ЛитМир - Электронная Библиотека

Он позвонил Дункану прямо домой и подробно рассказал все — о травме головы, о диагнозе «паранойя», о своих сомнениях. До праздничной церемонии оставалось всего два дня, и это очень тревожило Тома. Слушая, как Дункан все реже и реже откликается на его слова, Том понял, что его рассказ всерьез не воспринимается.

Тем не менее Дункан выслушал его до конца. Но Том сразу понял, что после этого разговора Дункан позвонит Кроули.

Том был разочарован. Но чего он ждал? Весь сегодняшний день шел неудачно с самого пробуждения, когда Том обнаружил, что Келли в его постели нет.

В ответ на его признание в любви Келли оставила его, даже не дождавшись рассвета.

Том начал набирать телефон Кроули, надеясь, что соединится с адмиралом первым. Однако соединили его не сразу.

— Ну, парень, на этот раз ты сел в лужу, — сказал Кроули вместо приветствия. — Я только что говорил с Ларри Такером, который хочет послать патруль, чтобы тебя забрали. Он разговаривал с главой Управления по борьбе с терроризмом в ФБР, который сказал…

— Сэр, эта опасность не выдуманная, — прервал Кроули Том. — Празднование будет через два дня, а я здесь совсем один. Мне нужна помощь.

— Думаю, ты поставил себя в такое положение, когда я тебе помочь ничем не могу.

— Но почему я не имею права обратиться в ФБР? Здесь будут сенаторы. Представители из Англии и Франции. Если бомба взорвется — нет, адмирал, когда эта бомба взорвется…

— Черт бы тебя побрал, Том. Может, хватит? Ты не понимаешь, как бредово это звучит?

— Сэр, а что, если я прав?

— Сынок, у тебя была серьезная травма, которая повлияла на твою способность оценивать окружающее. Все, что я могу тебе посоветовать, — это провериться в ближайшем военном госпитале.

— Да, сэр, — пообещал Том. — Я сделаю это, сэр. На следующей неделе, когда этот праздник завершится и окажется, что я ошибся, я туда пойду. Но до этого… Знаете, в этом городе есть много людей, за судьбу которых я боюсь, и я не брошу их, пока угроза не будет нейтрализована или не будет доказано, что ее не существует.

Мэллори все еще находилась в кровати, когда Брэндон своим ключом открыл дверь квартиры Дэвида.

— Bay, — протянул он, столь же не ожидавший увидеть Мэллори, как и она его. — Извини, я не знал, что ты здесь.

Он опустил в карман ключ, но не повернулся, чтобы уйти.

— Я пришел стянуть немного молока.

— Его не осталось, — сказала Мэллори, пряча записку, оставленную ей Дэвидом, под подушку.

— Черт, — проворчал Брэндон.

Мэллори натянула простыню по самую шею, но открыла тем самым то, что ниже, и потому поспешно прикрылась руками, надеясь, что Брэндон ничего не заметил. И что он немедленно уйдет.

Но он не ушел. Вместо этого Брэндон сел на край кровати.

— Кто бы мог подумать? — с глупой улыбкой произнес он. — Восхитительная Мэллори в комнате нашего маленького Дэвида.

— Он не маленький, — холодно сказала она. — Ты не возражаешь, если я немного посплю? Брэндон не двинулся с места.

— Знаешь, Дэвид годами рисовал свою Ночную тень. Он буквально влюбился в нее, он дал ей твое лицо. Последнее, что оставалось, — это переспать с ней. — Брэндон рассмеялся. — Надеюсь, он не заставляет тебя летать, как Ночная тень?

Мэллори не рассмеялась. Даже не улыбнулась.

— Очень смешно, Брэндон. Уходи.

— Стоит ли? — подмигнул ей Брэндон. — Дэвид не придет сюда еще несколько часов. А здесь так уютно… Он потянул за простыню. Мэллори ухватилась за нее крепче.

— Не смей.

— Ну, расслабься, я только шучу. — Он встал и, благодарение Богу, направился к двери. Но у самой двери обернулся. — Дэвид живет в мире своих фантазий. Смотри, завтра он перебежит к принцессе Лее или адвокатше Труа. Подумай об этом! Увидимся, Ночная тень.

Только когда он закрыл за собой дверь, Мэллори вытащила записку, которую оставил ей Дэвид.

На записке была изображена она сама, спящая в кровати, и Дэвид, наклонившийся, чтобы поцеловать ее на прощание. Над ее головой Дэвид поместил большой овал, в котором было написано: «Не могу дождаться момента, когда вернусь, чтобы снова заняться любовью с Ночной тенью»…

Ночная тень.

Он всегда звал ее Ночной тенью. «Я люблю тебя, Ночная тень».

О Боже! Что, если Брэндон прав? Что, если Дэвид равнодушен к ней самой, а любит выдуманный им образ?

А Мэллори совсем не походила на Ночную тень, и это было совершенно ясно. Общим у них была только внешняя оболочка.

Ночная тень была отважной, сильной и уверенной в себе. Она являлась совершенством.

Мэллори же была незаконнорожденным ребенком городской шлюхи. А это значит, что, не видя подтверждения образа Ночной тени, Дэвид, возможно, скоро устанет от Мэллори Паолетти.

Том швырнул телефон через всю комнату.

Джаз не взглянул на него, даже не моргнул. Он спокойно завершил свой телефонный разговор, после чего мягко положил трубку на рычаг.

— У меня будут Дженк, Нилсон и Лопес, сэр. — Крутанувшись на вращающемся кресле, он повернулся к Тому. «Сэр» было произнесено тихо, но оно определенно было произнесено. — Однако все они смогут приехать только рано утром в среду.

— Черт.

— Лучше в это время, чем вообще никогда. Том потер лоб.

— Я уже ни в чем не уверен. Думаю, тебе, Старрету и Лок следует немедленно покинуть город. Если я окажусь не прав с Торговцем, это может отразиться на вашей карьере. Я не хотел бы причинить вам вреда.

— Бывают вещи и похуже, Том.

Том глянул в глаза человеку, с которым прослужил много лет. С которым прошел сквозь огонь и воду. Этот разговор у них был уже не впервые.

— Если меня уволят, я постараюсь что-то сделать, чтобы ты возглавил отряд «Эс-Оу». Командиром шестнадцатого подразделения тебя, по всей видимости, не назначат. Но может, когда-нибудь…

— Я не спешу тебя заменить, — спокойно заметил Джаз.

— Но Такер очень спешит. — Том сокрушенно покачал головой. — Куда бы я ни обращался за помощью, его люди тут как тут. Полицию штата предупредили, что я могу позвонить, и приказали не обращать на меня внимания. Начальник полиции Болдуинз-Бридж получил право задержать меня до окончания празднования. Он сказал мне, что если я окажусь у гостиницы, его люди меня арестуют. Джаз поднял бровь:

— Вот было бы забавно посмотреть, как у них это получится.

— Мы остались одни, — сказал Том своему заместителю. Джаз неожиданно улыбнулся:

— Может, это и лучше.

Келли обнаружила отца извивающимся в кровати и жадно хватающим ртом воздух.

Сначала она подумала, что у отца инфаркт, и лишь потом поняла, что он мучается от боли. От ужасной боли.

Келли приоткрыла клапан кислородного баллона, висевшего над головой отца, стараясь облегчить ему дыхание. Потом взяла бутылочку с обезболивающими таблетками и…

Оставалось только три штуки.

По всей видимости, отец использовал двойную или тройную норму.

— Сколько ты взял, папа, и как давно?

— Три, — ответил он, — минут двадцать.

Двадцать минут он мучается, согнувшись от боли.

— Почему ты не позвал меня? — Этот вопрос сорвался с ее губ, когда Келли уже сообразила, что ответ ей совершенно не нужен. Она здесь. Она поможет ему всем, чем может. Келли обняла отца. Он казался совсем худым и слабым.

К ее удивлению, отец ответил:

— Не было необходимости звать. Я знал, что скоро ты придешь пожелать мне доброй ночи. Я знал, что ты придешь. — Он крепко зажмурился, словно его пронзила ужасная боль, и сжал ее кисть руками, когда-то большими и сильными, а сейчас худыми и слабыми. — Ты можешь… Боже, ты можешь позвать врача? Это средство больше на меня не действует.

Келли была готова разрыдаться.

— Врач ничего не сможет тебе дать после того, как ты проглотил столько пилюль. Тебе придется подождать. Если ты-проглотишь еще несколько таблеток, у тебя остановится дыхание.

— Ладно, — сказал Чарлз. — Тогда ладно. — Он открыл глаза и отпустил ее руку. — Ты не должна этого видеть. Уходи.

49
{"b":"4767","o":1}