ЛитМир - Электронная Библиотека

— Всех, кто не участвует в съемках, прошу отойти не меньше чем на десять футов от камеры! — приказал помощник режиссера. Его откровенный взгляд успел одернуть Рассела Маккоя прежде, чем тот выплеснул на свою дочь очередной ушат грязи.

— По местам!

— Приготовились!

— Внимание!

— Мотор!

Сюзи помедлила, прежде чем выступить вперед из-за камеры со своим узелком, который положила тут же на доски.

— Мозес? — Она оглянулась, стараясь рассмотреть его в полумраке. — Ты здесь?

— По-вашему, я могу удрать не попрощавшись? — заговорил Джамаль из темноты.

— По-моему, ты можешь сделать все, что угодно, ради свободы. — Она помолчала и добавила:

— Все готово. Сегодня ночью Ларами повезет тебя на Север.

— А как же вы? — Он выступил из своего угла на свет. Сюзи отвернулась, делая вид, что копается в своем узелке.

— Разве речь идет обо мне?

— Если вы здесь останетесь, братья наверняка отдадут вас замуж за Брукса!

Сюзи посмотрела на него усталым, измученным взглядом. Как будто ее душа разрывалась от боли. Хотел бы он знать, что здесь от актерского мастерства, а что подлинное?

Черт, да сейчас же его реплика! Виктор просил их выложиться, а они спотыкаются на каждом шагу…

— Может быть, вам тоже стоит перебраться на Север? — прошептал он, подходя поближе. Джамаль был так близко, что чувствовал запах ее духов и мог пересчитать веснушки у нее на носу, мог наклониться к ней и поцеловать прямо в губы… Она больше не пыталась спрятать взгляд.

— Это всего лишь мечты, — Ее голос прерывался от волнения.

«Думай, думай о тайном желании Мозеса. Ведь он в последний раз видит Джейн — скорее всего они больше никогда не встретятся. И сейчас появилась последняя возможность признаться ей в любви». И Джамаль понимал этого парня. Черт побери, если учесть, что он тоже неизвестно когда снова встретится с Сюзи, он понимал Мозеса как самого себя!

Ему пришлось прокашляться, прежде чем он смог заговорить.

— Я никогда вас не забуду.

— Я поступаю так вовсе не ради твоей благодарности, — заявила она.

— Но я не могу ответить вам ничем, кроме благодарности. — Он набрался духу и сказал:

— В Бостоне меня ждут жена и сын.

Сюзи выпрямилась и обернулась.

— Я не знала.

— Мне было велено жениться на девушке, которую я видел первый раз в жизни. Она родила моего ребенка, и когда я бежал, то не смог оставить их одних. Им удалось пробраться на Север, а меня схватили. Но теперь она ждет — чужая женщина, выбранная мне другим человеком. — Он робко протянул руку и коснулся ее волос. — Не позволяйте им выбирать за себя, мисс Джейн. — И Джамаль добавил слова, которых не было в сценарии, шедшие от сердца, — в надежде, что Сюзи правильно поймет его послание:

— Не позволяйте никому за себя решать!

Она резко повернулась и спрятала лицо у него на груди. Этот жест тоже не был предусмотрен сценарием, но Джамалю было все равно. Он обнял Сюзи и прижал к себе, сожалея лишь о том, что в следующую секунду ее придется отпустить.

— Я к тебе приеду, — чуть слышно шепнул он ей на ухо. — Только скажи когда и куда, и я буду там!

— Не могу, — выдохнула она. Пора было заканчивать сцену.

— Вот здесь деньги, еда и одежда. Да поможет тебе Бог.

Зашелестела длинная юбка, и она исчезла.

— И… снято! Все было отлично, но давайте прокрутим еще разок! Мозес, в этот раз встань к ней поближе. Джейн — ты все время от него шарахаешься! Держись естественней!

Джамаль постарался поймать взгляд Сюзи. Она посмотрела на него и пугливо потупилась.

Пока Кейт висела на телефоне, Джед вышел на улицу, и теперь он стоял напротив бара — единственного на весь Грейди-Фоллз.

Кейт увидела его с крыльца их конторы — Джед не замечал ничего вокруг, как ребенок, которого непреодолимо тянет к витрине со сладостями.

Больше всего он походил сейчас на зомби. Она не выпускала его руку всю дорогу до Алабамы. Она не выпускала его руку во время похорон. Она не выпускала его из своих объятий каждую ночь — в надежде, что он решится хоть немного облегчить душу.

Но Джед не проронил ни слезинки.

Временами он настолько отключался, что Кейт хотелось проверить, дышит ли он вообще или нет.

Джед настоял на немедленном возобновлении съемок, как только вернулся в Грейди-Фоллз. Он работал блестяще, наполняя каждую сцену переживаниями и чувствами, превосходя самого себя.

Но Джед продолжал играть не только на съемочной площадке. Насколько Кейт могла судить, представление продолжалось круглые сутки. Даже по ночам, когда они оставались наедине в своем трейлере.

Он не обращал внимания на то, что Кейт подошла совсем близко, пока она не окликнула:

— Джед!

Его не удивило ее появление. Пошел пятый день, как он вообще перестал проявлять человеческие чувства.

— Был звонок к нам в контору, — сказала она, стараясь прочесть хоть что-то в его глазах. — Это Алисон, она беспокоится за тебя. Мне казалось, что у нормальных людей принято делать наоборот, — продолжала Кейт, нарочно стараясь задеть его за живое. — Что ты должен был позвонить ей первым. Все-таки она потеряла мужа и к тому же беременна.

— Да, — вяло откликнулся он. — Да, я должен был позвонить первым.

Он посмотрел вперед. По улице в их сторону шел преподобный Кинкейд в сопровождении девочек из церковного хора.

— Джерико. Мисс Кейт. — Его манеры были подчеркнуто безукоризненны — настоящий южанин. — Как вы себя чувствуете?

Эти слова и сочувствие были направлены непосредственно Джеду.

Джед улыбнулся и преобразился в Джерико — даже из глаз пропала пустота и боль. На это было страшно смотреть.

— Я чувствую себя прекрасно, — сообщил он пастору.

— Я всегда к вашим услугам, если захотите поговорить, — сказал преподобный.

— Очень вам признателен, но у меня все в порядке.

Кейт не впервые приходилось видеть эти превращения после похорон Дэвида. И теперь она понимала, что, несмотря на всю свою любовь, не может надеяться на ответное чувство. Ведь Джед так старательно отгораживался от нее!

Он мог изображать, что любит ее, создавая вполне правдоподобную иллюзию подлинного чувства. Но при этом никогда не терял над собой контроль. Да, это позволяло избавиться от скорби и боли, но равным образом лишало его возможности быть счастливым.

Если только… если ей не удастся как-то достучаться до него и заставить выплеснуть свои чувства наружу.

Они молча вошли в трейлер. Джед тут же уткнулся в свою роль.

Кейт забрала у него папку и сказала:

— Нам нужно поговорить о Дэвиде.

Что-то в его лице дрогнуло, и она почувствовала слабый проблеск надежды. Но в следующее мгновение на нее уже смотрел Джерико — точно так же, как это было с пастором Кинкейдом.

— Кейт, я понимаю, как ты беспокоишься за меня, что я могу сорваться и даже снова начать пить, но…

— Я хочу знать, что ты собираешься делать — ведь теперь нет возможности обращаться к Дэвиду.

— Я не стану пить. Я не… стану!

Он устремил на нее прочувствованный взгляд, но она не поддалась.

— Вместо этого ты будешь торчать возле бара? Или даже зайдешь внутрь и попросишь налить тебе стакан, чтобы понюхать?

— Нет, — он покачал головой, — я постараюсь больше не… Нет.

— Ты хоть понимаешь, что всего четверть часа назад стоял и глазел на дверь в бар, как на ворота в рай?

Его глаза стали совершенно пустыми.

У Кейт лопнуло терпение, и она выложила все, что думала:

— Джед, меня тревожит то, что ты держишь все внутри себя. Погиб твой лучший друг. Тебе необходимо оплакать эту потерю. Если ты по-прежнему будешь запрещать себе что-то чувствовать, хуже станет только тебе!

Он не ответил и даже не пошевелился.

— Со мной однажды случилось нечто очень плохое, — шепотом призналась Кейт, молясь о том, чтобы он по крайней мере сохранил способность слушать. Потому что повторить этот рассказ будет свыше ее сил. — И я молчала об этом почти десять лет. И все это время, каждый день на протяжении всех десяти лет, я позволяла этому разъедать меня изнутри.

63
{"b":"4768","o":1}