ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Войдя в Башню, Бреман быстро пошел по пустым залам, двигаясь бесшумно, словно скользящее по небу облако. По пути он старался уловить каждый шорох, звук, запах. Все его чувства и инстинкты обострились до предела в попытке обнаружить опасность, о которой его предупредил Каэрид Лок. Однако он не находил ничего подозрительного. Либо подстерегавшие его хорошо замаскировались, либо сбежали.

«Осторожнее! — предупреждал он сам себя. — Будь начеку!»

Обитатели Башни были мертвы, в этом он успел убедиться. Все друиды и охранявшие их гвардейцы — все, кто жил, работал и учился здесь в течение многих лет, все, с кем он расстался всего четыре дня назад. У Бремана перехватило дыхание, силы оставили его, он был так потрясен, что не мог поверить в увиденное. Все мертвы. Он знал, что трагедии суждено случиться, ему было показано это в видении. Но действительность оказалась гораздо страшнее. Повсюду валялись тела, обезображенные смертью. Одни умерли от ударов меча. Других разорвали на части. Остальных, как он догадался, загнали в глубокие подвалы Башни и умертвили там. Никто не выжил. Ни одного удара живого сердца не донеслось до его слуха. Никто не позвал его. Никаких признаков жизни. Паранор превратился в склеп. В гробницу.

По гулким коридорам старик добрался до зала заседаний Великого Круга и там нашел Атабаску — лицо предводителя друидов застыло в предсмертной гримасе, тело было истерзано. Бреман остановился, ища глазами Эйлт Друин, но не увидел его. Он выпрямился и замер. Теперь Атабаска вызывал в нем только жалость и печаль. Увидев друидов мертвыми, а их крепость опустошенной, Бреман пожалел, что не приложил больших усилий, чтобы убедить их в обоснованности своих опасений. Его переполняло чувство вины, и он ничего не мог с этим поделать. На его стороне были сила и знание, а он не сумел воспользоваться ими. И вот результат. Бреман накрыл полами одеяния лицо Атабаски и отошел прочь.

Прижимаясь спиной к стене, он двинулся дальше по мертвой крепости и осторожно, прислушиваясь к каждому подозрительному звуку, поднялся в библиотеку. Она затаилась там, та опасность, о которой его предупреждали Каэрид Лок и видение: «Предатели друиды, превратившиеся неизвестно во что». Пусть так. Однако Чародей-Владыка ушел, и вместе с ним убрались из Паранора его монстры. Магический котел, в огненной яме под Башней, растревоженный пребыванием Бремана, бурлил и кипел достаточно сильно, чтобы напугать их и убедить не задерживаться.

Бреман и теперь еще слышал его слабое шипение — это в яме успокаивались магические силы, когда-то давшие жизнь Башне Мудрых, силы, которыми пользовались друиды. И на этот раз магический котел сделал свое дело, изгнав из Паранора мятежного друида.

Бреман вздохнул. Невелика победа, чтобы радоваться. Броне удалось отомстить: он уничтожил тех, кто противостоял ему, кто бросил ему вызов, он разгромил их обиталище. Теперь никто не мог остановить его, если не считать немощного старика да горстки его товарищей.

Как знать. Как знать.

Старик добрался до библиотеки и нашел там Кахла Риса. Увидев его, Бреман зарыдал, не в силах сдержаться. Он накрыл плащом тело старого друга, на которое не смог взглянуть больше одного раза, и через потайную дверь прошел в комнату, где хранились летописи друидов. В комнате совершенно ничего не было, кроме пустых полок, рабочего стола и стульев. На полу был рассыпан порошок, который старик дал Кахлу на крайний случай. Теперь порошок выглядел уныло и безжизненно, свидетельствуя о том, что им воспользовались по назначению. Бреман попытался представить себе последние минуты жизни Кахла. Слишком больно было думать об этом. Достаточно того, что летописи спасены. Что могло служить лучшей эпитафией его старому другу?

В это мгновение Бреман услышал звук, донесшийся откуда-то издалека, снизу. Звук был настолько тихим, что он уловил его, скорее, внутренним чутьем, чем ушами. Старик поспешно вышел из комнаты, поняв, что время, отпущенное ему на пребывание в Параноре, истекает. Ему нужно найти Эйлт Друин. Но где его искать? На груди Атабаски его не было. Возможно, его сняли с мертвого тела, но, по словам Каэрида Лока, нападение произошло ночью, неожиданно для всех. Скорее всего, Атабаску вытащили из постели и он не успел надеть медальон. Эйлт Друин наверняка остался где-нибудь в его покоях.

Бреман бесшумно поднялся по лестнице в кабинет предводителя друидов. Он перестал ощущать свой вес, свою материальность, самого себя. Оставил всякую осторожность, подобно безумцу, играющему с огнем, невзирая на то, что ему нечем будет лечить ожоги. Старик устал от собственного страха за судьбу мира. Не безнадежную ли задачу поставил он перед собой: завладеть магической силой, выковать меч, в который ее нужно вдохнуть, и найти героя, чтобы передать ему этот талисман. Сможет ли он справиться со всем этим? Смеет ли он надеяться?

Дверь в покои Атабаски оказалась открытой, и Бреман вошел туда. Он осмотрел полки и письменный стол, но ничего не обнаружил. В страхе, что пришел за медальоном слишком поздно, он торопливо прошел в спальню предводителя друидов.

На ночном столике, забытый в суматохе, лежал Эйлт Друин.

Бреман взял медальон и внимательно осмотрел его, точно самому себе не веря, что это действительно он. Отполированный металл блеснул ему в лицо. Друид провел пальцами по рельефной поверхности с изображением руки, сжимающей зажженный факел. Потом быстро сунул медальон в складки своего одеяния и торопливо вышел из комнаты.

Он снова шел по коридорам и лестницам, по-прежнему соблюдая осторожность, прислушиваясь и присматриваясь ко всему. До сих пор все складывалось благополучно. Может быть, ему удастся незамеченным ускользнуть от тех, кто караулит его? В полной тишине Бреман пробирался среди царивших вокруг мрака и смерти, мимо узких темных закоулков, мимо тел, валявшихся в проемах дверей и разбросанных по каменным плитам пола. Внезапно его внимание привлек слабый свет в восточной части неба, который он увидел сквозь стекло высокого решетчатого окна. Ночь кончалась, близился рассвет. Бреман глубоко вдохнул затхлый спертый воздух, и ему страшно захотелось снова ощутить свежесть весеннего леса.

Добравшись до главной лестницы, он начал спускаться. На середине пути старик уловил какое-то движение на широкой площадке внизу. Он замедлил шаг, потом остановился и стал ждать. В темноте что-то зашевелилось, и от стены отделилась неясная тень. Тварь, выползавшая из мрака, напоминала человека, но лишь отдаленно. Руки, ноги, торс и голова были сплошь покрыты густой черной шерстью, жесткой и блестящей; все члены — безобразно искривлены, точно ветки ежевичного куста, длинные и уродливые.

Когти и зубы, похожие на острые, обломанные края старой кости, поблескивали во тьме, в глазах сверкали красные и зеленые искры. Тварь что-то шептала, заискивающе просила с самым гнусным видом, звала его:

— Бре-е-ман, Бре-е-ман, Бре-е-ман.

Старик быстро оглянулся на верхнюю площадку, которая хорошо просматривалась с лестницы, и увидел, что там появилось еще одно существо. Монстр, как две капли воды похожий на первого, выползал из темноты.

— Бре-е-ман, Бре-е-ман, Бре-е-ман.

Обе твари двинулись по лестнице — одна спускалась, другая поднималась. Бреман оказался между ними. На лестницу не выходило никаких других дверей, и путь к отступлению был отрезан. Друид понял, что монстры ждали, когда он будет выходить. Они позволили ему сделать свое дело, найти то, что он искал, чтобы потом не дать уйти. Чародей-Владыка все продумал. Ему хотелось узнать, что так важно для Бремана, из-за чего он готов вернуться, что это за сокровище, ради спасения которого стоит так рисковать.

Бреман перевел взгляд с одного монстра на другого. Когда-то эти существа были друидами, теперь превратились в звероподобных тварей. Неистовые безумцы, создания, лишенные человеческого облика, они стали такими, чтобы исполнить свое последнее предназначение. Он не испытывал к ним жалости, ведь они были людьми, когда предали Башню Мудрых и ее обитателей, и обладали достаточной свободой, чтобы сделать свой выбор.

24
{"b":"4802","o":1}