A
A
1
2
3
...
104
105
106
...
115

Монстр тут же отпустил Бремана, вскинув руки от ярости и боли, и отпрянул. Старик поднялся на ноги, несмотря на слабость, сковавшую тело, и, не обращая внимания на раны, метнул в него очередной сноп огня. На этот раз огонь проник прямо в глотку твари и, спустившись по ней, превратил ее сердце в уголь.

Тем временем Ярл Шаннара переместился на левый фланг армии. Корморант Этруриан лежал, распростертый на земле, в окружении своих солдат, которые делали все возможное, чтобы защитить его. Король прорвался к ним и организовал быструю решительную контратаку, направив ее против скопища горбатых тварей с обоюдоострыми топорами и острыми зазубренными ножами, наседавших на передние ряды эльфов. Арн Банд приказал своим лучникам целиться вниз со склона. Длинные луки принялись разить туман и прятавшихся в нем существ. Эльфы подняли Этруриана и унесли его с поля, а Кир Джоулин со своими всадниками вылетел вперед, помогая заполнить брешь. Оставив Джоулина командовать здесь, король быстро вернулся в центр, где бой разгорелся с новой силой. Дважды Ярл получал удары, грозившие выбить его из седла, но он заставлял себя собраться и, превозмогая боль, продолжал драться. Прея держалась возле него. Она быстро и ловко рубила и колола врагов своим коротким мечом, прикрывая короля слева. Рядом с ними сражались гвардейцы, готовые погибнуть, защищая короля и королеву. То тут, то там потусторонние существа прорывали передние ряды, и эльфам приходилось отбивать атаки со всех сторон.

Наконец Бреману удалось сомкнуть левый фланг обороны, отбросив прорвавшихся монстров. Изрядно побитые оставшиеся в живых твари обратились в бегство, и вскоре их уродливые силуэты растаяли в тумане, словно никогда и не появлялись. Тогда армия повернулась против тех, что еще продолжали драться в центре, и они тоже вынуждены были отойти. Медленно, но уверенно эльфы перешли в наступление. Войско устремилось вперед, а потусторонние чудища, отступив, исчезли.

В наступившей тишине переводящие дух эльфы еще долго смотрели им вслед в серую мглистую пустоту.

Вечером того же дня северяне предприняли очередную атаку, снова послав в бой регулярную армию. К тому времени туман рассеялся, небеса начали проясняться, а свет сделался ярким и чистым. Эльфы наблюдали за приближающимся по истерзанной земле долины Ринн врагом со своих оборонительных позиций, которые теперь располагались еще глубже, вблизи западного выхода из долины, охраняемого с двух сторон высокими холмами и недавно выстроенными каменными стенами, ощетинившимися острыми шипами. У многих эльфов текла кровь и силы были на исходе. Но страха не было. Они слишком много пережили, чтобы бояться. Эльфы спокойно стояли на своих позициях, тесно сомкнув ряды, поскольку в этом месте долина резко сужалась. Склоны здесь обрывались настолько круто, что для защиты высот требовался лишь небольшой отряд лучников и Эльфийских Охотников. Основное войско выстроилось в нижней части долины, разместившись тесно сомкнутыми рядами от одного склона к другому. Корморант Этруриан, хмурый и осунувшийся, вернулся в строй с перевязанными головой и плечом. Вместе с Растином Аптом он должен был командовать частями, которым предстояло принять на себя основной удар северян. Арн Банд с отрядом лучников засел на северном склоне, Кир Джоулин с конницей отошел в самый конец ущелья, поскольку иначе им было не развернуться. Придворная Гвардия и Черная Стража остались в резерве.

Сразу же за шеренгами эльфов на высоком утесе, с которого просматривалось все поле битвы, стояли Бреман и юный Алланон.

Король и Прея Старл верхом на лошадях расположились в центре эльфийской обороны, окруженные гвардейцами.

Над равнинами и коридором долины разносилась барабанная дробь, которой вторили стук копыт и топот сапог. В атаку шли несметные полчища пехоты. Ее численность была столь велика, что вскоре она заполонила всю долину. За ней следовали машины: осадные башни и катапульты, которые тащили лошади и обливавшиеся потом солдаты. Арьергард составляла конница — ряды всадников, вооруженных копьями и пиками, с развевающимися над головой штандартами. Огромные горные тролли несли Чародея-Владыку и его ближайших помощников в паланкинах, крытых черным шелком и украшенных белеющими костями.

Бреман вдруг понял, что эльфам пришел конец. Эта мысль пришла к нему непрошеной гостьей, пока он наблюдал за продвижением врага.

«Их слишком много. Мы смертельно устали. Жестокая битва длится нестерпимо долго. Это конец».

Определенность этого предчувствия пронзила старика ледяным холодом, и не было ни одного довода, способного поколебать его. Бреман почувствовал, как безысходность придавила его, раня неотвратимой неизбежностью, ужасающей правдой. Друид смотрел на подступающие полчища северян, которые, волоча свои машины, заполняли истерзанное, почерневшее лоно долины Ринн, и перед его мысленным взором они представали волнами прилива, готовили смыть эльфов и потопить их. Если бы к ним присоединились дворфы, все могло бы сложиться иначе. Если бы какой-нибудь из городов Южной Земли собрал армию, это могло изменить дело. Но эльфы одни, и никто не придет к ним на помощь. Их войско уже уменьшилось на треть, и, хотя урон, причиненный ими врагу, был вдесятеро больше, этот факт не имел никакого значения. Враг не жалел жизни своих солдат, а было их во много раз больше.

Старик устало закрыл глаза и почесал подбородок. Неужели все кончится именно так? Бреман не мог этого вынести. У Ярла Шаннары не будет возможности испробовать свой Меч против Чародея-Владыки. Ему не дадут даже возможности сразиться с ним. Он погибнет здесь, в этой долине, вместе с оставшимися эльфами. Бреман хорошо знал короля. Ярл скорее отдаст свою жизнь, чем попытается бежать. А если Ярл Шаннара умрет, у народов Четырех Земель не останется никакой надежды.

Стоявший рядом с ним Алланон беспокойно топтался на месте. Старик подумал, что мальчик тоже уловил приближение неминуемой катастрофы. У Алланона было достаточно мужества, и он показал это утром, когда спас Бреману жизнь. Мальчик воспользовался магией, не заботясь о собственной безопасности, не думая ни о чем, кроме спасения старика. В этой битве он сделает все, что сможет, так же, как и король. Бреману подумалось, что мальчик уже выбирает себе подходящую позицию.

Армия Северной Земли приблизилась на расстояние в две сотни ярдов и с грохотом остановилась. В судорожном оживлении солдаты принялись подтаскивать осадные башни и катапульты. У Бремана спазм сжал горло. Чародей-Владыка не собирался атаковать в лоб. Зачем без надобности терять людей? Вместо этого он изрешетит отряды эльфийской обороны при помощи катапульт и лучников, прячущихся в башнях. Они будут разить эльфов до тех пор, пока тех не останется так мало, что они уже не смогут оказать сопротивления.

Боевые машины растянулись в линию по всей ширине долины, в ложки катапульт легли камни и железные болванки, лучники заполнили ниши осадных башен, устроившись возле щелей. Эльфийские шеренги стояли неподвижно. Им некуда было идти, негде укрыться, отступать они не могли. Позади лежала Западная Земля, и если они потеряют долину, то потеряют и всю страну. Ударили барабаны, отбивая свою нескончаемую дробь в такт грохочущим колесам военных машин. Звук эхом отозвался в груди старика. Он взглянул на темнеющее небо, но до захода солнца оставался еще час, и спасительный мрак придет слишком поздно.

— Мы должны остановить это, — вслух подумал он, не замечая, как слова срываются с его губ.

Алланон молча поднял голову и посмотрел на него. Он ждал. Странные глаза остановились на его лице и замерли. Бреман тоже прямо смотрел на мальчика.

— Как? — тихо спросил тот.

Внезапно Бреман понял. Понял это, глядя в глаза Алланона, слушая его слова, ощущая поднимающийся внутри прилив вдохновения. Оно пришло к нему в тот страшный миг, в миг отчаяния и гибнущей надежды.

— Есть способ, — быстро и возбужденно произнес он. Морщины на его древнем лице стали еще глубже. — Но мне нужна твоя помощь. У меня одного не хватит сил. — Он замолчал. — Но знай, это опасно для нас обоих.

105
{"b":"4802","o":1}