ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Голову спящей девочки обвязали белой тканью, между слоями которой, поближе к ране, лежали два камня, Селинора и Бридеона. На шее висел амулет Брофи. Сама Шара не снимала с пояса меч Зимы. Сколы Каменного Сердца сдерживали продвижение порчи, но не могли ее остановить. С каждым часом ребенку становилось хуже. Зараза, как чешуйчатая маска, покрыла уже все личико и грудь. Несколько щупалец дотянулись до ножек. Сколько у них оставалось времени, об этом Брофи мог только догадываться. Если уж он начал утрачивать самообладание, то девочке определенно приходилось намного хуже. Раньше она спала спокойно и почти не ворочалась, но теперь сучила ножками, корчилась и выгибалась каждый раз, когда Брофи оказывался рядом.

На корабле для Шары изготовили новую, более удобную и надежную кожаную перевязь. Для музыкальной шкатулки сшили специальный мешочек с отверстием для рукоятки, так что крутить ее можно было одной рукой, тогда как другая оставалась свободной. Брофи это вполне устраивало. Теперь Шара могла плыть и без посторонней помощи. Шкатулку они уже испытали, окунув в бочку с водой. Звуки стали немного приглушеннее, но ребенок на это никак не отреагировал.

Шара приподняла покрывальце и посмотрела на девочку.

– Она угасает.

Брофи положил руку ей на плечо. Пальцы напряглись, ощутив живую плоть. Дитя пошевелилось… всхлипнуло.

– Знаю, – прорычал он, стиснул зубы, прочистил горло и продолжил уже нормальным голосом: – Я чувствую то же самое. Пока еще сопротивляюсь, но уже не всегда могу сосредоточиться.

– Ох, Брофи… – прошептала она и, бросив взгляд на его шею, отвернулась.

– Что? – Он поднял руку, провел ладонью за ухом и нащупал несколько длинных, жестких, как перо, волосков. Волна злости всколыхнулась в нем, принеся желание схватить ее, ударить, врезать кулаком в нос. Брофи опустил руку к мечу Осени и перевел дыхание. – Еще одна ночь, и все кончится. Так или иначе.

К ним медленно подошел отец Льюлем. Супруга, держась за рукав и опустив низко голову, следовала за ним.

– Мои достойнейшие друзья, – заговорил посланник. – Впереди вражеские корабли. Приближаться к ним без поддержки остального флота слишком рискованно.

– Мы не можем ждать, – прошипел Брофи. Черноволосая молчунья тут же встала между мужчинами, но Льюлем мягко отстранил ее.

– Понимаю и согласен. Близится ночь, и я предлагаю все немного подождать, а под покровом темноты двинуться дальше на лодке. – Он указал на восток. Предзакатный горизонт затягивали пурпурные и черные тучи. – Надвигающаяся гроза тоже сыграет нам на руку. Полагаю, буря придет не позже чем через час.

Брофи кивнул.

– Я буду готова, – сказала Шара.

Отец Льюлем покачал головой.

– Нет. Не обижайтесь, но Шара-лани останется на корабле.

Шара удивленно посмотрела на него.

– Но ребенок не может ждать так долго. Девочку необходимо как можно скорее отнести к сестрам.

Посланник поджал губы.

– Вы неправильно меня поняли. Ребенка возьмет моя жена, Мидью. Она же отправится вместе с Брофи. Шара-лани останется.

– Нет! – взревел Брофи, делая шаг к старику.

Мидью снова встала между ними. Юноша был выше женщины на добрых две головы, но супруга посланника держалась совершенно спокойно и не выказывала ни малейшего страха. И только руки ее исчезли под складками платья. Брофи, скрипнув зубами, заставил себя отступить. Дыхание его участилось, в груди клокотало. Он мог бы прикончить старика одним ударом, и эта напудренная стерва не успела бы даже выхватить свои кинжалы. Да, мог бы.

Несколько секунд он сверлил Льюлема злобным взглядом, изо всех сил сдерживая нахлынувшую ярость.

– Если вы хотите взять ее в заложники, – прошипел он, – то можете не волноваться. Я вернусь.

Старик наклонил голову.

– Разумеется. Но Шара-лани должна остаться. Как только его вечная мудрость будет исцелен, мы атакуем ваших врагов.

Брофи зарычал и, дабы избежать соблазна, отвернулся и прошелся по баку. Неужели эти раскрашенные карлики не понимают, как трудно ему придется без Шары. Ему нужна помощница! В одиночку не справиться.

Он выхватил меч и с размаху вонзил клинок в борт. Камень на рукояти вспыхнул. Брофи сжал покрепче, дожидаясь, пока дыхание придет в норму, а в голове хоть немного прояснится. Мало-помалу красная пелена перед глазами рассеялась.

Шара подошла к нему сзади.

– Все будет хорошо, – прошептала она, поглаживая его по плечу. – Они доверяют нам. Мы должны отвечать им тем же.

Брофи кивнул, стараясь взять под контроль вскипевшие эмоции. Легче, наверно, было бы закатить валун на самую высокую гору. Расслабляться нельзя ни на секунду. Стоит только потерять концентрацию, и зло в нем возьмет верх.

Постояв еще с минуту, он вырвал меч из деревянной обшивки и убрал его в ножны.

– Может быть, тебе стоит все время держать его в руке? – предложила Шара.

Он невесело усмехнулся и вернулся к Льюлему. Нет, это еще не поражение. Победа все равно будет за ним.

– Извините. Мне жаль, что так вышло.

Старик кивнул.

– Тебе нечего стыдиться. Мы все видим, сколь тяжела твоя ноша. Нам нужно заняться приготовлениями.

Он поклонился и направился к трапу. Женщина послушно засеменила следом.

Шара погладила его по щеке. Одной рукой она продолжала крутить рукоятку шкатулки. Бессмысленное, однотонное треньканье сводило с ума. Брофи с превеликим удовольствием разбил бы проклятую коробку о камень.

– Я хочу пойти с тобой.

– Знаю, – ответил он, думая о своем. Может быть, все складывается не так уж и плохо. Без Шары ему будет даже легче. – Оставайся. Здесь безопаснее. Я понимаю, какое бремя этот ребенок. Отдохни. Пусть о нем позаботится кто-то другой.

Шара наклонилась и поцеловала его в щеку.

– Ты даже сейчас думаешь о других.

Брофи отстранился. Ему не нравилось, что она дотрагивается до него.

– Что, если город уже пал? Если ты не сможешь отыскать сестер?

– Тогда остается только одно: пройти испытание и выполнить свой долг.

– Испытание? В одиночку? Да еще в таком состоянии?

– По-другому не получится, – злобно рыкнул он.

Рука сама потянулась к девочке. Не рука – лапа с когтями вместо пальцев. Раскроить младенцу голову. Свернуть шею. Это было бы так легко.

Он застонал и отвернулся. Отошел к борту. Врезал кулаком по поручням. Дерево треснуло.

– Убери ее от меня!

Шара кивнула и спустилась вниз. Брофи остался на палубе.

Хмуро вглядываясь в пелену дождя, Брофи налегал на весла. Они уже промокли до нитки. Он греб и греб, не позволяя себе остановиться, понимая, что только так, двигаясь, работая, может сдерживать затаившуюся внутри ярость. Неподвижность, безделье сводили с ума.

Мать Льюлем сидела на корме, держа одной рукой руль и вращая ручку шкатулки другой. Ребенок преспокойно спал в своем гнездышке на перевязи, надежно укрытый кожаным покрывалом. Волны швыряли маленькую лодку из стороны в сторону, но супруга посланника упрямо держала курс, не теряя присутствия духа даже в ситуациях, когда, казалось, лодка неминуемо должна была перевернуться.

Струи дождя давно смыли со щек остатки пудры, но кожа под ней была так же бела. Тело женщины выдавало напряжение, тогда как лицо оставалось совершенно бесстрастным.

Брофи знал, что они приближаются к Закатным воротам, но из-за ливня ничего не видел. Что там? Может быть, буря уже разметала физендрийскую армаду? Может быть, Огндариен уже лежит в руинах?

Молния осветила небо, и в воде мелькнуло что-то темное и плотное. Брофи дважды топнул ногой. Лодка вроде бы начала поворачивать, но предупреждение пришло слишком поздно. Темное пятно обернулось здоровущим бревном. Подброшенное волной, оно ударило в борт, и он едва не свалился с банки. Вот же дура!

– Что ты делаешь? – заорал он.

Мидью прокричала что-то в ответ, но ветер отнес слова.

– Что? Не слышу!

– На что мы напоролись?

Он отпустил весла и сдвинулся к борту.

105
{"b":"480","o":1}