ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Сражение за плато закончилось. Только кучка защитников Зала Окон еще продолжала сопротивляться торжествующему врагу. Из-за горящих деревьев появилась группа обезьян. Достигнув ступенек, они остановились и расступились, пропустив вперед человека в золоченой кирасе и украшенной красными перьями короне. Рядом с королем шла Оссамир в роскошном платье огненной расцветки.

Никогда еще зрение его не было столь острым. Даже отсюда, с вершины лестницы, он видел каждый завиток в медно-рыжей бороде Фандира, каждую морщинку у глаз Оссамир, тех самых глаз, в которых когда-то прочел любовь.

Время пришло. Сейчас. Сейчас или никогда.

Брофи выхватил у матери Льюлем музыкальную шкатулку. Перевязь покачнулась, и девочка выпала из гнездышка, но Мидью успела подхватить ее раньше, чем она ударилась о землю. Музыка смолкла.

Он швырнул серебряную коробку под ноги Фандиру.

– Нет! – вскрикнула Шара и рванулась вперед, но шкатулка уже летела вниз.

Брофи схватил ее за руку, рванул к себе и прижал к груди.

– Держись за меня, любимая, – шепнул он. – Ты нужна мне.

Шкатулка ударилась о камни, серебряные стенки треснули и развалились, колесики и винтики разлетелись по камням.

– Держитесь крепче, – уже громче произнес Брофи и взял из рук Мидью спящее дитя.

Девочка подняла крохотные ручки. Потерла кулачками личико и зевнула, обнажив маленькие острые клыки.

Брофи поднял ее над головой и повернулся лицом к Фандиру. Король Физендрии, похоже, лишь теперь увидел его и, вытянув руку, сказал что-то королеве. Сказал и рассмеялся. Глаза у королевы расширились. Оссамир сделала шаг вперед. Он видел, как шевельнулись розовые губы, как гримаса боли исказила прекрасное лицо, но не расслышал, что она кричала.

Спящая девочка дернула ножками, всхлипнула жалобно и открыла глазки.

ГЛАВА 26

Шара вскрикнула и упала на колени, успев схватить Брофи за ногу. Порыв ветра ударил в них и едва не повалил на землю. Ветер выл как раненный зверь, и в вое этом смешались тысячи разрозненных криков ужаса. Голос Шары потерялся в океане страданий, но она продолжала кричать, не останавливаясь даже для того, чтобы перевести дыхание.

Брофи медленно повернулся по кругу. Обе женщины, едва держась на ногах, поддерживали его с обеих сторон.

Шара закрыла глаза и попыталась заткнуть хотя бы одно ухо. Голоса нарастали, стучались в голову, лезли внутрь, царапали веки, цеплялись за губы и мочки ушей. Ощущение было такое, словно на нее набросилась орда Виктерисов, но Брофи сдерживал их, сопротивляясь наступающему хаосу. Даже закрыв глаза, она чувствовала напряженную пульсацию его камня, сиявшего в груди подобно красному маяку.

Постепенно крики смолкли, раскатившись эхом по дальним стенам, и Шара поймала себя на том, что уже и сама больше не кричит. Наступившая мертвая тишина испугала ее, однако, еще сильнее, чем дикий, безумный вой. Казалось, промчавшийся вихрь вырвал из мира душу.

Она открыла глаза. Ветер, теперь уже молчаливый, все еще кружил над городом, грозя сбросить людей со ступеней. Рваные клочья темных туч, клубясь, носились по небу.

Шара посмотрела вниз. Опрокинутые бурей физендрийские солдаты неуклюже, как покалеченные крабы, ползали по плато, разрывая на себе одежды и царапая до крови лица.

Ребенок заплакал. Шара посмотрела на Брофи. Застыв словно в трансе, он неотрывно, с открытым ртом взирал на смятенный город.

Девочка шевельнулась, судорожно всхлипнула и снова заплакала. Брофи тряхнул головой, взглянул на нее и прижал к груди.

– Нам нужно спешить, – рассеянно, как сомнамбула, пробормотал он, поворачиваясь к Шаре.

Ребенок сжал малюсенькие кулачки и заплакал громче. В уголках глаз набухали бусинки слез. Мидью опустилась на четвереньки, ловя ртом воздух и, похоже, сражаясь с тошнотой. Беландра и Косарь стояли ступенькой ниже, вцепившись друг в друга. Их еще трясло.

– Все пропало… – прошептала, запинаясь, Беландра.

У основания лестницы поднялось с земли и царапнуло когтями камень жуткое пятнистое существо на длинных лапах. Мотнув головой, тварь сбросила шлем змеи, встряхнулась, как вылезшая из воды собака, и, вытянув шею, завыла. Ей ответили сотни других чудовищ по всему городу.

Мерзкое создание посмотрело на людей горящими красными глазами и поползло по ступенькам. Из разинутой пасти капала кровавая слюна. Еще ниже, во дворе, безобразно раздувшийся человек с острыми, похожими на лезвия когтями запрыгнул на спину бесформенному чудовищу. Из-под когтей полетели ошметки мяса.

Шара огляделась. Повсюду, тут и там, поднимались с земли, оглашая плато диким ревом, порченые. Никто уже не разбирал ни своих, ни чужих. Огндариенцы набрасывались на огндариенцев, шакалы дрались с обезьянами, змеи рвали крыс. Мелькали мечи, впивались в плоть когти.

– Шара. – Спокойный голос Брофи заставил ее отвести глаза от страшного зрелища. – Бель. Вы обе понадобитесь мне. Косарь, защищай нас, сколько сможешь продержаться. Они попытаются залезть сюда. Они чуют нас и ненавидят. Мать Льюлем, – он протянул ей девочку, – пожалуйста, присматривайте за ребенком. С ней ничего не должно случиться. Она и без того уже натерпелась.

Мидью приняла девочку дрожащими руками и прижала к груди. Дочь Моргеона продолжала плакать.

Между тем тварь почти добралась до них. Вскинув меч Осени, Косарь встал у нее на пути и первым же ударом отсек переднюю лапу. Чудовище, словно не замечая, что лишилось конечности, попыталось достать его другой лапой. Керифянин парировал выпад и, вывернув клинок, вспорол гадине брюхо. Мерзкое существо прыгнуло на человека с явным намерением перекусить горло. Косарь вскрикнул и отскочил, раскроив твари череп. На ступени брызнули кусочки мозга. Тем не менее, порождение тьмы продолжало двигаться и даже вцепилось керифянину в ногу. Воин зарычал сквозь стиснутые зубы.

Прыгнув вперед, Мидью обрушила на чудовище меч Зимы и двумя ударами разрубила его пополам. Нижняя половина скатилась по ступенькам. Косарь отпихнул верхнюю, и та тоже скользнула вниз, но зацепилась за камень оставшейся лапой. Лишь когда Мидью отрубила и ее, гадина сорвалась и, кувыркаясь, исчезла из виду.

Брофи наклонился и поднял Каменное Сердце. Сияющее радужными сполохами, оно оставалось единственной светлой точкой под хмурым небом.

Между тем по лестнице уже ползло, по паучьи перебирая конечностями, нечто среднее между человеком и морским ежом. Гнусное создание оказалось удивительно проворным. Метнувшись влево, оно атаковало Косаря справа. Керифянин с трудом увернулся от щелкнувших клыков и поскользнулся на окровавленной ступеньке. Длинная клешня со скрюченными когтями оцарапала ребра.

Силы оставляли отважного бойца. Подняв над головой меч, он рубанул кошмарного урода по шее, но промахнулся и лишь рассек плечо. Страшилище зашипело и прыгнуло.

Косарь упал на спину, разминувшись на пару дюймов с острыми зубами, и, перекатившись, вскочил на ноги. Гадина снова взмыла в воздух. Керифянин вскрикнул и почти наудачу махнул мечом Осени. Чудище рухнуло на землю. Отрубленная лапа упала рядом. Не теряя времени, Косарь сделал шаг вперед и обезглавил тварь рубящим ударом сверху. Голова запрыгала по ступенькам. Керифянин отбросил ногой прыгающее тело и выпрямился. Грудь его вздымалась, в темных глазах полыхал огонь ненависти и ужаса.

– Брофи, что ты наделал? – с болью в голосе спросила Беландра.

– Бель, пожалуйста. Ты доверилась мне, так подожди же еще немного. Без тебя я не справлюсь. Мы должны действовать вместе. Как брат и сестра. Нужно собрать все, что я выпустил, и направить в Камень. Как отсосать яд из раны.

Беландра покачала головой. Взгляд ее скользнул по обезображенному, сошедшему с ума городу.

– Ты уверен? Посмотри, сколько их. Мы не сумеем помочь всем.

– Не мы. Они помогут себе сами. Те, кто противится порче. Те, кто не приемлет зло.

– Разве такие еще остались? Посмотри вокруг, им же это нравится.

117
{"b":"480","o":1}