ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Литература: «Опыт о народонаселении» Мальтуса впервые в конце XVIII в. поднял вопрос о П., но разрешал его весьма односторонне. Особенное внимание П. привлек в 40-х годах, когда нужда стала во многих странах обостряться. К этому и позднейшему времени относятся соч. Воsanquet, «The rights of the poor»; DeGerando, «De la bienfaisance publique»; Moreau-Christophe, «Du probleme de la misere»; Marchand, «Pauperisme»; Laing, «National distress»; Clement, «Recherches sur les causes de l'indigence»; Baron, «Pauperisme»; Carau, «Pauperisme» и др.

М. С-в

Пафос

Пафос и патетическое (от греч. paJoV — страдание и страсть). — Разнообразие значений этого слова в греческом повлекло за собой различный применения его в научной терминологии и в обыденной речи. С точки зрения школьной теории словесности, заимствовавшей этот взгляд из риторики, обособленная и помещаемая перед заключением речи «часть патетическая», где оратор «действует не на ум, а на чувство слушателей», считается необходимым элементом произведения ораторского искусства, отличающим его от обыкновенного рассуждения. Классическая риторика, в лице Лонгина и Квинтилиана, занимаясь разграничением сопредельных понятий возвышенного и патетического, пришла к следующим выводам. Патетическое может совпадать с возвышенным, но понятия эти не тожественны. Патетическое есть вид трогательного в широком смысле слова: выражение аффектов (эмоций) не слабых и нежных — что относится к области трогательного в узком смысле (rubrend, touchant), a сильных, потрясающих. Характерными чертами ораторской речи является не отдельная от логических доводов «часть патетическая», а проникающий всю речь дух импровизации, творчества в момент произнесения, обусловленное этой импровизированностыо волнение, увлечение непосредственным общением с массой слушателей и возможность подвинуть их к неотложному решению. Выделять элемент патетический в особую часть теории красноречия не представлялось, поэтому, никакого основания. С иным пониманием патетического мы встречаемся в теории трагедии, созданной Аристотелем. Одним из существенных элементов трагической фабулы он считал страдание, которое определял как «действие, причиняющее гибель или боль, напр. всякого рода смерть на сцене, сильная боль, нанесение ран и все тому подобное». В связи с теорией очищения (катарсис) и требованием от трагедии возбуждения в зрителях страха и сострадания, Аристотель считал достойными трагедии только те страдания, которые «возникают среди друзей, напр. если брат убивает брата, или мать сына, или сын мать, или же намеревается убить, или делает другое что-либо в этом роде». Новая теория драмы (Freytag и др.), перенеся центр тяжести в личность героя трагедии; почти отказалась от термина: патетическое, обыкновенно отожествляя его с трагическим; но еще Шиллер, посвятивший патетическому элементу в искусстве одно из наиболее удачных своих эстетических рассуждений («Ueber das Pathetische»), видел в патетическом обособленную категорию. По его мнению, изображение страдания только как страдания никогда не составляет цели искусства. Конечная цель искусства — воспроизведение внутренней жизни человека («сверхчувственного»): искусство трагическое в особенности достигает этого тем, что делает для нас наглядной независимость нравственного начала в состоянии аффекта, от законов природы. «Мы распознаем существованиe в нас свободного начала только из противодействия, которое оно обнаруживает относительно силы чувств. Существо чувственное должно страдать глубоко и жестоко, тут должен быть П. (в греч. смысле), дабы разумное существо могло при этом обнаружить свою независимость». Итак, для Шиллера в патетическом соединяются три элемента: страдание, нравственная высота страдающего существа и, наконец, его сопротивление, борьба с страданием. Это определение Шиллера наиболее приближается к обыденному представлению о патетическом. А.Г-д.

Паша

Паша (сокращ. персидск. «падишах») — титул первых сановников в Турции, принадлежавший первоначально лишь принцам крови, но впоследствии сделавшийся достоянием всех высших должностных лиц как военного, так и гражданского ведомства; соответствует нашему «превосходительству». Конские хвосты (бунчуки), которые раньше носились впереди П. в торжественных случаях, были уничтожены султаном Махмудом II; однако, до сих пор сохранилась градация П. по числу бунчуков. П. одно-бунчужный (бригадир), П. двух бунчужный (ферик, дивизионный командир) и П. трех бунчужный (мушир, генерал-аншеф). Муширу соответствует в гражданской службе визирь, ферику — беглербег.

Пегас

Пегас (PhgasoV) — крылатый конь, сын Посейдона, возникший, вместе с братом Хрисаором, у истоков Океана, из крови обезглавленной Медузы. Дикий сначала, он был пойман и укрощен Афиной, которая передала его Беллерофонту; по другому сказанию, Беллерофонт поймал его в то время как он пил воду из источника Пейрены. Пегас принимал участие в подвигах Беллерофонта — в его борьбе с Химерой, амазонками и солимами (доисторический азиатский народ). Во время одного воздушного полета Беллерофонт упал со спины своего спутника и разбился (по другим — был сброшен взбесившимся П.). В сонме олимпийских богов П., как прислужник Зевса, носит его гром и молнию, символизируя собой грозовое (крылатое) облако. В позднейших сказаниях он попал в число коней Эос и в общество муз — в последнее за то, что он ударом своего копыта остановил гору Геликон, которая, при звуках песен муз, начала колебаться. На месте удара от его копыта образовался источник Гипокрена. Н.О.

Педагогика

Педагогика (греч. paidagwgikh) — наука о воспитании и образовании. Необходимость этой науки впервые сознана Квинтилианом, но взгляды на задачи воспитания, его объем и состав высказывались еще греческими философами. Пифагор высказывал такие понятия о воспитании, которые не утратили своего значения и в настоящее время. Считая гармонию одним из основных начал всего существующего, Пифагор перенес это представление и на человека. Привести в гармонию различные душевные отправления, достигнуть надлежащего равновесия между телесною и душевною стороною человеческого существа — такова задача воспитания. Чтобы не вредить гармонии, Пифагор советует не действовать на честолюбие питомца, а также не прибегать к наказаниям. Лучшим средством для достижения гармонии служит привычка. Сократ, исходя из убеждения, что добродетель есть знание и что ей, поэтому, можно учиться, явился наставником афинского юношества и создателем особого приема преподавания, носящего его имя. Ряд наводящих вопросов как-бы помогал мысли родиться в голове другого (Сократ сам себя называл акушером мысли). Больше разработаны взгляды на воспитание у Платона. Задавшись целью нарисовать картину возможно лучшего государственного строя, Платон, в своем «Государстве», смотрит на воспитание, как на могучее орудие в руках власти. Так как высшую цель человеческой деятельности Платон видит в познании идей, то и все воспитание должно, по его мнению, давать необходимую подготовку к этому познанию. Не все, однако, оказываются способными созерцать идеи: часть молодежи, не обнаружившая в 20 и затем даже в 30 лет выдающихся способностей, поступает в ряды защитников отечества, те же, которые выдержали надлежащее испытание, продолжают дальнейшие занятия науками, главным образом диалектикой, наукой об идеях. Только в 50 л. оканчивается весь курс образования. Так вырабатываются философы, аристократы мысли, которым должны быть предоставлены все высшие госуд. должности: познавая идеи, они в состоянии установить истинный госуд. строй, все же остальные люди должны только им подчиняться. По мнению Платона, весьма важно воспитание в раннем детстве, когда кладется основа последующему развитию. Период ухода, как только ребенок научится говорить, сменяется периодом игр и сказок. Игры — незаменимое средство воспитания в этом возрасте; благодаря им, дитя незаметно npиобретает целый ряд элементарных знаний. С седьмого года начинается период систематического обучения, прежде всего — гимнастике и элементарной музыке, с 10 лет — грамоте, с 13 — поэзии и музыке, с 15 — математике, с 18 — военным упражнениям. Ближе к действительности Аристотель, в своей «Политике» также изложивший вполне законченную педагогическую систему. Соглашаясь с Платоном, что интересы государства неразрывно связаны с задачами школы, Аристотель подчеркивает значение общего образования, в зависимости с строем того общества, в котором питомцу придется действовать. Аристотель различает: 1) физическое воспитание, 2) воспитание неразумной части человеческой души или нравственное воспитаниe и 3) воспитание разумной души ил умственное воспитание. Орудием нравственного воспитания служит привычка, умственного — подражание. Он указывает образовательное значение грамматики, риторики (в связи с мнемоникой), диалектики, математики, графики (рисования) и политики, которую мы бы теперь назвали социологией. В основных своих воззрениях опирается на Платона и Аристотеля Квинтилиан, который, в своем «Наставлении к ораторскому искусству», поставил себе задачей указать, как можно подготовить дельного оратора; но так как, по убеждению Квинтилиана, оратором может быть только образованный и благовоспитанный человек, то и взгляды Квинтилиана гораздо шире, чем это представляется по заглавию его труда. Способность к образованию прирожденна человеку, как коню — его бег, хищному животному — лютость и т. п. Дать образование может, однако, не всякий, а только тот, кто знаком с необходимыми для того приемами, а также с условиями психической жизни питомца. Школьное воспитание следует предпочитать семейному, так как только в школе могут развиваться социальные чувства. Телесное наказание порождает только рабские наклонности и свидетельствует, прежде всего, о полной неспособности воспитателя. Образовательный курс Квинтилиана состоит из семи свободных искусств, составляющих так наз. александрийскую энциклопедию. Квинтилиан остался авторитетом по вопросам воспитания и в средние века, и в эпоху возрождения. Правда, блаж. Иероним написал «Послание к Лете», в котором дает советы, как воспитывать дочь Леты, а блаж. Августин писал «о воспитании новичков», желающих посвятить себя духовному званию; но эти произведения не имели в последующие века никакого влияния и отличаются крайне узкою точкою зрения. Так, Иероним восстает против музыки и желает, чтобы девочка, едва научившись складам, составляла из подвижных букв только имена апостолов и святых. Пренебрегая земной жизнью и заботясь лишь о жизни будущего века, первые христиане не только не думали о гармоничном развитии всех сторон человеческого существа, но даже считали одну из этих сторон источником греха. Умерщвление плоти и обуздание страстей поставлено было идеалом, к которому должен стремиться всякий христианин. Такой взгляд тяготел и над средними веками, с их школами, долго не покидавшими монастырской ограды. Возрождение наук и искусств положило конец этой односторонности. Снова сознанием лучших людей начинают владеть воспитательные идеалы древности. Воспитать человека для жизни в обществе, человека с здоровым духом и телом — такова задача гуманистической П., имеющей много представителей, особенно среди итальянских педагогов XIV — XV вв. (соч. Вержерио — «О благородных нравах и свободных занятиях», Вежио — «О воспитании детей», и целый ряд других, посвященных воспитанию княжеских детей). Оригинальные педагогические взгляды испанца Вивеса , который, наряду с беспощадной критикой современной ему науки, указывал на необходимость заводить благоустроенные школы, с хорошими учителями и с новыми программами. Ему же принадлежит и первое по времени, довольно обширное сочинение, посвященное женскому образованию («Об образовании женщины христианки»). Многие гуманисты примкнули к реформации и стали деятельными помощниками Лютера в устройстве школ. Первое место здесь принадлежит Меланхтону, написавшему несколько учебников, составившему первый школьный уставь и подготовившему много дельных педагогов. Под его влиянием такие деятели школы, как Штурм, Неандер, Троцендорф, положили начало той разновидности в гуманистической П., которая ныне слывет под именем классицизма и не переставала иметь многих приверженцев на практике и в теории, особенно в Германии. Унижая родной язык, вводя в круг предметов преподавания греческих и римских авторов, педагоги классики мало помалу, особенно когда увлечение гуманизмом улеглось, отдалились от запросов жизни. В виде реакции против них появилась попытка отказаться от традиционных знаний и построить новую науку. Современники Бакона начинают требовать, чтобы преподавание, как и наука, шло от частного к общему, от примера к правилу, от более близкого и знакомого к более отдаленному. Полным выразителем новых требований является Амос Коменский, но и ранее его Ратке (Ратихий) уже учил, что преподавание должно идти на родном языке, сообразоваться с естественным ходом развития детей, пользоваться индуктивным методом и избегать принуждения. Горячо ратуя за то, чтобы усвоение знаний было как можно больше облегчено для учащегося, Коменский указывает много дидактических приемов, вошедших в педагогический обиход настоящего времени. Золотым правилом для учителей Коменский считает наглядность. 0бразование должно начинаться в материнской школе и продолжаться в народной, латинской и университете. Введя в школу массу знаний о природе и человеке, Коменский сделался основателем реалистического направления в П. Другой крупный представитель этого направления, Локк, в своих «Мыслях о воспитании» несравненно более Коменского принимает во внимание законы развития человека и делает выводы, главным образом, на основании данных психической жизни, не прибегая к помощи авторитета Св. Писания или какихнибудь случайных соображений, как это было у Коменского. С особенною основательностью Локк разбирает некоторые вопросы педагогической психологии, напр. вопрос о привычке, о недостатках детей, о наказаниях и наградах, о значении среды и др. Приобретению знаний Локк отводить второстепенное место и потому лишь вкратце затрагивает вопросы дидактики и педагогики. Особенно широкую известность педагогический натурализм получил благодаря Руссо . В своем «Эмиле» он требует воспитания согласного с природою, считая безрассудством прилаживаться к существующему социальному строю. Нечего думать заранее о какой-нибудь определенной профессии или положении: «жить — вот ремесло, которому я хочу научить Эмиля». Предоставить питомца самому себе и вместе с тем не спускать с него глаз и, незаметно для него, окружать его подходящею обстановкою — такова трудная задача, которая ставится воспитателю. Увлечение «Эмилем» отразилось особенно у Базедова, с его филантропином, устроенным на совершенно новых началах: в классах ученики вели себя как хотели; преподавание шло по возможности под открытым небом, среди природы; между ученицами должно было царить чувство товарищества. Не менее был увлечен «Эмилем» и Песталоцци , стремившийся построить свою систему воспитания на «физико-механических законах» человеческой природы. Песталоцци всесторонне разработал теорию наглядного обучения, элементы которой находятся уже у Коменского и Руссо. В то же время он — творец методики элементарных предметов обучения (грамота, письмо, счет, рисование) и пламенный защитник идеи народного образования. Самые значительные направления немецкой П. текущего века (Фребель, Гербарт, Бенеке, Дистервег) примыкают к Песталоцци. Наибольшим распространением пользуется в настоящее время система П. Гербарта . Высшая цель воспитания, по Гербарту — добродетель, состоящая в согласии воли с главными нравственными идеями: внутренней свободы, совершенства, благорасположения, права и справедливости. Гербарт различает три стороны воспитательной деятельности. Прежде всего необходимо считаться с некоторой необузданностью ребенка, противоречащею всякому порядку. Надо, поэтому, справиться с ребенком, научиться управлять им: этот отдел П. Гербарт называет управлением (другие педагоги — уходом). Далее следует обучение, имеющее четыре формальных ступени: ясность, сочетание, система и метод. Чтобы обучение пустило прочные корни, надо затронуть разные стороны психической жизни: мало познания — необходимо участие. Познание отражает многообразие предметов опыта (эмпирически интерес), приводить к усвоению законов явлений (умозрительный интерес) и сопровождается чувством удовольствия или неудовольствия; одобрения или неодобрения (эстетический интерес); участие может касаться человечества вообще (симпатический интерес), или общества (общественный интерес), или, наконец, отношения как человечества, так и общества к высочайшему существу (религиозный интерес). Следует остерегаться преобладания в обучении какого-нибудь одного из этих интересов. Чтобы обучение шло равномерно, следует давать предметные уроки, а затем подвергать приобретенные сведения сначала анализу, потом синтезу. Третью часть Н. Гербарта составляет учение о выправке, дисциплине. Надо сдерживать, определять и руководить питомца: сдерживать, чтобы в его поступках сказывалась одна и та же нравственная личность; определять, чтобы питомец был в состоянии самостоятельно делать правильный выбор между возможностями; руководить, чтобы все поступки питомца проистекали из твердого нравственного убеждения.

50
{"b":"4764","o":1}