ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Он открыл первую дверь слева. Треть комнаты занимала огромная кровать, но места хватило также для письменного стола, туалетного столика и трех шкафов. Окна закрывали роскошные парчовые шторы. Раньше комната принадлежала самой хозяйке заведения, но выбор Креллиса определялся не великолепием обстановки, а видом из окна.

Пройдя мимо открытой балконной двери, брат Осени остановился у кровати. Беландра лежала на боку и, похоже, спала. Цепь от наручников была прикована к стене у изголовья кровати. В дорогом розовом дереве пришлось просверлить дырки. Хозяйку при виде такого кощунства наверняка хватил бы удар, но шансы на то, что она когда-нибудь вернется, таяли с каждым часом.

На маленьком круглом столике у кровати стояли чашка с рагу и хрустальный графин с вином. Креллис расстегнул пряжку на горле, стащил накидку и бросил на край кровати.

– Я знаю, что ты не спишь, так что не притворяйся.

Беландра открыла глаза и отодвинулась на другой край кровати, подальше от него. Цепь натянулась. Зеленые глаза вспыхнули холодной ненавистью.

– Я давно здесь? Ты ведь приказал меня усыпить, верно? – спросила она, едва шевеля онемевшими губами.

– Три дня. – Он неспешно стащил одну перчатку, потом вторую и тоже бросил их на кровать.

– Зачем?

Креллис криво усмехнулся.

– Есть у тебя одна нехорошая привычка: выскакивать с кинжалом из шкафа.

Заметив, что она бросила взгляд на дымящуюся чашку, он опустился на кровать, взял ложку, зачерпнул рагу, подул на него и поднес ложку к ее губам. Цепь не позволяла отползти дальше, поэтому Беландра ограничилась тем, что отвернулась.

– Спасибо, но я уже сыта твоим снотворным зельем.

– Если бы я хотел тебя усыпить, ты бы и не просыпалась.

Креллис поднес ложку с другой стороны. Беландра снова отвернулась.

Он вздохнул.

– И давно в городе солдаты Фандира? – спросила она.

– Прорвались два дня назад.

– Ты всех нас продал.

Креллис покачал головой.

– Есть известия от Брофи? Он вернулся?

– Нет. Ничего с тех пор, как Шара отправилась в Физендрию на керифском корабле.

– Что с Косарем?

– Сбежал.

У нее задрожали губы.

– Ты ведь убил его, да? – прошептала она. – Ах ты, дрянь!

– Зачем спрашивать, если ты все равно не веришь, что бы я ни сказал?

– А ты можешь сказать что-нибудь такое, чему я поверила бы?

– Сомневаюсь.

Он в третий раз предложил ложку. Беландра снова покачала головой.

– Поешь. Это просто рагу, а не то, что у меня в штанах. Я ведь вижу, что ты проголодалась. У большинства огндариенцев сегодня и этого нет.

Она посмотрела на ложку. Рагу выглядело соблазнительно. Беландра наклонилась. Попробовала. Медленно пережевала. Проглотила. И потянулась за второй ложкой. Голод взял верх над упрямством. Она ела жадно, торопливо и остановилась, только когда в чашке ничего не осталось.

– Слышала, что предлагает мой брат?

– Слышала. Блефует?

– Нет.

– Непонятно. Зачем ему нужен штурм? Запасов у нас все равно не осталось. Больше нескольких дней нам в любом случае не продержаться.

– Сегодня вечером к заливу подошел флот империи.

– В такую бурю?

– Да. Настроены, похоже, серьезно. Что им нужно, об этом можно только гадать. Может, решили все-таки выполнить обещание. Самое время.– Он ухмыльнулся.

– Но к тебе они не обращались?

– Нет.

– Большой флот?

– Две сотни кораблей.

– Двести? И сколько же на них солдат?

– Как звезд на небе.

– По-твоему, они помогут нам?

– Я бы предположил, что они настроены положить Огндариен в свой карман. Зачем отдавать кому-то столь ценный приз?

– Если Огоггим все же настроен помочь, сколько времени нам нужно продержаться?

Креллис пожал плечами, налил из графина вина и поднес стакан к ее губам. Беландра покачала головой. Он выпил сам.

– День. Или чуть больше.

– Если они вышли к заливу, то в гавань войдут утром. – Она нахмурилась и переменила позу, подобрав под себя ноги.

Он налил себе еще вина.

– Вряд ли. Пока ты была в Цитадели, Фандир перекрыл пролив плотами. Прежде чем войти в залив, им придется расчистить проход. В любом случае, у Фандира в запасе не больше двух дней. Он хочет поскорее разделаться с нами, чтобы подготовиться к обороне.

– Значит, шансов нет?

– Остается только надеяться, что империя возьмет город и отдаст его нам. – Он рассмеялся. – Ты права, шансов нет. Мы не выдержим даже первого штурма.

– Понятно. – За окном полыхнула молния. – И что ты собираешься делать?

Креллис помолчал, потом посмотрел ей в глаза.

– Уйти через один из туннелей. Я установил связь с несколькими физендрийскими офицерами. Они проведут меня через Карьерные ворота.

По ее губам скользнула презрительная усмешка. Он отвернулся.

В дверь постучали.

– Что? – недовольно бросил Креллис.

Из-за двери донесся голос Рельфа.

– Господин, к вам пришла та женщина.

– Скажи, чтобы подождала, – буркнул он.

Беландра поморщилась, словно ее тошнило от одного его вида.

– Кто она? Запасной вариант? На случай, если я откажусь с тобой спать?

– Бель…

– Знаешь, ты сделал много такого, за что достоин презрения, но трусом я тебя никогда не считала.

– Бель… – Его голос прозвучал глухо. – Я могу взять тебя с собой. Скажи только слово, и…

Она рассмеялась ему в лицо.

Креллис мужественно перенес удар и продолжал уже спокойно:

– Я прошу тебя, пойдем со мной. Я… хочу, чтобы ты пошла со мной.

Глядя ему в глаза, Беландра медленно покачала головой.

– Неужели ты серьезно думаешь, что я уйду с тобой?

Креллис молчал.

– Ты предал моего племянника. Ты убил Косаря, самого преданного мне человека, жившего единственно ради доброго слова… – Голос ее дрогнул от нахлынувших эмоций, но глаза оставались сухими. Она стиснула зубы. – Ты сдал Огндапиен физендрийцам. Скажи, любовь моя, есть ли у тебя что-то такое, что я могла бы пожелать?

– Говори что угодно, но я все равно люблю этот город. И я делал то, что считал полезным для него.

– Что ты делал? Ты лишил Огндариен всего: традиций, достоинства, памяти. Всего, что составляло его уникальность. И теперь, когда городу угрожает армия, которую ты сам же сюда и приманил, что я слышу?

– Я… – Он замялся. – Все задумывалось по-другому. Просто план не сработал.

– Неужели?

– Да. Я ошибся в выборе союзников.

– Понимаю. – Она поджала губы. – Мне и самой приходилось совершать ту же ошибку.

Вспышка молнии вырвала из темноты ее бледное лицо с напряженными чертами и враждебными глазами.

– Послушай меня, тебе нельзя оставаться. Это бессмысленно.

– Мое сердце принадлежит Огндариену. – Она положила руку на камень, и Креллис вздрогнул. – С ним я жила. С ним и умру.

Он отвернулся, откашлялся, а когда его голос вернулся из темноты, то прозвучал устало и почти жалобно.

– Позволь мне хотя бы спасти тебя. Сохранив жизнь сейчас, ты сможешь отомстить потом.

– Это ты одержим местью, но не я.

– А для чего жить, если не для мести? – неожиданно воскликнул Креллис. – Фандир заплатит за этот день. Заплатит дорогой ценой!

Беландра устало закрыла глаза.

– Какой смысл убивать того, кто уже уничтожил все, что ты любил?

Креллис отвернулся, перевел дух и снова посмотрел на прикованную к стене женщину.

– Ты еще любишь меня?

– Мне бы стоило задать тебе тот же вопрос, но я спрошу иначе. Ты когда-нибудь любил меня?

– Клянусь богами, – прошептал он. – Иначе разве пощадил бы ту, что пришла ко мне с отравленным кинжалом в волосах? Разве позволил бы сестрам отсиживаться в подземелье? Разве послал бы Шару спасать Брофи…

– Его и не нужно было бы спасать, если бы не твое предательство.

Креллис сжал кулаки.

– Сожалею. Я сожалею о случившемся. После смерти Трента мне… – Он помолчал, подбирая слова. – Я хотел порвать с тобой. Думал, что смогу прожить без тебя. Не смог.

107
{"b":"480","o":1}