ЛитМир - Электронная Библиотека

И о чем он только думает, черт возьми? Из того, что какой-то мальчуган дал ему нелепый совет, вовсе не следовало, что он обязан ему следовать.

Овца внезапно вывернулась, обдав его лицо жидкой грязью.

— Ах ты!.. — Он выпустил ее из рук, бранясь на чем свет стоит.

— Пожалуй, вы уж слишком много ругаетесь для джентльмена, — вдруг раздался неподалеку чей-то женский голос.

Ему бы следовало знать заранее. В воздухе должно было ощущаться потрескивание, в ясном небе должна была вспыхнуть молния, сверчки в траве должны были умолкнуть, в самом крайнем случае он должен был испытать нечто вроде приступа умственного помрачения. Что-то должно было возвестить ему о ее прибытии. Ему казалось несправедливым то, что природа могла создать силу столь могучую и непреодолимую и вместе с тем забыла предупредить простых смертных о ее приближении.

Прищурившись, Эйвери поднял на нее глаза. Лили стояла у кромки воды, окруженная мирно пасущимися овцами. Руки ее свободно свисали вдоль тела, она нетерпеливо постукивала кончиком ботинка по земле.

— Что вы здесь делаете? — спросил он.

По его торсу стекали красноватые вязкие струйки, и та же липкая, скользкая грязь покрывала его лицо. Шлепая по воде, он не спеша подобрался к краю пруда в предвкушении очередной словесной баталии.

— Что она здесь делает? — крикнул с противоположного берега Драммонд. Стащив с головы фуражку, он что было сил ударил ею себя по бедру. — Здесь у нас не пикник, мистер Торн, и я советую вам поскорее спровадить вашу женщину туда, откуда она пришла.

Эйвери поморщился. Как и следовало ожидать, Лили бросила на Драммонда разъяренный взгляд, словно бык, завидевший перед собой красную тряпку. Слабое постукивание носком ботинка перешло в беспрерывную чечетку. Пасшаяся рядом овца подняла морду и изумленно моргнула.

— Во-первых, мистер Драммонд, я никому не принадлежу, кроме себя самой, — ответила она. — Во-вторых, я здесь не для того, чтобы принести всем вам ленч.

— В таком случае уходите! — отрезал Драммонд. — Вы сами приставали ко мне с требованием вымыть этих овец, а теперь, когда я делаю все, что в моих силах, чтобы исполнить ваш приказ, вы появляетесь тут, отвлекаете моих людей и создаете всем трудности, как всегда…

— Заткнитесь, Драммонд, — перебил его Эйвери.

Вместо выражения признательности, которого он вправе был ожидать от любой нормальной женщины, Лили нахмурилась.

— Я не нуждаюсь в вашей помощи, мистер Торн, — заявила она. — Я вполне способна сама за себя постоять… и сама управлюсь с мистером Драммондом.

— Значит, вы не собираетесь уходить? — осведомился Драммонд.

— Нет! — крикнула в ответ Лили.

— Тогда я ухожу. Эй, парни! Перерыв! — Драммонд высоко вздернул подбородок, как бы поощряя ее к дальнейшим действиям.

Каково приходится человеку, когда его авторитет т только постоянно оспаривается, но подвергается открытым нападкам? — подумал Эйвери, сочувственно глядя на побледневшее лицо Лили. Ему самому в свое время пришлось испить горькую чашу унижения, когда его мнение не принималось во внимание, а все его замечания и советы отвергались лишь потому, что из-за физической слабости он не сумел завоевать уважение себе подобных.

И само собой разумеется, остальные работники, даже не взглянув в сторону Лили, их предполагаемого нанимателя, выпустили овец и принялись с трудом карабкаться вверх по береговой террасе, направляясь в сторону небольшой рощицы на другом конце луга, где их ждал обед.

Драммонд с торжествующей ухмылкой зашагал прочь, словно горный король в окружении свиты из троллей; его бодрая поступь ясно свидетельствовала о том, что он считал себя в этой стычке победителем. Лили посмотрела им вслед, не в состоянии скрыть свой гнев и досаду, потом перевела взгляд на Эйвери. Она еще чуть-чуть приподняла подбородок — то ли поощряя его выразить вслух свое сочувствие, то ли готовясь к схватке с очередным противником. Он ведь тоже понимал, что такое гордость!

Внезапно у него отпало всякое желание с ней спорить.

— Лили! — Он протянул ей руку.

Она посмотрела на нее с таким видом, словно он хотел испачкать ее охрой.

— Лили! — повторил он снова, стараясь, чтобы голос его звучал как можно мягче и спокойнее.

Со своего места он видел, что ее сотрясает нервная дрожь. Девушка отступила на шаг.

— Я пришла передать вам, что у вас гости, — сказала она.

— Какие гости?

— Обе барышни Камфилд, которые случайно проезжали мимо вместе с их дорогой подругой виконтессой Чайлдз, которую вы встречали в Лондоне, а также с ее дорогой подругой мисс Бет Хайбридж и ее братом, Итаном Хайбриджем, которого вы знали еще в Харроу.

— Вот как?

— Да. Мистер Хайбридж сгорает от нетерпения, — продолжала она медоточивым тоном, — просто сгорает от нетерпения увидеть вас в своем доме. Он и некоторые из его приятелей устраивают на следующей неделе прием.

Эйвери, прищурившись, взглянул на нее.

— Не помню никакого Хайбриджа. Где он живет? Лили махнула рукой в южном направлении:

— Примерно в нескольких милях отсюда, по другую сторону от Камфилдов. Мне рассказывали, что дом у них очень красивый и содержится в идеальном порядке. Никаких следов пыли на мебели.

— И что из того? — спросил он, пытаясь сообразить, к чему она клонит. — Лично я вполне доволен своей жизнью здесь, в Милл-Хаусе. Несмотря на пыль и все прочее.

Она подчеркнуто медленно окинула взглядом его перепачканное грязью тело.

— Понимаю.

— И что это должно означать?

— Только то, что вы с тем же успехом можете принять приглашение и перестать корчить из себя настоящего мужчину. Все эти ваши попытки показать, насколько хороший из вас выйдет хозяин для Милл-Хауса, не производят впечатления ни на кого, кроме вас самого.

— Что? — не сдержался он.

— Я об этих ваших предприятиях, за которые вы то и дело беретесь. — Она повысила голос, подойдя к самому краю берега. — Не думайте, будто я не знаю, что у вас на уме. Мери, Тереза, Кэти, даже Бернард — все они сыты по горло вашими акробатическими трюками. Я не намерена выходить из состязания только потому, что вы переставили кое-какую мебель в доме и перетаскали несколько лопат ила со дна пруда…

— Постойте!

Эйвери понятия не имел, что она имела в виду. Он знал лишь, что если она станет владелицей Милл-Хауса, то весь его изнурительный труд в конечном счете может принести выгоду ей. Но вместо того чтобы оценить его усилия — не говоря уже о том, что он не счел ниже своего мужского достоинства копаться в грязи, — она набросилась на него с упреками!

— Несколько лопат, говорите? Да я перенес по меньшей мере две тонны этой мерзости!

— У меня такое ощущение, что большая ее часть осталась на вас.

Он глубоко вдохнул, чтобы успокоиться.

— Вы, мисс Бид, просто неблагодарная злоязычная мегера!

Удивительно, непостижимо, но когда он бросил ей в лицо это обвинение, нижняя губа Лили вдруг дрогнула и непроницаемо темные глаза подернулись влагой. На одно мгновение ему показалось, будто она вот-вот заплачет. Однако Лили сумела быстро совладать с собой.

— А вы, мистер Торн, просто грязная, грубая, неотесанная деревенщина, а вовсе не джентльмен!

Прежде чем он успел дать ей отпор, она резко развернулась и… столкнулась с овцой, пасшейся у нее за спиной. Испуганное животное, двинув своим мощным задом, сбило Лили с ног, и та соскользнула вниз головой по крутому скользкому склону. С громким, отрадным для его слуха плеском она упала в воду в том месте, где было довольно глубоко, и исчезла под ее мутной поверхностью.

Она не появлялась. Он ждал. Несколько секунд в холодной грязной воде только успокоят ее расшалившиеся нервы.

Прошло еще какое-то время. Она так и не появилась. Вздохнув, Эйвери направился, шлепая по грязи, к тому месту, где она скрылась под водой, и принялся шарить рукой по дну, пока не обнаружил сначала ее голову, потом шею, и наконец, ухватившись за ее рубашку, он с приглушенным ворчанием потянул ее вверх. Промокшая насквозь, она показалась ему довольно тяжелой, даже несмотря на то, что вода, доходившая ему почти до плеч, приняла на себя большую часть ее веса.

40
{"b":"4772","o":1}