ЛитМир - Электронная Библиотека

По правде сказать, у нее все-таки были сторонники среди бывших рабов, особенно среди женщин. Она время от времени собирала женщин, бывших рабынь и свободнорожденных, на борту Небесного Ангела и пыталась втолковать им общие принципы минервианизма. Ей, конечно, не раз удавалось вызвать отклик в сердцах слушателей, но, к ее удивлению, даже самые основы учения вызывали неприятие у большинства. Например, идею равенства мужчин и женщин не восприняли даже сами женщины. Для них прежнее положение было в порядке вещей, причем чем хуже им жилось, тем яростней они отказывались соглашаться с тем, что на самом деле женщина – такой же человек, ничем не хуже мужчины. Особенно сильная женская оппозиция сложилась на «Благоуханном Ветре», где жили в основном японцы. Джен понимала, что предстоит кропотливая работа по перевоспитанию невежд, но сейчас на это не хватало ни времени, ни сил. Приходилось все откладывать на потом.

– Как много дел, – пробормотала она про себя.

Робот-паук тотчас отозвался голосом Карла:

– Какие будут приказания?

– Никаких… То есть почему? Будут!

Но, прежде чем она начала, раздался голос Эшли.

– Привет, Джен, – сказала она весело. – Я подслушивала. Тебе надо было насадить этого борова на вертел и поджарить ему пятки. Никакой благодарности, а? После всего, что мы сделали! Говорила я тебе, что зря ты затеяла выжигать заразу. Они не поняли, испугались и обиделись.

Джен стало досадно, что Эшли будто прочитала ее мысли. Неужели она скатилась до уровня Эшли? Сжав губы, Джен ответила:

– Это не путь для уроженки Минервы.

– А я и не уроженка Минервы, между прочим, – заметила Эшли.

– Это уж точно, – сказала Джен, приходя в себя после вспышки гнева.

Эшли сильно отличалась от Карла, хотя эти две программы использовали одни и те же биоячейки. Карл обладал чисто искусственным интеллектом и поэтому был абсолютно надежным помощником, но вот Эшли – машинная копия реальной человеческой личности, испорченной эгоистки, взбалмошной девчонки, погибшей четыреста лет назад, – доставляла немало забот. Чем дальше, тем больше ее поведение вызывало сомнения в ее «здравомыслии». И это Джен не удивляло. Представьте себе молодую красивую девушку, проснувшуюся в одно прекрасное утро внутри компьютера, без тела, но обуреваемую желаниями, которые невозможно удовлетворить. Такое положение любого сведет с ума. Удивительно, что она еще как-то держится.

– Я возвращаюсь, – мягко сказала Джен. – Пришли вертолет.

– Конечно, – ответила Эшли из робота-паука.

И почти сразу Джен услышала «умпа-умпа» маленького вертолетика, одного из шести, быстро спускавшегося на землю. Стоя в ожидании его посадки, она размышляла об Эшли. Эх, если бы ее отделить от Карла… Но их программы так срослись! Хуже всего было то, что, вероятно, с каждым копированием дееспособность Эшли снижалась, хоть Карл и утверждал обратное. А копировать было необходимо, поскольку на все вновь захваченные Небесные Властелины приходилось ставить одно и то же программное обеспечение. Но вроде бы все «Карлы» были, по его рапорту, абсолютно идентичны.

В данный момент на свете жили шесть Эшли, которые могли переговариваться между собой по радио, и шесть Карлов, ведущих всю повседневную работу на шести кораблях, но идущих на любые уступки каждый своей Эшли. Джен боялась, что когда-нибудь Эшли возьмет управление флотом на себя, и поэтому упорно работала над программами, пытаясь их все-таки разъединить. Еще одно тяжкое бремя, но она верила в свои силы.

Маленький вертолет, прозрачный шарик с роторами, похожими на стрекозьи крылья, мягко приземлился рядом с ней. Джен подошла к нему и залезла внутрь. Робот последовал за ней. Она отдала приказ на взлет.

Бездумно глядя вниз, пока вертолет набирал высоту, она поймала себя на безразличии, столь не похожем на тот ужас, который ей довелось пережить пять лет назад, когда она восемнадцатилетней девочкой была схвачена на руинах Минервы Небесным Властелином, «Властелином Панглотом». Тогда ее посадили вместе с другими оставшимися в живых в большую плетеную клетку и подняли на борт…

Тогда еще молоденькая Джен находила утешение в религии, но те времена миновали. Конечно, в минуты крайнего возбуждения она взывала иногда к Богине-Матери, но это было просто данью привычке, а не сознательным поклонением. Теперь-то она понимала, что культ Минервы был выдуман социологами сразу после Генных войн, чтобы людям было хоть на что-нибудь опереться в бушевавшем вокруг хаосе.

Вертолет вернулся на борт Небесного Ангела и сел в один из многочисленных ангаров.

Джен вышла и сказала роботу:

– Эшли, дай слово Карлу, пожалуйста.

– Конечно.

После короткой паузы раздалось:

– Карл слушает. Какие будут приказания?

Голос раздавался из того же динамика, встроенного в корпус робота-паука, но отличался от прежнего как небо и земля.

– Когда флот будет готов к выступлению? – спросила Джен.

– Флот готов выступить немедленно, но лучше было бы сначала зарядить солнечные батареи. Наша лазерная атака, как обычно, истощила энергетические ресурсы всех кораблей. За исключением, конечно, Небесного Ангела.

Карл всегда старательно подчеркивал, что энергетическая мощь Небесного Ангела почти неистощима.

– Нам нужно два часа солнечной погоды, чтобы завершить подпитку.

– Прекрасно. Куда нам лететь?

– Согласно бортовому журналу «Властелина Монткальма», в ста сорока милях от нас находится город под названием Медвежье. Население: девятьсот восемьдесят жителей, если верить записям, но это вряд ли. Они поставляли «Властелину Монткальму» древесину, меха и рыбу. Не знаю, какое у них положение в данный момент.

Джен кивнула. Когда-то плесень не достигала высокогорных районов, где было, холодно и ветрено, но с течением времени зараза добралась и туда.

– Прекрасно. Направляемся в Медвежье. Под покровом темноты займем позиции вокруг города. То-то жители утром удивятся.

Она повернулась, чтобы уйти, но робот засеменил рядом.

– И еще, Джен…

– Да? – насторожилась она.

– Американос с корабля «Благоуханный Ветер» прислали делегацию для переговоров.

– Я знаю наизусть все их песни.

Американос, люди с уничтоженного «Властелина Панглота», были размещены на «Благоуханном Ветре» вместе с остатками прежнего японского экипажа. Эти две нации ненавидели друг друга. Она знала о настроениях, царивших на борту «Благоуханного Ветра», но до него руки все не доходили. Когда к ее флоту прибавится еще один Небесный Властелин, проблема решится сама собой.

– У меня нет времени на аудиенции, – отрезала она и шагнула в кабину лифта, который отвез ее на другую палубу.

Там она взяла транспортный шар, перенесший ее еще на полмили, к самым дверям ее каюты.

На полу в каюте сидели двое: мужчина и мальчик. Они трудились над какой-то громоздкой головоломкой. Мужчину, одного из двух, спасшихся из Минервы, звали Киш. Мальчика, ее сына, звали Саймон. Как только она вошла, мальчик все бросил и побежал ей навстречу.

– Мама пришла! – закричал он, обхватывая ее руками и прижимаясь щекой к подолу ее платья.

Она наклонила голову и улыбнулась ему.

– Привет, малыш! Ты хорошо себя вел?

Киш, поднявшись с колен, подошел к ним и тоже улыбнулся.

– Прекрасно. Как всегда.

«Как всегда». Джен подавила вздох и увлекла сына к дивану. Тяжело опустившись на мягкие подушки, она посадила Саймона рядом с собой. Он крепко прижался к ней.

Киш спросил:

– Хотите перекусить, госпожа?

– Нет, спасибо, но вот пить страшно хочется. Чего-нибудь холодного, и побольше.

Она проводила глазами Киша. Из двух уцелевших минервианских мужчин ей нравился именно Киш, и, когда она решила заиметь ребенка, чтобы продолжить род минервиан, то выбрала его, но благодаря появлению Саймона оставила свои планы.

Саймон…

Сколько еще ей жить в страхе? Сколько еще сомневаться? Она ласково посмотрела на него. Обычный мальчик, как все. Ну, конечно, не совсем. Ему только два года, а выглядит он как четырехлетний. А по умственному развитию еще старше. Ну и что же? Ведь бывает и ускоренное развитие! Мило здесь совершенно ни при чем!

7
{"b":"4784","o":1}