «сукoнногo» посада явился «ткацкий» — часть города, известная ныне под назв. «Lodka». Скоро потребовались новые распланировки города, сопровождавшиеся каждый раз значительными прирезками земельных площадей. В 1840 г. население Л. достигло 20150 д., а производство определилось в сумме 941228 р. В течение следующих лет число жителей Л. уменьшилось, вследствие упадка хлопчатобумажной промышленности, и только в пятидесятых годах вновь стало возрастать. В 1860 г. насчитывалось уже 29450 постоянного и 3189 чел. пришлого насел., в том числе 12179 немцев; фабричное производство занимало 7107 рабочих рук и общий оборот его достигал 2612095 р. В то время самым обширным производством славилась фбр. Людвига Гайера (перераб. 541 тыс. фн. бумажной пряжи, при 547 работниках), а обширнейшей в настоящее время фбр. Карла Шейблера (по балансу за 1894 г. 1455804 р. чистого дохода, т. е. 16% на основной капитал в 9 милл. р.) принадлежало тогда второе место (458 тыс. фн. пряжи, 115 рабочих). Постройка Тереспольской ж. д., соединившей Привислянский край с внутренними губерниями России, затем Лодзинской фабричной ветви, отчасти низкий курс русской валюты, сперва франкопрусская, затем турецкая кампания — все это были прямые и косвенные причины изумительного роста фабричной промышленности города. В 1878 г. имелось 800 фбр. хлопчатобумажного производства, с общим оборотом свыше 18754 т. р., и 80 фбр. шерстяных изделий, с оборотом свыше 81/2, милл. р. С тех пор рост Л. и ее промышленности продолжается с беспримерной для европ. городов быстротой. К началу 1896 г. в Л. насчитывалось свыше 100 врачей, 10 аптек с оборотом до 200 т. р., 4 аптекарских магазина — 480 т. р., 375 пекарен, производящих товаров на 3 милл. р., 5 пивоваренных зав., на 595 т. р. ежегодно, 244 мясные лавки, с годовым оборотом в 1320 т. р., 274 табачных лавки, с оборотом в 800 т. р., 620 оптовых складов и магазинов для продажи спиртных напитков и вин на сумму 31/2 милл. р., 11 мелких банкирских домов, делающих операций на 41/2 милл. р. Из крупных банковых и акционерных учреждений в Л. наиболее обширна, после отделения государственного банка, деятельность местного коммерческого банка, обороты которого в 1894 году достигли 258750498 руб.; учет векселей составил 26383242 р., текущие счета — 7157270 р. Дивиденд по акциям был назначен в 12% их номинальной стоимости. Лодзинское городское кредитное общество с 1872 по 1894 г. выпустило 5% закладных листов на 12608200 р.; лодзинское отделение варшавского акционерного ссудного общества с 1891 г. по 1895 год выдало 64 тыс. ссуд, на сумму 5 милл. р. Основа лодзинской промышленности, выделка хлопчатобумажной ткани, находится в руках крупных и средней руки фабрикантов; более мелкие занимаются производством мануфактурных товаров остальных категорий — шерстяных, полушерстяных и др. Продажа товаров производится частью комиссионерами и коммивояжерами, сбывающими товары и принимающими заказы на самых отдаленных рынках (в 1895 г. лодзинские мануфактурные товары нашли себе отличный сбыт на ирбитской ярмарке), частью во время так наз. «сезонных посещений», когда за товарами в Л. приезжают купцы, преимущественно из южн. и юго-зап. городов. Православное приходское попечительство; местный комитет общества Красного Креста, решивший в 1895 г., при содействии местных фабрикантов, соорудить образцовую больницу для рабочего сословия и содержащий бесплатную амбулаторную лечебницу; комитет местной синагоги, устраивающий приют для 100 детей, лишившихся родителей в холерную эпидемию 1894 г.; благотворительное общество; отделение варшавского общества покровительства животным; общество приказчиков (676 действительных чл. и 226 почетных), с доходом в 9800 р. Самый старый из лодзинских цехов — ткацкий — обладает значительным имуществом. Л. — один из самых нездоровых городов во всем Привислянском крае. Воздух испорчен дымом ежегодно сжигаемых местными фабриками 20 милл. пд. угля; вода в Лудке и в окрестных озерах заражена фабричными отбросами; большинство домов и квартир устроены без соблюдения важнейших требований гигиены. Болезненность и смертность в Л. настолько велика, что местное благотворительное общество сочло необходимым в 1893 г. позаботиться об устройстве летних колоний для детей. В ближайшем будущем предстоит проведение обводной ж. д. из Л. в Пабианицы и Згержь и введение электрического освещения местного вокзала, мастерских и площадей.

62
{"b":"4761","o":1}