ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Абернети знал, что значит, если Паладин потерпит поражение, и перестал думать о себе. Пес снова попробовал подняться, и ему это почти удалось. Морду исказила гримаса боли.

Микс еще раз шагнул вперед, и вдруг его нога оказалась в нескольких сантиметрах от головы Абернети. На колдуне были мягкие туфли; икры были обнажены.

Гримаса боли у Абернети сменилась оскалом. Ему представилась последняя возможность.

Пес быстро поднял голову, схватил колдуна за лодыжку и укусил что было мочи. Микс вскрикнул от боли и удивления, раскинул руки, и волшебные книги взмыли в воздух.

После этого все случилось вмиг. По поляне мимо Паладина и всадников-скелетов, мимо облаков пыли и вспышек зеленого огня пронеслась полоса серебристого свечения. Черный единорог мчался быстрее молнии. Микс как безумный дергал ногой, стараясь вырвать ее из пасти Абернети, и в то же время тянулся за улетевшими книгами. Ивица вскрикнула, и Абернети еще сильнее впился зубами в лодыжку колдуна. Черный единорог настиг книги. Его рог, источник волшебной силы, раскалился добела, пронзил кувыркающиеся книги, переплеты раскололись на мелкие кусочки, будто стекло, страницы разметались по ветру.

Они плавно летели вниз; те, что с изображением единорогов, смешались с другими, выжженными посередине внутренним огнем. Микс закричал и наконец вырвал ногу из челюстей Абернети. Из протянутых рук полетел в единорога зеленый огонь, животное поднялось выше, и огонь прошел стороной. Единорог изогнулся в воздухе, и из крутого рога в колдуна брызнуло белое пламя. Микс отлетел назад. В единорога вновь полетел зеленый огонь, в Микса — белое пламя. Единорог и колдун продолжали с каждой новой вспышкой все яростней обмениваться ударами.

В середине поляны быстро закружился Паладин, широкий меч описал круг, разрубая оставшихся уродцев и разбрасывая их кости. Но теперь это было не важно: всадники-скелеты уже сами распадались на части. Поддерживающее их колдовство пропало, и остались пустые формы.

Теперь Паладин устремился к единорогу и колдуну. Но не успел. Пламя пожрало Микса, он не смог одолеть такую волшебную силу. Колдун вскрикнул в последний раз и обратился в дым. В то же мгновение черный единорог ворвался в бушующий вал огня. Охваченный пламенем, он встал на дыбы, взвился в воздух и словно испарился.

Паладин тоже пропал. Его вдруг озарила вспышка белого света, на какую-то долю секунды свет смыл с рыцаря пепел и пыль, разгладил царапины на серебряных доспехах, и они засияли как новые, а затем и странствующий рыцарь, и свет просто поблекли и растворились в воздухе.

Абернети и Ивица безмолвно смотрели друг на друга с разных концов выгоревшей, пустой лесной поляны.

***

И тут все произошло.

Все это видели — Ивица и Абернети, припавшие к земле на выжженном склоне холма и все еще потрясенные яростью только что завершившейся битвы; советник, кобольды и гномы, тщетно пытавшиеся сесть в оковах, которыми наградили их бесенята; и даже Бен Холидей, едва дыша притащившийся к краю поляны, а до этого пробежавший весь путь от места своего превращения, не зная, что влечет его вперед, зная только, что он должен идти. Все видели, и у всех от удивления захватило дух.

Началось это так: повеял ветерок и нарушил покой гор сначала легким шепотком, а потом шквалом звуков, подобных реву океана. Ветер шел от земли, на которой теперь лежали страницы порванных волшебных книг, играл с пылью и пеплом, гасил несколько тоненьких язычков зеленого пламени, еще мигавших в траве. Ветер поднимался вверх в виде воронки, затягивая разметанные листы в белый вихрь. Обожженные страницы внезапно сделались как новые: потрепанные края разгладились, пожелтевшая поверхность вновь стала первозданно-белой. Листы заполнились рисунками единорогов, перемешались и соединились, неотличимые друг от друга. Стена из страниц раскинулась по небу, неистово шелестя и щелкая под напором хлещущего ветра.

Потом страницы начали меняться. Рисунки замерцали и свернулись, единороги внезапно ожили. Больше не привязанные к бумаге, они забегали по краю воронки. Их было сотни — белые единороги, все в движении, сгустки силы и скорости. Страницы и переплеты волшебных книг исчезли, остались лишь красавцы животные. Они летали по воздуху с криками восторга, заглушая рев ветра.

Они как будто кричали: «Свобода! Свобода!»

Затем воронка продырявилась, и единороги рассеялись, заполнив небо над горной долиной изящными, грациозными телами, словно вспыхнул прекрасный фейерверк. Единороги вытянулись в ряд на фоне неба, вдохновленные волшебством своего превращения, и взмыли ввысь. Радостные крики какое-то время висели в воздухе, а потом замерли в тишине.

В горах снова воцарился покой.

Глава 21. ЛЕГЕНДА

Черного единорога никогда не существовало, — сказала Ивица.

— Нет, он существовал, но это был обман, — сказал Бен.

Советник Тьюс, Абернети, Сапожок, Сельдерей, Щелчок и Пьянчужка в недоумении смотрели друг на друга.

Они сидели в тени огромного старого дуба на краю поляны, и едкий запах выжженной земли не давал им забыть обо всем, что произошло. Последние язычки зеленого пламени потухли, но невесомые змейки дыма и частицы пыли все еще плавали в пронизанном лучами солнца послеполуденном воздухе. Абернети привел себя в порядок, остальные освободились от пут, и шестеро друзей сгрудились вокруг Ивицы и Бена, которые пытались объяснить, что случилось. Это было нелегко, потому что ни Бен, ни Ивица не знали всего и дополняли друг друга по ходу рассказа.

— Проще будет, если мы начнем сначала, — предложил Бен.

Он скрестил ноги и наклонился вперед. Бен был грязный и оборванный, но по крайней мере теперь все его узнали. Перестав обманываться, он и всем остальным помог преодолеть обман.

— Давным-давно феи послали белых единорогов через Заземелье в путешествие к неким мирам смертных. Это известно нам из летописей. Феи подарили единорогам большую часть своей волшебной силы и послали их в те миры, где вера в чудеса совсем ослабела. А чтобы выжить, любому миру нужно хотя бы немного верить в чудеса. Но единороги исчезли. Они исчезли, потому что волшебники Заземелья перехватили их по пути и взяли в плен. Волшебники хотели украсть волшебную силу единорогов для себя. Помнишь, Тьюс, как ты рассказывал мне, что некогда волшебники составляли могущественный союз и предлагали свои услуги, а потом король призвал Паладина, чтобы от них избавиться? Бьюсь об заклад, что основную волшебную силу они черпали у плененных единорогов. Не знаю, с помощью какого колдовства волшебники поймали единорогов в ловушку, но подозреваю, что это было колдовство обмана. Это, сдается мне, любимая хитрость волшебников. Как бы то ни было, они поймали единорогов, превратили их в рисунки и заперли в этих книгах.

— Но не целиком, — вставила Ивица.

— Да, не целиком, — согласился Бен. — Это интересно. Чтобы осуществить превращение, у каждого единорога волшебники отделяли тело от души. Волшебники владели достаточными чарами, чтобы запереть тела и души отдельно. Они запирали тела в одной книге, а души в другой! Это ослабляло единорогов, и их было легче удерживать. Тело без души бессильно, важно было помешать им вновь соединиться.

— И Микс почувствовал эту опасность, когда черный единорог убежал, — добавила Ивица.

— Правильно. Потому что черный единорог вмещал в себя души всех плененных белых единорогов! — Бен нахмурился. — Понимаете, пока чары волшебников были способны удерживать книги, единороги не могли освободиться и волшебники продолжали черпать у единорогов силу для своих надобностей. Даже после того как король Заземелья много лет назад призвал Паладина, чтобы сокрушить союз волшебников, книги уцелели. Вероятно, их спрятали. Оставшиеся волшебники, пребывавшие на королевской службе, даже позднее очень старались никому не раскрывать настоящий источник их могущества. Книги переходили от одного волшебника к другому, пока не попали к Миксу. — Бен поднял указательный палец:

60
{"b":"4798","o":1}