A
A
1
2
3
...
43
44
45
...
120

Беглый осмотр комнаты результатов не дал. Ему удалось обнаружить зазор в стене на том месте, где открывалась потайная дверь, но как Брофи ни старался, как ни просовывал ногти в шов, как ни водил ладонью по камню, механизм не срабатывал. Что касается обычной двери, то она была заперта. Он потолкал ее плечом – дверь не поддавалась.

Следующим объектом изучения стал шкаф. Распахнув дверцы, Брофи обнаружил на полке аккуратно сложенную одежду: длинную белую рубаху вроде той, что носил Косарь, штаны невообразимого цвета и плетеные сандалии.

Он достал одежду и разложил ее на кровати. Прежде чем влезать в чистое, было бы неплохо помыться, но, так как никто этого не предлагал, пришлось натягивать все на грязное, пропахшее потом тело. Размер подошел идеально.

Послонявшись по комнате, Брофи попытался вспомнить, что слышал об игре под названием Девять ступеней. О правилах ее никто не рассказывал, но общее впечатление у него сложилось. Игра представляла собой разновидность военизированноro состязания, связанного каким-то образом с девятью священными животными, девятью богами Физендрии. Тетя Джайден однажды описала ее как «бессмысленную забаву для тех, кто ни во что не ставит человеческую жизнь». Она упоминала также о крокодилах, скорпионах и жуках. Пятнадцать правящих семейств Физендрии посылали своих бойцов сражаться и умирать на потеху толпе. Поверить в то, что кто-то мог согласиться на такое добровольно, было невозможно.

В Огндариене военные игры были запрещены. Солдатам из Керифа даже возбранялось практиковаться в традиционном фехтовании на мечах. Огндариенцы не считали войну забавой, а человеческие страдания потехой.

Но все это не имело никакого значения, потому что Брофи и не собирался играть в местные игры. К тому времени как королева вернется, его уже и след простынет.

Расправив плечи, он задрал голову и посмотрел на квадрат света вверху.

По прошествии нескольких часов Брофи все еще ходил по комнате, потирая больную руку, и даже пару раз пнул с досады кровать. В заточении он оказался впервые и ничего хорошего в таком положении дел не находил.

Запрыгнув в конце концов на раскачивающуюся платформу, пленник со злостью посмотрел на отверстие в потолке. Он уже пытался добраться до него, составив пирамиду из шкафа и стола, но смазанная жиром металлическая поверхность трубы оказалась скользкой, как сырое яйцо. Похоже, до него этот путь испробовали другие, и тюремщики приняли необходимые меры предосторожности.

Дверь не поддавалась, а вот плечо, которым он ее таранил, разболелось. Тайный проход тоже не открывался. Брофи потратил добрый час, шаря по стене в надежде отыскать скрытую кнопку, но так ничего и не нашел.

Мысли роились, рождая один за другим планы побега, но каждый последующий оказывался смехотворнее предыдущего. В конце концов он предался пустым фантазиям и уже готовился перерезать горло Креллису, когда из-за двери донесся скребущий звук.

Брофи вскочил. Шкаф и стол все еще стояли посреди комнаты, и убрать их он никак не успевал. Дверь открылась, и в комнату вошла Оссамир.

Оттолкнув ее, Брофи бросился к выходу, но замер на пороге – коридор за спиной королевы был полон солдат. Она вскинула бровь, потом спокойно закрыла дверь и повернулась к нему.

Платье на ней было того же покроя, что и прежнее. Широкий и глубокий, до пупка, разрез держался за счет трех золотых цепочек. Верхнюю кайму лифа украшали вышитые животные: крокодилы, птицы, обезьяны, змеи.

Брофи поднял глаза.

Королева прошла в комнату и, увидев составленную из мебели пирамиду, усмехнулась.

– Хорошо спал?

– Нет, госпожа.

– Ну-ну, не дуйся. Это скучно.

– Я не дуюсь. Я злюсь.

– Хорошо. – Она провела пальцем по резной дверце шкафа. – Это поможет тебе на арене.

Брофи промолчал. Пока нет плана побега, придется подыгрывать.

Оссамир подошла к нему. Подошла так близко, что он ощущал тепло ее дыхания. От нее пахло мятными листьями. Глядя на королеву, Брофи заставил себя унять ярость, бушевавшую в нем всего секунду назад.

– Не трать на меня свою злость, – тихо сказала она, беря его за руку. – Прибереги для других.

Он попытался перевести взгляд на ее лицо, но глаза упрямо возвращались к соблазнительным округлостям грудей. Королева посмотрела на его распухшую руку.

– Ты быстро выздоравливаешь. Пребывание в Физендрии идет тебе на пользу.

– Но я пленник.

– Никто из нас не может делать все, что хочет и когда хочет. Я помогу тебе, если позволишь. В этой стране у тебя один-единственный друг, так что не отворачивайся от него.

– Да, госпожа, – пробормотал, потупившись, Брофи. Королева выпустила его руку и направилась к двери.

– Идем. Я покажу тебе город. А заодно ты сам решишь, можно ли мне доверять.

После секундного колебания он последовал за ней.

Перед двухколесной колесницей, опустив курчавые головы, замерли четыре загорелых дочерна парня в напоминавшей конскую сбруе. Прямой как стрела подземный коридор уходил далеко вперед.

Чуть в стороне выстроилась личная охрана королевы – крепкие, мускулистые мечники в отливающих тусклым блеском латунных доспехах. На правой руке у каждого была манжета из волосатой шкуры и толстая кожаная перчатка. Брофи не сразу понял, что манжета и перчатка на самом деле шкура, содранная с лапы обезьяны. Он отвернулся.

– Это…

– Идем, – оборвала его Оссамир, поднимаясь на колесницу. – Негоже заставлять королеву ждать. – Она уже подобрала поводья и теперь нетерпеливо смотрела на спутника.

Брофи встал на подножку и, бросив взгляд на четверку впряженных в колесницу юношей, негромко спросил:

– Неужели они этим зарабатывают на жизнь?

Она вскинула бровь.

– Можно и так сказать. Они – рабы.

– А…

Оссамир натянула поводья, и рабы, взяв с места рысью, побежали по коридору.

Сама идея рабства представлялась Брофи отвратительной. В Огндариене торговля рабами была запрещена, хотя корабли с невольниками проходили по его шлюзам совершенно беспрепятственно, как и все прочие.

Колесница вырвалась из-под земли и катилась теперь по дну широкой и глубокой траншеи. Стража, разделившись на две группы, не отставала, но бежали солдаты не по дну траншеи, а по улице над ней.

– Это Королевская дорога, – объяснила Оссамир. – Передвигаться по ней имеют право только члены пятнадцати семей. Всем остальным спускаться сюда запрещено.

Высокие стены защищали от утреннего солнца. Брофи обратил внимание, что они выложены уже знакомым ему золотистым камнем. По обе стороны от дороги располагались похожие на пещеры лавки. Торговцы в длинных белых рубахах провожали колесницу хмурыми взглядами. Все было грубое, резкое, топорное. Какой контраст с уютным, чистым, ухоженным Огндариеном!

– Тот подземный дворец, откуда мы выехали, это и есть Катакомбы? – спросил Брофи.

– Да.

– И это королевский дворец?

– В Физене нет королевского дворца как такового. Королю принадлежат весь город и все, что есть в нем. Катакомбы просто наиболее удобное для проживания место. Когда-нибудь под землю уйдет весь город, но такая работа требует времени.

Движение на Королевской дороге было довольно оживленное, но встречные колесницы почтительно съезжали на обочину, уступая место Оссамир. Иногда над краем траншеи появлялись чумазые детские лица, но каждый раз обезьяны отгоняли любопытных.

– Мы можем посмотреть весь город? – спросил Брофи. Она кивнула и натянула поводья. Рабы побежали быстрее, и колесница свернула на узкий, уходящий вверх скат, вырубленный прямо в стене. Через минуту они выскочили на поверхность.

Горячий воздух ударил в лицо, словно из открытой печи. Рабы не пробежали и пятидесяти футов, а Брофи уже истекал потом. Что касается королевы, то она смены температуры как будто и не почувствовала.

Вторая половина эскорта, столкнувшись с препятствием, легко преодолела его с помощью копий. Пользуясь ими как шестами, солдаты ловко перемахнули через пятнадцатифутовую траншею и продолжили путь. При виде их горожане поспешно уступали дорогу.

44
{"b":"480","o":1}