ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Между тем в Р. империи произошел самый важный по своим последствиям переворот — объединение на почве религиозной. Переворот этот подготовлялся уже на почве язычества посредством соединения богов в общий пантеон или даже путем монотеистических представлений; но окончательно это объединение совершилось на почве христианства. Объединение в христианстве вышло далеко за пределы политического объединения, знакомого античному миру: с одной стороны христианство объединяло Р. гражданина с рабом, с другой стороны — римлянина с варваром. В виду этого естественно возник вопрос, не было ли христианство причиной падения Р. империи. Рационалист Гиббон в прошлом веке разрешал этот вопрос в безусловно утвердительном смысле. Правда христиане, преследуемые языческими императорами, были нерасположены к империи; правда и то, что после своего торжества, преследуя с своей стороны язычников и дробясь на враждебные секты, христианство разъединяло население империи и, призывая людей из мирского царства в Божье, отвлекало их от гражданских и политических интересов. Тем не менее несомненно, что, сделавшись религией римского государства, христианство внесло в него новую жизненную силу и было залогом духовного единства, которого не могло дать распадавшееся язычество. Это доказывается уже самой историей императора Константина, украсившего щиты своих солдат монограммой Христа и этим совершившего великий исторический переворот, который христианская легенда так прекрасно символизировала в видении креста с словами: «в сем знамении победишь».

Искусственная тетрархия Диоклетиана продержалась не долго; цезари не имели терпения мирно дожидаться своего возвышения в Августы. Еще при жизни Диоклетиана, ушедшего на покой в 305 г., разразилась война между соперниками. Провозглашенный британскими легионами в 312 г. цезарем Константин разбил под стенами Рима своего соперника, последнего ставленника римских преторианцев, цезаря Максенция. Это поражение Рима открыло путь к торжеству христианства, с которым был связан дальнейший успех победителя. Константин не только доставил христианам свободу исповедания в римской империи, но и признание их церкви со стороны государственной власти. Когда победа при Адрианополе в 323 г. над Августом востока, Лицинием, избавила Константина от последнего соперника, самая могущественная корпорация в римской империи, христианская церковь, стала новым подспорьем его единодержавия. Заменив тетрархию Диоклетиана организацией четырех префектур, Константин завершил административные преобразования своего предшественника в том специальном политическом стиле, который стал потом известен под именем византийского, с многочисленными придворными должностями и новыми титулами. Насколько и в каком смысле изменилась с Диоклетиана сама императорская власть, об этом лучше всего свидетельствует созванный Константином никейский собор. Значение, которое заимствовал языческий император от звания «главного понтифекса», имело местно-римский национальный характер и было ничтожно сравнительно с положением, которое занял Константин во главе вселенской церкви. Для новой империи понадобилась и новая столица; ею стал град Константина. Таким образом осуществилось то, что грезилось современникам Цезаря и Августа, о чем говорил с тревогой в своих одах Гораций: возникновение нового Рима на дальнем востоке, преемника древнего города Ромула. Положение Константина было настолько упрочено, что он сделался основателем династии.

После его смерти (337) власть перешла к его трем сыновьям: Констанций получил Константинополь и восточную префектуру, Констант — иллирийскую префектуру и Италию, Константин II — префектуру Галлию с Африкой. Первым делом новых императоров было, по персидскому обычаю, истребление родственников. Междоусобие между младшими братьями и восстание, в котором погиб победивший, соединили всю власть в руках Констанция. В 361 г. легионы Галлии провозгласили императором уцелевшего родственника Констанция, Юлиана. Этот запоздалый неоплатоник в порфире взял на себя неосуществимую задачу возродить язычество и остановить торжество христианства. Судьба, однако, не дала ему даже времени состязаться с «Галилеянином»: два года спустя, одержав победу над персами, он погиб от случайной неприятельской стрелы. Его преемник Иовиан, провозглашенный в лагере, умер на возвратном пути, не дойдя до Константинополя. Избранный там в императоры префект Валентиниан (364 — 375) основал вторую христианскую династию, состоявшую из его брата Валента и двух малолетних сыновей, Грациана и Валентиниана II, царствовавших одновременно, но несогласных между собой относительно главной злобы того дня — арианства. Внутренние несогласия были заглушены неожиданно надвинувшейся с севера грозой. Передовой отряд германского нашествия, вестготы, перешли через Дунай и при Адрианополе сокрушили войска Валента, потерявшего в бегстве жизнь. Юноша Грациан принял в сотоварищи храброго Феодосия, а после смерти сыновей Валентиниана Феодосий стал, с 392 г., последним властителем всей Р. империи в целом ее объеме. Уже в 395 г. его власть перешла к двум его малолетним сыновьям, назначенным Августами — к Аркадию на востоке и Гонорию на западе. Этим двум половинам империи, греческой и римской, уже не суждено было более соединиться. В римской половине потомство Феодосия процарствовало 60 лет, но не в Риме, а в Равенне. После Гонория престол занял Валентиниан III (423 — 455), но история Рима в V в. измеряется уже не годами правителей, а годами бедствий от вторжения сев. варваров.

Под натиском гуннов германские племена наступают по всей линии: в 410 г., 800 лет спустя после взятия галлами, Рим вновь сделался добычей сев. варваров; он был взят и разграблен вестготами. Вслед затем южная Галлия, Испания и Африка были заняты германскими племенами и отторгнуты от Рима; в 452 г. Рим едва избег разорения азиатскими хищниками, а три года спустя он был взят, разграблен и разрушен вандалами из Африки. В самом Риме водворяется власть германцев: непредотвратимая, так сказать стихийная инфильтрация германских элементов в римскую империю все растет. Рим в состоянии бороться с германцами лишь с помощью германцев на его службе. Вандал Стилихон управляет империей вместо Гонория и спасает ее от вестготского Алариха и полчищ Радагеса; вестготский Теодорих помогает Аэцию отразить Аттилу. Но германские защитники Рима становятся все многочисленнее и, наконец, сознают свою силу: с 456 до 472 г. Р. престолом распоряжается свев Рицимер, а в 476 г. герул Одоакр снимает порфиру с малолетнего последнего императора Рима, носящего, как бы в насмешку, имя Ромула Августула и принимает национальное звание «конунга» Италии. Круговорот времен завершился: Одоакр, вождь германской милиции, требует для ее трети итальянской земли. С требования трети земли от побежденных начался тот рост Рима, который расширил его до Евфрата и до Рейна; однородное требование, предъявленное самому Риму пришельцами из-за Рейна, знаменует его конец. Но в истории конец — почти всегда и новое начало. Языческий Рим был побежден двумя враждебными ему силами: германцами и христианством. Вынесение в 357 г. из сената, по приказанию христианского императора, алтаря и статуи Виктории было символом поражения языческого Рима. Христианство явилось в Рим с востока, как чуждое ему достояние двух рас, которые он победил в тяжелой вековой борьбе: семитов и эллинов. Но Рим овладел принесенным ему из провинций христианством, обратил его в орудие новой власти и с ним победил германский мир; проникнув в него далее и глубже, чем проникали когда либо легионы.

Средневековая легенда о даре Константина имеет глубокий исторический смысл. Потеряв власть над покоренной им империей, лишившись самого императора, построившего себе новую столицу, развенчанный Рим стал создавать себе новую державу, но в области духа. Его мирской, сплоченной мечом и кровью, империи христианство противопоставило идеальное царство Божие. Утратив мир, Рим стал господствовать в области идеалов.

В. Герье.

Риман

Риман (Georg Friedrich Bernhard Rieemann, 1826 — 1866) — знаменитый немецкий математик. Наклонности к математике проявлялись у молодого Р. еще в лицее; уступая желанию отца, Р. поступил, в 1846 году, в геттингенский университет для изучения филологии и богословия. Однако здесь наклонность к изучению математики одержала перевес; Р. в 1846 — 47 гг. слушал лекции Гаусса и Штерна по математике и лекции по магнетизму у Гольдшмидта, а потом, в берлинском университете, в течение двух лет лекции Эйзенштейна, Якоби, Лежен-Дирикле и Штейнера. Ближе всех ознакомился с Р. Эйзенштейн — при их научных беседах возникла мысль основать теорию функций комплексной переменной Эта мысль осуществлена была Р. позже в его докторской диссертации: «Grundlangen fur eine ailgemeine Theorie der Functionen einer veranderlichen compelexen Grosse» (1851), которая теперь служит основанием всех дальнейших работ разных авторов по теории функций и имеет существенное значение в математической физике, а именно в теории тяготения, электричества и магнетизма, в гидродинамике и теории упругости. Метод исследования, основания которого изложены в этой диссертации, применяется в мемуаре «Theorie der Abel'schen Functionen», напечатанном в 1857. г. В 1849 г., возвратясь в Гёттинген, Р. слушал лекции по экспериментальной физике Вильгельма Вебера. Приняв участие в физико-математическом семинаре, руководимом Вебером, Ульрихом, Штерном и Листингом, Р. занимался и экспериментальной физикой. В это время у него явилась мысль объединить в одно целое математические теории тяготения, электричества и магнетизма. Впоследствии, на своих лекциях, он излагал такую теорию, и по лекциям его, читанным в 1861 г. в Геттингене, составил Гаттендорф книгу, под заглавием: «Schwere, Elektricitat und Magnetismus, nach den Vorlesungen von B. Riemann» (1876). В тоже время Р. писал свою докторскую диссертацию, а позже, в 1853 г., приготовил два сочинения: «Ueber die Darstellbarkeit einer Function durch eine trigonometrische Reihe», «Ueber die Hypothesen, welche der Geometrie zu Grunde liegen», которые должны были послужить пробными лекциями. В тоже время Р. работал в семинаре в качестве ассистента при В. Вебере. Познакомившись с Кольраушем, занимавшимся в то время исследованиями об остаточном заряде в Лейденских банках, Р. заинтересовался этим вопросом и написал мемуар под заглавием: «Neue Theorie des Ruckstandes in elektrischen Bindungsapparaten» (1854), который однако, был напечатан только после его смерти. В 1854 г. он опубликовал свою работу: «Ueber die Gesetze der Vertbeilung von Spannungs-elekricitat in ponderablen Korper etc.», a в «Pogg. Ann.» за 1855 г. поместил статью о кольцах Нобили. В 1857 г. он был назначен профессором в Геттингене. Полное собрание его сочинений, изданное Г. Вебером в 1876 г., заключает в себе хотя немного статей, но содержания весьма разнообразного. В особенности замечательны статьи: «Ueber die Forpflazung ebener Luftwellen von endlicher Schwingungs weite» и небольшая статья: «Ein Beitrag zur Electrodynamik»; в последней Р. показывает, что электродинамические действия токов могут быть объяснены передачей электрического взаимодействия через промежуточное пространство, совершающейся со скоростью передачи света. Р. оставил по себе весьма заметный след в науке. Д. Бобылев.

62
{"b":"4765","o":1}