ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Невеста
Любовь меняет все
Двойная жизнь Алисы
Ветер Севера. Риверстейн
Мне снова 15…
Умри сегодня
Питер Пэн должен умереть
Minne, или Память по-шведски. Методика знаменитого тренера по развитию памяти
Принц инкогнито

Глава 10

ПОДБОР И СОЧЕТАНИЕ

Настал день, когда Гейл повесила на дверь табличку «Закрыто», и мы втроем прошли через задний двор в маленький офис, выгороженный в соседнем с «Прикидом» помещении. Здесь находились владения Купидона, здесь Имонн неделями просиживал за своим любимым компьютером, заставляя его проделывать настоящие чудеса с данными, которыми мы подкармливали эту умную машину. Мы решили, что в отсутствие Кэролайн удалось должным образом настроить и запрограммировать Купидона – в любом случае скоро выяснится, так это или нет. Имонн составил свой список подходящих, с его точки зрения, пар, каждый возглавляло имя одного из мужей.

Я поражалась, насколько захватило меня это занятие. Все сомнения и робость куда-то испарились; перспектива покопаться в жизнях других людей казалась куда заманчивее, нежели копание в собственных переживаниях. Возможно, мне просто хотелось отвлечься от них. Как бы там ни было, но я пребывала в приподнятом и даже шаловливом настроении.

Папки Имонна были разложены на столе перед нами. Из любопытства я пролистала несколько из них, заметив, что там значились имена ряда весьма известных официальных лиц.

– Нечто вроде списка «непочетных» гостей, – заметила я.

Кэролайн это понравилось, и она схватила одну из папок.

Имонн не преминул вставить, что перед тем, как заглядывать в папки, надо решить несколько принципиальных вопросов. Даже такие машины, как Купидон, не следует считать непогрешимыми. Как, к примеру, он будет подбирать пару среди существующей у нас клиентуры какому-нибудь члену верховного суда, которому, чтобы он кончил, надобно читать творения Горация в оригинале? Нет, для этого скорее придется разместить объявление в серьезном литературном журнале, что вызовет замешательство в научной среде, а также скандал в связи с нарушением конфиденциальности. С другой стороны, ничего не стоит подобрать пару какой-нибудь рок-звезде, миллионеру с палаццо в Тоскане, кучей долговых обязательств и пристрастием к дорогим винам. Да такой подходит доброй половине дам из наших списков!

– Ладно, – сказала я. – Для рок-звезды будем бросать монетку, а что касается его чести судьи, пусть читает себе Горация сам. Как насчет остальных?

Кэролайн была возмущена сверх всякой меры.

– К дьяволу остальных! – рявкнула она. – Сколько лет этому рок-певцу? Где его досье? – Затея с уик-эндом с Ренато в Тоскане кончилась провалом, и она надеялась наверстать упущенное в палаццо. – Вот уж лет двадцать как не спала с рок-звездой! – задумчиво добавила она, и лицо ее вытянулось: – Боже, да я уже просто старуха!

Но Гейл решила не давать Кэролайн углубляться в сантименты. Подала кофе и предложила разделить папки с досье между всеми нами с тем, чтобы вычеркивать, каждую явно неподходящую пару и отмечать галочкой наиболее перспективные.

И она раздала нам папки. Материала было не очень много, как могло показаться с первого взгляда. Более четверти мужей вообще не представляли никакой рыночной ценности, в том числе и судья, привыкший цитировать Горация в самый ответственный момент. А потому мы решили отложить материалы по ним до того времени, пока не будет нового притока женщин. Тем же дамам, которым не удастся помочь, придется вернуть аванс. Это означало, что на каждую из нас приходилось примерно по двадцать досье. Имонна исключили, решив, что ему еще не хватает опыта – несмотря на недавние атлетические упражнения с барменшей в доме Кэролайн.

Необычное выдалось у нас утро. Я листала бумаги, и передо мной разворачивались картины чужой жизни, полные самых невероятных забав и абсурдных развлечений. Читая досье, я словно читала истории их жизней. Я была совершенно заворожена этим занятием. К примеру, выяснилось, что никто не знал этих мужчин лучше, чем собственные жены. Мужчины, по всей видимости, были бы совершенно потрясены, обнаружив, как много знают о них их благоверные. И как много теперь знаем мы. И еще меня очень растрогало то обстоятельство, как нежно и искренне некогда любили их эти женщины. Если б не любили, то никогда бы не узнали до мельчайших подробностей. А если б продолжали любить, то никогда не поведали бы нам всего этого. В этом я уловила некий оттенок трагизма. Лишь безжалостная отстраненность, присущая давно померкшей любви, могла помочь составить эти портреты.

Прошло, наверное, не меньше часа. В комнате царило молчание. Гейл с каскадом рыжих волос сидела, низко склонившись над бумагами, и изредка удивленно ахала. Кэролайн время от времени хихикала. Часть папок мы откладывали в сторону. Я подобрала три пары, которые, по моему мнению, были просто созданы друг для друга Гейл, похоже, подобрала столько же. Кэролайн, как я заметила, нашла лишь одну.

И обернулась к нам, размахивая папкой.

– Что ж, – объявила она, – знаю, что вы двое программировали эту машину. Теперь послушайте, что получилось!

И Кэролайн раскрыла папку. Имонн с безразличным видом перелистывал журнал с голенькими девочками.

– Тут у нас имеется помощник директора программ религиозного радиовещания, – сказала Кэролайн. – Сорок два года. Увлекается крикетом, пешей ходьбой по болотам и чтением Троллопа 65. Автор ряда богословских трудов, в частности, монографии, раскрывающей теологическую подоплеку образа змеи в Книге Бытия. Не курит, не пьет. Патронирует молодежный клуб в Илинге. Регулярно выступает с проповедями. Принципиальный противник церковных облачений как таковых. Не спал с женой вот уже пять лет. Жена подозревает, что изменял ей во время выездов на вселенские соборы. Имеет постоянную любовницу, учительницу математики из местной школы.

Кэролайн умолкла и иронически улыбнулась:

– А теперь послушайте, какую женщину Купидон считает идеальной парой для этого достопочтенного джентльмена… Артистку стриптиза!

Кэролайн пытливо заглянула в глаза сперва мне, потом – Гейл.

– Потрясающе, не так ли? Настоящий триумф компьютерного программирования! Поздравляю! Теперь будете знать, как обтяпывать делишки у меня за спиной!

Презрительно фыркнув, она обернулась к Имонну, который тихо листал журнал с девочками.

– Что скажешь, Имонн?

Юноша поднял глаза от снимка на развороте и ленивым жестом откинул волосы со лба.

– А чего?

Кэролайн яростно сверкнула глазами:

– Что значит «чего»? Ты слышал, о чем тут говорили или нет? Или был слишком занят, пуская слюни над этими титьками на картинках?

– Да нет! Я слышал, – устало кивнул Имонн.

И снова уставился на титьки. Кэролайн безнадежно махнула рукой и сунула папку Имонну к носу.

– Тогда объясни, что все это означает! – И как получилось, что эти две полудурочные так запрограммировали компьютер, что он выдает подобный результат!

Имонн нехотя отложил журнал.

– Нет проблем!

Он взял у Кэролайн папку и начал перелистывать бумаги. Одновременно достал из кармана яблоко и вгрызся в него. Кэролайн была раздражена сверх всякой меры. Если б в эту секунду в руках у нее оказалась горячая сковородка с яичницей и беконом, уверена, она бы врезала ему по причинному месту. Гейл подмигнула мне. Имонн глядел сосредоточенно.

– Не лишено здравого смысла, – заметил он наконец, не отрываясь от бумаг. – Боа-констриктор… что ж, прекрасно! Парень ведь написал книгу о змеях, разве нет?.. Да забудьте вы об этой Книге Бытия, компьютер зафиксировал именно этот факт. – На лице Кэролайн возникло выражение растерянности. Имонн продолжал читать. – Он также возражает против церковных облачений… О'кей, а наша девушка, заметьте, стриптизерша. Так или нет? – Снова пауза. Кэролайн принялась трещать суставами пальцев. – К тому же он любит Троллопа… Обратите внимание, как эта девушка описывает себя: «…в глубине сердца немножко проститутка». Прямо как у Троллопа, так или нет? – Имонн окинул Кэролайн снисходительным взглядом. – Компьютеры не ошибаются, миссис Аппингем. Они устанавливают связь между предметами и понятиями. Ведь нельзя же ожидать от компьютера, чтоб он проводил различия между писаниной Троллопа и высказываниями какой-то девицы!

вернуться

65

Антони Троллоп (1815-1882) – английский писатель-романист и литературный критик.

57
{"b":"4785","o":1}