ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Проделавшая это женщина медленно выпрямилась и застыла, неподвижная как статуя, держа перед собой окровавленный меч. Толпа подалась назад, отхлынула и раскатилась.

Креллис шагнул к подрагивающей на камнях руке и, поддев носком сапога, сбросил в воду.

– Видите, отец? Я же говорил, что мы составим отличную команду. – Он помолчал. – Продолжим?

Льюлем ухватился за рукав Креллиса. Его супруга двумя быстрыми движениями вытерла лезвие о подол, спрятала меч под складками платья и зацепилась двумя пальцами за рукав мужа. Глядя на эту тихую, потупившуюся женщину, никто бы не поверил, что она только что убила человека.

– И может быть, нам пора поговорить о вашей миссии? – спросил Креллис.

– Пожалуй, – согласился посланник.

ГЛАВА 11

Восход еще не наступил, и земля дышала прохладой, но скрывающееся за горизонтом солнце обещало еще один знойный день. Колесница Оссамир катила по выжженной пустыне, огромному морю песка с редкими островками жалкой растительности. Утренний ветерок ерошил короткие черные волосы под золотой диадемой на голове прекрасной королевы. В глубоком вырезе платья мелькали ее груди, и каждый раз, поворачиваясь к ней, Брофи приходилось бороться с острым приступом мгновенно вспыхивавшего желания. С той ночи любви прошло уже две недели, и за это время он видел королеву лишь мельком.

Иногда, ворочаясь от бессонницы на раскачивающейся кровати, он задавался вопросом, не было ли все игрой воображения, отсроченным эффектом яда, проникшего в организм с жалом скорпиона. Руки помнили бархатистую нежность ее кожи. Тело жаждало жара ее бедер. Быть с ней, быть в ней, обнимать ее – ничего другого он не хотел. Но вот пришел день, и нежную, страстную Оссамир его снов и грез сменила прекрасная, но холодная статуя.

Стиснув деревянный поручень, Брофи снова и снова приказывал себе не поворачиваться к ней, не смотреть на нее. Колесница несла их через пустыню восточнее Физена к тому месту, откуда начиналась игра. Оссамир хотела, чтобы он взял на подготовку хотя бы два месяца, но Брофи уверил ее, что уже готов. Над Огндариеном нависла угроза вторжения. Если победа в состязании сулит шанс помочь родному городу, он не может позволить себе ждать. Как ни странно, королева не возражала, но лишь пожала плечами и пообещала внести его имя в заявочный список.

Они проехали мимо громадных солнечных часов, выглядевших несколько неуместно посреди голой пустыни.

– Обрати внимание, – сказала Оссамир, вытягивая руку в направлении громадной каменной фигуры феникса. – Отличившимся в прошлой игре дается преимущество на старте. Например, феникс прошлого месяца имеет перед жуками гандикап в полмили.

До начала первого этапа, соревнования в беге, участникам предстояло полдня провести под солнцем. Расправленное крыло каменной птицы отбрасывало громадную тень, позволявшую укрыться от палящих лучей.

– Там никого нет, – заметил Брофи.

– Последний феникс упал с башни и разбился, – сухо сообщила королева. – Очевидно, ему недостало мужества встретиться с пламенем.

Ярдах в пятидесяти от феникса возвышалась вторая статуя, чуть поменьше. Это был поднявшийся на задние лапы и готовый атаковать лев. Тень от него тоже обеспечивала защиту от солнца. Стоявший рядом со статуей юноша с бритой головой и перевязанным бедром разговаривал с заметно нервничающей девушкой, приехавшей на видавшей виды колеснице. Заметив экипаж королевы, юноша замолчал и посмотрел на Брофи с откровенной и необъяснимой ненавистью.

– Кто это?

Оссмир усмехнулась:

– Фи.

– Кто такой Фи?

– Не подставляй ему спину. Он такого шанса не упустит.

– Что я ему сделал?

– Дело не в тебе, а во мне.

– И чем же вы ему так насолили?

– Я просчиталась. Думала, из него получится чемпион. Не получился.

– Вы поставили на него?

Она пожала плечами.

Брофи представил их вместе: атласное бедро красавицы скользит по перевязанной ноге Фи. Пальцы до боли сжали поручень. Выкинь эти мысли из головы, приказал себе он.

За статуей льва последовали остальные: сокола, обезьяны, змеи, скорпиона, крокодила, шакала и прыгающей крысы. Промежуток между фигурами составлял примерно пятьдесят ярдов, и каждая последующая была меньше предыдущей. Прыгающая крыса вообще не отбрасывала тени.

В пятидесяти ярдах от последней статуи высились два камня с вырезанными на них изображениями жука. Около четырех десятков юношей томились в ожидании сигнала, переговариваясь между собой и беседуя со своими покровительницами.

Колесница королевы остановилась возле других экипажей. Запыхавшиеся рабы получили, наконец, долгожданную передышку. По сравнению с другими они выглядели явно предпочтительнее.

– Здесь я тебя оставлю, – негромко сказала Оссамир.

Брофи соскочил с колесницы, и королева, наклонившись, накинула ему на талию малиновый пояс. В какой-то момент грудь ее прижалась к его плечу, и Брофи напрягся. Было ли прикосновение случайным или намеренным? Он не знал. Королева выхватила откуда-то оранжевую ленту и перевязала ему плечо.

– Сегодня ты мой чемпион, – во всеуслышание провозгласила королева, удостоверила свое заявление поцелуем в щеку и, подавшись ближе, шепнула: – Скучаю по тебе. Приду ночью. Удачи.

Она направилась к другим женщинам, а Брофи застыл, не смея вздохнуть и не в силах оторвать взгляд от покачивающихся бедер.

Придя наконец в себя, он присоединился к остальным участникам. Стоявший чуть в стороне худенький, но жилистый паренек сделал шаг ему навстречу. Брофи вспомнил, что видел его на арене. У него не было инструктора, но он приходил туда каждый день и делал то же, что и ребята постарше. Держался он всегда немного скованно, хотя и старался это скрыть.

– Привет.

– Привет. – Парнишка усмехнулся и протянул руку. – Меня зовут Тидрик.

– А меня Брофи. – Они обменялись рукопожатием.

– Видел, как ты побил Вакко. Молодец.

– Прошел хорошую школу.

– Оно и видно. Я сегодня собираюсь попасть в девятку. – Кто-то из стоявших рядом хихикнул, и Тидрик мгновенно напрягся и сделал было шаг к насмешнику, но в последний момент сдержался. – И попаду. Я быстрее этих черепах. К тому же трое из прошлой девятки еще не оправились, и сегодня их нет. Так что в любом случае в финал выйдут три новых жука.

Брофи кивнул.

– А кто главные претенденты на места в девятке?

Тидрик пожал плечами.

– Опасаться надо всех.

Прежде чем Брофи успел задать следующий вопрос, к ним подошла группа из шести парней. Он повернулся.

– Ты – Брофи, – сказал самый высокий и плотный. Худое лицо и кривой нос придавали ему сходство с Фи.

– Да, – ответил Брофи, глядя незнакомцу в глаза. Уверенности парню было не занимать, но уверенность легко приходит к тому, у кого за спиной маленькая армия.

– Слушай меня, кусок огндариенского дерьма. Даю бесплатный совет. Чужаки в девятку не проходят, понял? Так что лучше споткнись и упади. А заартачишься, поломаем ноги так, что остаток жизни будешь только ковылять.

Брофи медленно поднял правую ногу на уровень лица Малыша Фи, как он про себя назвал незнакомца.

– Хочешь сломать мне ногу? Давай. Прямо сейчас. Чего ждать?

Тидрик встал с ним рядом. Малыш Фи вспыхнул от злости и попытался ударить по ноге, но промахнулся. Одним неуловимым движением стопы Брофи избежал удара и вернул ногу в прежнее положение.

– Ты покойник, огндариенец, – рыкнул его противник, бросая взгляд через плечо на стоявших поодаль женщин.

«А уверенности тебе все же не хватает», – подумал юноша.

– Все умирают.

Малыш Фи раздраженно буркнул и, тыча в лицо Брофи пальцем, прохрипел:

– Мой брат повесит твою колбаску на грудь вместо ожерелья.

Когда шайка отвалила, к Брофи подошел молодой человек приятной наружности. Был он постарше других, лет девятнадцати-двадцати, высокий и плотный и чем-то напоминал Трента.

– У тебя крепкие нервы, новичок.

– Да уж, нервы крепкие! – эхом отозвался Тидрик, похлопывая нового знакомого по спине.

55
{"b":"480","o":1}