ЛитМир - Электронная Библиотека

Теперь она собиралась потребовать, чтобы ей вернули ее жизнь.

Алессандра посмотрела на дверь — она была чуть приоткрыта, и в щель пробивался тусклый свет. Лучше бы ее закрыть, но Гарри не велел этого делать. Даже когда Алессандра принимала душ или пользовалась унитазом, предполагалось, что она не должна запирать дверь. Такова частная жизнь в этом чертовом отеле.

Но как бы она ни злилась на своих стражей, при мысли о кровоточащей ране, которую один из них носит в себе, сердце ее сжималось. В этот миг ей казалось, что она в своем доме и только что вышла из ванны, а вокруг нее поднимаются клубы дыма и бушует пламя. Она снова ощущала, как крепкое, словно скала, тело Гарри прижимается к ее собственному, ощущала его теплые мозолистые руки на своей все еще влажной после ванны коже, и это ощущение было греховным, но приятным.

Алессандра встала, стараясь загнать воспоминание в самый дальний уголок сознания — она не хотела испытывать какие-нибудь чувства к Гарри О'Деллу, тем более чувство сострадания. А что еще есть у нее к нему? Влечение? Ну нет, она просто устала и у нее не прошел шок. Гарри потерял ребенка, и она его пожалела, вот и все. Обычное сострадание. Точка.

Господи, как ей это было отвратительно и ненавистно! Она не хотела оставаться здесь. Один телефонный звонок, всего один, — и с этим недоразумением будет покончено.

Она взяла трубку.

— Хотите позвонить кому-нибудь, кого я знаю?

Алессандра вздрогнула от неожиданности, трубка задребезжала в своем гнезде.

Гарри шире распахнул дверь и вошел в комнату; его лицо было суровым и мрачным, глаза казались холодными и лишенными жизни, как непознанные пространства космоса.

— Я только…

Алессандра замешкалась и не знала, что сказать. Разумеется, Гарри прекрасно понимал, что она собиралась сделать. Он не сводил с нее глаз, и, казалось, этот лишенный выражения взгляд был способен пробуравить в ней отверстие с краями, покрытыми льдом. Гарри ждал ее ответа, а она могла только вспоминать о том, как он смотрел на нее прежде и его взгляд невольно трогал ее.

Алессандра сознавала, что выглядит хотя и не лучшим образом, но вполне сносно. Джордж забежал в аптеку и купил кое-что из составленного ею списка, включая дешевую косметику. Тотчас же воспользовавшись ею, она сразу почувствовала себя много лучше и увереннее. Чуть пошевелившись на постели, Алессандра слегка изменила позу, высвободила поджатые под себя ноги и подвинулась так, чтобы свет из открытой двери упал на ее тщательно подкрашенное лицо, а волосы засияли золотом. Вырез пижамы предоставил детективу возможность полюбоваться ее ослепительной кожей — хитрый ход, имевший целью одурманить и отвлечь его.

Взгляд Гарри задержался на ее груди, а потом не спеша спустился к ногам.

— Вы пытались связаться с Майклом Тротта? — Он продолжал рассматривать изящные изгибы ее бедер, потом вскинул голову и их глаза встретились.

Внезапно ощутив неловкость, Алессандра тут же подтянула колени к груди и плотно сжала их. Она провоцировала его бездумно, как всю жизнь использовала свою красоту в качестве мелкой разменной монеты. Разумеется, ей раньше следовало научиться не играть с огнем, а теперь все, на что ее хватило, — это не разразиться слезами.

— Я не знаю, о чем вы…

— Знаете. Вы чертовски хорошо знаете, что делаете и как выглядите. Вы не хотите признаться, что собирались позвонить Тротта, и поэтому решили отвлечь меня, переключив мое внимание на свои прелести. Ну так вот, это не сработало.

Алессандру охватил гнев — ее возмутила его грубость.

— Вы просто…

Она не закончила фразы.

— Просто что?

Она отвернулась.

— Нет уж, я не стану опускаться до вашего уровня.

— Гнусный ублюдок? Вы это хотели сказать, да?

Алессандра встала и принялась поправлять подушки.

— Это ваши слова, а не мои!

Гарри присел на край кровати.

— Я искренне хотел бы знать ответ. Так что вам сказал Тротта?

Она потянула за покрывало.

— Простите, я очень устала…

— Он может одновременно и купить, и продать вас. — Гарри не двинулся с места. — В известном смысле он уже достиг успеха. Подумайте об этом. Он может заплатить, и даже не слишком много, человеку, который вас пристукнет.

Она прекратила свое сражение с покрывалом и занялась второй постелью.

— Да постойте же! — Гарри притворился, что эта мысль осенила его внезапно. — Вы не верите, что на вашу жизнь заключен контракт, и поэтому хотели позвонить ему? Полагаете, что две бомбы, заложенные в машины в вашем гараже, результат ошибки исполнителя?

Алессандра продолжала стоять спиной к нему и расправлять простыни.

— Так как же, Элли, что вы собирались просить у него, когда взяли трубку?

Он попытался не очень удачно сымитировать женский голос:

— «Пожалуйста, Микки, успокойте меня, скажите, что это было ужасной ошибкой». И как вы полагаете, что бы он вам ответил? Можете не напрягаться — даю вам несколько лишних секунд, чтобы обдумать это.

Алессандра резко повернулась и с ненавистью уставилась на него.

— Я хочу, чтобы вы ушли отсюда.

Детектив сделал движение, но не к двери, а просто изменил позу на кровати. Теперь он опирался спиной об изголовье и удобно вытянул ноги.

— Знаете, что бы он вам ответил? «О, конечно, миссис Ламонт. — На этот раз Гарри на удивление точно воспроизвел выговор Тротта — до того точно, что у нее побежали мурашки по спине от этого приторно-слащавого голоса. — Да, произошла досадная ошибка, миссис Ламонт. Пожалуйста, приезжайте ко мне в офис. Я обо всем позабочусь».

— Возможно, он и хочет это сказать. Я ведь вернула ему деньги.

Детектив рассмеялся и поправил подушки у себя за спиной, чтобы было удобнее сидеть.

— Знаете, что случится дальше, или вы не догадываетесь, каким образом он улаживает дела? Можете явиться к нему и ослепить его своими прелестями, солнышко, можете даже пустить в ход их и, фигурально выражаясь, пристроить уста туда же, куда и деньги. Майкл Тротта, разумеется, не откажется от вас и согласится трахнуть, перед тем как убьет.

— Вы отвратительны!

— Не я, а правда жизни отвратительна. И не путайте вестника, приносящего дурные новости, с самими этими новостями.

Алессандра встала, выпрямилась во весь рост и посмотрела на него с таким высокомерием, на какое только была способна.

— Пожалуйста, уйдите. Я просто с ног валюсь от усталости.

Гарри улыбнулся:

— Со мной эта ваша маска — «ледяная сучка» — не срабатывает, Эл.

— Перестаньте меня так называть!

— Как? Ледяной сучкой или Эл?

Алессандра старалась держаться как можно независимее, чтобы детектив не заметил, как она дрожит. Она и сама не могла бы сказать, что сейчас чувствует — страх, гнев или просто отчаяние; ей было понятно только одно — ее до смерти пугала перспектива утратить свою личность. К тому же она так тосковала по крошке Джейн, что испытывала почти физическую боль.

— Меня зовут Алессандра.

— Вы не долго ею останетесь. — Одним гибким, плавным движением Гарри поднялся с места. — Я предлагаю вам сделку. — Его голос звучал резко и грубо. — Вы не верите, что ваш сердечный друг Майкл действительно хотел, чтобы вы разлетелись на миллион кусочков, но если все-таки хотите позвонить ему — милости просим, вы окажетесь на улице скорее, чем сможете сосчитать до трех. Потому что уже в момент звонка Тротта узнает, где вы, а потом произойдет следующее: умрете не только вы, но, вероятно, и мы с Джорджем, если будем пытаться защитить вас. Если уж вы твердо решили принять мученический венец, я могу подарить вам майку с намалеванной на ней целью, и вы ее наденете, но только после того, как выйдете из отеля. Прогулка ваша будет короткой и окончится быстро — вам не удастся пройти и нескольких кварталов, прежде чем вас заметят и подстрелят.

Она ему не верила. Не могла поверить. Гарри видел это, мог определить с первого взгляда.

Он взял телефонный аппарат и одним быстрым движением без малейшего усилия вырвал провод из стены.

18
{"b":"4769","o":1}