ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Н. Соловьев

Вертеп

Вертеп (нем. Christschau, польское Szopka, от нем. Schoppen — хлев или сарай). Так называются в Малороссии, Польше, Белоруссии и некоторых местах Сибири представления, имеющие целью изобразить Рождество Христово и связанные с ним события. В наш старый театр В., по-видимому, проникли из Польши, не ранее конца XVI столетия. На Западе издавна существовали духовно-театральные обряды, исполнявшиеся на Рождество. Отсюда им легко было проникнуть в католическую Польшу, а затем и в Малороссию. Польская szopka, ставшая в то время (XVI в.) обычным рекреационным занятием польских семинаристов, ходивших по городам и селам с своим миниатюрным театром, на нашем юге получила название «вертепа». Этот род духовно-театральных представлений был очень популярен на Украине, и только в последствии два десятилетия начал исчезать. Серьезность содержания вертепного действия не помешала проникнуть в него народному юмору. В лице Ирода, воинов, избивающих младенцев, пастухов, пришедших поклониться Христу и др. нередко воплощались типы чисто местного характера.

Польский или малорусский вертеп представляет собою небольшой деревянный ящик или домик, в два яруса: в верхнем представляется серьезная часть «действия» (духовная), а в нижнем — интермедия. Рукой бойкого хожалого (называемого вертепщиком), скрытого позади, невидимо для зрителей приводятся в движение куклы и фигуры) за которых вертепщик сам говорит, сообразно роли изменяя голос. Вместе с В. носят обыкновенно «звезду». Прологом к вертепному представлению служит пение колядок и «кантычек», исполняемое носителями вертепа и звезды. В. нередко сопровождает доморощенный оркестр, в большинстве случаев состоящий из скрипки и бубна. Украинский В. исследован Н. Маркевичем в книге: «Обычаи, поверья и пр. малороссиян» (Kиев, 1860), где приведен полный текст одной из вертепных пьес. После вступительного хора является пономарь, приглашающий повсюду возвестить о рождении Спасителя. Действие сопровождается рядом священных кантов, прерываемых отдельными явлениями, в которых изображается: поклонение пастухов, Ирод и три царя, избиение младенцев, плач Рахили и смерть Ирода, которого дьявол тащит в ад. Умершего Ирода нечего бояться, а потому дед и баба — комическое intermezzo — пляшут под звуки песни: «Ой под вишенькою, под черешенькою». За дедом с бабою является солдат, держащий к зрителям речь, в которой он умышленно коверкает великорусский говор. Солдат себя аттестует: «Я солдат простой, не богослов, не знаю грешных слов. Хотя я отечеству защита, да спина в мене избита. Читать и писать не умею, а говорю, что разумею» и т. д. Солдата сменяет цыган с женой и сыном. Цыганка на цыгане вымещает злобу за их бедность; ссора переходит в драку; дело кончается миром и пляскою под бойкую песнь, в которой осмеивается бродячая цыганская жизнь. Затем на сцену являются венгерец и поляк, каждый со своими особенностями. Поляк, грозный помещик, выставлен хвастуном, особенно гордящимся своими предками. Вместе с женой поляк обыкновенно танцует краковяк. Сцена заканчивается бранью на мальчика за то,. что тот, подкравшись, передразнивает своего пана; гневный помещик говорит: «А пудз до дзембла, лайдак! батогами забью». Брань пана умолкает при появлении запорожца, главного героя пьесы. Еще за сценой он поет любимую малороссийскую песнь: «Та не буде лучше, та не буде краше, як у нас, та на Украине!» Нарядный казак с умыслом выведен вымирающим типом, с грустью воспоминающий лихую старину: «Ай, панове, что это было, когда я молод был, то-то у меня была сила!». За думами следуют дурачества над ворожеейцыганкой и над жидом, которого казак отдает черту. Казак с чертом обращается как с равным и в этом вновь рисуется смелость его: он даже булавой понукает черта скорее убрать жида. Не забыт здесь и гнет унии. Казак дерзко отвечает на увещания униатского попа ходить в костел и больше бить поклонов: «От роду я в костел не ходил и поклонов не бил, зато тебя побью!». Наконец, в лице дьячка, говорящего малопонятным для простолюдина полуцерковным языком, осмеивается семинарская ученость. Крестьянин Клим отдает дьяку, взамен денег за ученье сына, свинью, старую и блудливую, которую никто не покупает; дьяк, уверенный, что надул мужика, с напыщенною благодарностью ее принимает.

Сравнение текста духовных сцен малорусского вертепа с соответственными текстами польским и немецким делает вероятным предположение, что малорусское вертепное действо составлено учениками киевской академии в позднейшее время и не ранее начала XVIII века. Польское влияние сказалось только на общем складе пьесы, подробности же выработаны самостоятельно.

Отражение в вертепных пьесах действительной жизни — главная причина той быстроты, с которою вертепы распространились по лицу всей России. В Белоруссии вертеп появился в 1830-х годах; здесь он часто называется бетлейкой(от Betleem — Вифлеем). Видевший и описавший белорусскую бетлейку г. Кульжинский («Бетлейки в северо-западном крае». в «Душеполезном Чтении», 1873, т. III) говорит, что бетлейка «совершенно безцензурна и не имеет почти никакого отношения к Рождеству Христову; в ней особенно странно смешение священных изображений с шутовскими, а между тем бетлейка здесь популярна и любима простонародьем».

Переселенцы или ссыльные, вероятно, занесли вертеп и в Сибирь, где марионетки носят название панов и богатырей. Очевидцы сибирских вертепов описывают их устройство сходным с малорусским вертепом. Н. Полевой в «Репертуаре» за 1840 г. (в статье «История русского театра. Мои воспоминания») описывает виденный им в Иркутске вертеп первых годов нынешнего столетия. Игра гудочников и скрипачей сопровождает представление (ср. Снегирев, «Русские простонародные праздники»)

В северо-восточной России создался особый род вертепа, под новым названием райка — происшедшим, вероятно, от представлений в вертепах пьес о рае и муке вечной. В Москву, надо полагать, театр марионеток также занесен с юга; но здесь характер райка, под влиянием занесенных с конца XVII ст. с Запада забав, с одной стороны, и развития лубочных картин, с другой, меняется и из театра марионеток раек превращается в народную панораму: в вертеп вставляется стекло, марионетки заменяются картинами, а присказки раешника заменяют речь вертепщика. Кроме приведенных сочинений, ср. Konopka, «Piesni ludu krakowskiego» (1840, 85 — 90); Jos. Sikorski, «Jaselka» (. в журнале «Pamigtnik mnzyczny i teatralny», 1862, №№ 2 — 15);Kolberg, «Lud» (V, 197 — 226): «Этнографический сборник» (I, 320 — 322); Щукин, «Вертеп» ("Вестник Имп. Русск. геогр. общ. ", 1860, VIII, 25 — 35); Галаган, «Малорусский вертеп» (с предисловием Житецкого, в «Киевской Старине» 1882, кн. 10, с рисунком и нотами); О. П., «Отживающая или начальная форма вертепной драмы?» (ibid., 1883, № 4); «К вопросу о вертепной комедии на Украине» (ibid., № 12); Безсонов, «Белорусские песни» (98 — 99, 104 — 105); Алексей Веселовский, «Старинный театр в Европе» (Москва, 1870); П. Морозов, «Очерки из истории русской драмы XVII — XVIII столетий» (Спб., 1888).

Верфь

Верфь. — В больших портовых городах, равно как и в местах постоянной стоянки военного флота, устраиваются всегда приспособления для постройки и починки судов. Совокупность всех сооружений, служащих для этой цели, носит название корабельной верфи. Главные сооружения, возводимые на В.: судостроительные эллинги, мортоновы эллинги, или сухие доки для починки судов; этой же цели служат иногда плавучие доки, сараи и навесы для склада строительных и ремонтных материалов; склады для тросов и парусов; кузницы и мастерские; мачтовый кран для установки на судах мачт, котлов, машин и других тяжелых принадлежностей судна; склады для провианта и вещевые склады для обмундирования матросов. На В. имеются мастерские для постройки гребных лодок, сараи для хранения их зимою; при В. есть гавань для зимовки судов, остающихся зимою в воде и затем административные постройки, иногда с квартирами постоянных служащих на В. На военных верфях имеются, кроме того, склады боевых припасов, арсеналы для оружия, склады угля и казармы для матросов. В России имеются следующие В. : 1) казенные: в Кронштадте; в Петербурге (в Новом адмиралтействе на берегу Невы и на Охте), в Николаеве, в Севастополе и Владивостоке; они все предназначаются для военного флота. 2) Частные: балтийский завод франко-русского общества на берегу Невы в Петербурге, в Ревеле, Риге, Гельсингфорсе, в Або, в Одессе и в Баку. Эти последние В. состоят обыкновенно из одного сооружения для постройки или починки судна и необходимых к нему прибавочных сооружений для производства работ.

54
{"b":"4766","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Человек цифровой. Четвертая революция в истории человечества, которая затронет каждого
Тепло его объятий
История пчел
Астронавты Гитлера. Тайны ракетной программы Третьего рейха
Не смогу жить без тебя
Книга челленджей. 60 программ, формирующих полезные привычки
Воображаемые девушки
Неймар. Биография