ЛитМир - Электронная Библиотека

Ему обязательно нужно удалить Фиа из города на то время, пока Джеймс не ушел в плавание. Томас продумал все очень тщательно. В конце улицы его ожидал закрытый экипаж с верным человеком. Карру и Джеймсу он оставил письма, в которых сообщал, что отплывает во Францию за товаром. Конечно, когда Томас вернется, Карр поймет, что он ничего не купил и не собирается жечь судно. Карр, безусловно, сразу же сообщит властям, кем является Томас на самом деле и что он незаконно находится в стране. Ему придется бежать и расстаться с мечтой, для осуществления которой он уже так много сделал. А мечта его заключалась в том, что он хотел вернуть себе замок Мейден-Блаш и возродить его из пепла, в котором оставил его Карр.

Однако Томас не сожалел о принятом решении. Он был многим обязан Джеймсу Бартону. И хотя сам был бы не в состоянии следить за восстановлением замка, он нашел бы время изредка возвращаться и проверять, как идут работы. И пусть ему не суждено испытать радость возвращения в родной дом, он все же был бы счастлив, сознавая, что его клан вернулся на исконные земли Макларенов.

Да, он не сожалел о своем решении, но от того, что он собирался сейчас сделать, ему становилось неприятно. Никогда в жизни он не обращался ни с одной женщиной плохо. А сейчас, через несколько минут, ему придется похитить женщину из родного дома и держать ее у себя против воли.

Томас подошел к окну библиотеки, глубоко вздохнул, уперся в подоконник и бесшумно прыгнул внутрь.

– Я бы сказал, что большинство друзей Фиа используют входную дверь, – раздался внезапно голос.

Томас замер. Говорящий, судя по говору, несомненно, был молодым шотландцем. Томас обернулся.

В кресле сидел молодой человек. Он был даже моложе Пипа. У него на коленях лежала раскрытая книга. Он рассматривал Томаса темными задумчивыми глазами. «Черт побери! Это еще кто такой?» – пронеслось в голове Томаса. Он попытался улыбнуться.

– Согласен, однако не думал встретить здесь кого-либо. А кто вы? – спросил Томас.

Юноша закрыл книгу.

– Полагаю, что это я должен спросить у вас. «Господи, да он не лишен чувства юмора! – отметил про себя Томас. Самообладание юноши и манера держаться очень напоминали ему кого-то. – Он не испугался, сохраняет спокойствие, держится прямо, говорит ровно. Да, конечно, он очень похож на Фиа, но они не могут быть родственниками. Внешнего сходства между ними нет, но манера держаться одна и та же».

– Вы, случайно, не сын Генри Макфарлена, молодой человек? – поинтересовался Томас.

Молодой человек несколько смягчился.

– Сэр, вы угадали, – отозвался он.

Томас широко улыбнулся, спешно обдумывая, что делать дальше. Надо найти хоть какое-то разумное объяснение своему столь раннему появлению в доме, да еще через окно в библиотеке. Хотя мальчик, выросший под присмотром Фиа, должно быть, привык ко всяким неожиданностям.

– Я друг вашей мачехи, – любезным тоном пояснил Томас.

– Я никогда не называю ее мамой или мачехой, только Фиа. Знаете ли, она всего на шесть лет старше меня, – проговорил юноша, и в его голосе зазвучали оборонительные нотки. «Господи, пожалей его, – взмолился про себя Томас, – еще одна жертва Фиа!» – С моей стороны было бы смешно называть ее мамой, – продолжил юноша и задумчиво добавил: – Хотя Кора иногда называет ее мамой, но так, больше чтобы поддразнить.

Томас не представлял себе, что кто-то может дразнить Фиа. Эта мысль показалась ему совершенно невозможной, и он на мгновение задумался.

– А кто такая Кора, и почему она дразнит Фиа?

– Моя младшая сестра, совершенно невыносимое создание. Иногда она обращается с Фиа просто ужасно. Да и то сказать, Фиа любит, когда ее дразнят. Правда же? – Томас с удивлением смотрел на молодого человека, ожидая увидеть где-нибудь в соседнем кресле Кору. Фиа любит, когда ее дразнят? Фиа – предмет детских шуток? – О, не волнуйтесь! – Юноша словно читал его мысли. – Коры сейчас здесь нет, она в школе, в Девоне. В дальней части Девона, – подчеркнул он с явным облегчением.

– Понятно. – На самом деле Томас ничего не понимал. В это время он должен быть уже на втором этаже, связывать Фиа и запихивать ей в рот кляп, чтобы она не кричала, потом взвалить ее на плечо и похитить. Но вместо этого он стоит здесь и болтает с мальчишкой.

Юноша поднялся и галантно поклонился:

– Кей Антуан Макфарлен, сэр.

– Томас Донн, – ответил Томас и посмотрел на дверь, ведущую в холл. Еще немного, и появится горничная.

– Рад знакомству, сэр.

– Я тоже, лорд Макфарлен, – подхватил Томас. Юноша улыбнулся и превратился совсем в мальчишку.

Лицо у него было открытое и искреннее, какое никогда не бывало у Фиа.

– Кей, сэр. Зовите меня просто Кей. А титул, который вы употребили, принадлежал моему отцу, и я не очень стремлюсь заполучить его. Мне достаточно называться Макфарленом из Брамбл-Хауса. – Томас почувствовал, что юноша ему очень нравится. Ему стало больно, что Карр обманывает такого порядочного молодого человека и старается выжить из собственного дома. Эта мысль вернула его к причине, по которой он оказался здесь.

– Что ж, Кей Макфарлен из Брамбл-Хауса, пожалуй, мне пора заняться тем, ради чего я пришел сюда, прежде чем кто-то из слуг заметит появление незваного гостя.

– А что это за дело, мистер Донн? – Настороженность опять вернулась к юноше.

Томас поднял руки вверх.

– Видишь ли, я заключил с Фиа пари. Я утверждал, что смогу незаметно залезть в дом и взять букет из вазы наверху, – «Господи, сделай так, чтобы наверху была ваза!» – мысленно обратился он к Всевышнему, – и что никто не заметит меня, включая самое Фиа. – Томас с сожалением покачал головой. – А теперь она очень обрадуется, когда узнает, что не успел я залезть в дом, как ты обнаружил меня.

Юношу явно развеселило услышанное.

– Да, Фиа с удовольствием посмеется, когда узнает, что выиграла пари.

Фиа будет смеяться с удовольствием? Правда, он много раз слышал, как смеется Фиа, она умеет высмеивать, смеяться презрительно, жестоко, но чтобы она смеялась с удовольствием? Этого он не видел никогда.

– Мы, мужчины, должны держаться вместе, ты так не считаешь?

Кей посмотрел на него внимательно и ответил:

– Возможно.

– Итак, Кей. Фиа привыкла побеждать. Так не пора ли нам, мужчинам, взять над ней верх? – Юноша согласно кивнул, на лице его появилась улыбка. – Давай договоримся, – продолжал Томас, – ты будешь по-прежнему заниматься своим делом, то есть читать. Наверное, что-то интересное?

– «Илиада», сэр.

– О! Ничего интереснее и быть не может. Ты продолжай читать, но у себя в комнате, Кей. Тогда тебе не придется отвечать на множество вопросов, которые обязательно возникнут, когда Фиа обнаружит, что проиграла пари. – Он подмигнул юноше.

– Полагаю, я мог бы пойти на кухню...

– Прекрасно, на кухню так на кухню, – произнес Томас, дружески похлопывая Кея по спине и чувствуя себя совершенно омерзительно. – Пойдем, ведь если она проиграет, то никому жизни не даст. – Последнее окончательно склонило весы в пользу Томаса.

– Это вы верно заметили, сэр, – благодушно подтвердил Кей, соглашаясь.

Томас рассмеялся, обнял Кея за плечи и повел к двери. Украдкой посмотрев по сторонам, он слегка подтолкнул юношу в коридор. Когда Кей был уже на середине коридора, он обернулся и спросил:

– А сколько мне сидеть на кухне, сэр?

– Ну, четверть часа, что-то около этого или чуть дольше, на всякий случай, – небрежно ответил Томас. – Вдруг мне придется отсидеться в какой-нибудь комнате, пока пройдет горничная или лакей.

Юноша кивнул. Минутой позже дверь в кухню закрылась за его спиной. Улыбка тут же исчезла с лица Томаса, и он поднялся по лестнице на второй этаж, где, как он помнил, располагалась комната Фиа. Томас резко открыл дверь, вошел в будуар и бесшумно притворил дверь за собой. Он огляделся и заметил арку, ведущую из будуара в альков, где располагалась кровать, подошел к нему и заглянул вглубь, ожидая увидеть Фиа спящей. Он невольно представил себе, как она будет прелестна во сне с рассыпавшимися по подушке черными локонами.

24
{"b":"4773","o":1}