ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Вдруг мрак впереди расступился — свет заходящего солнца бледным потоком лился сквозь широкую трещину в скале. И прямо под трещиной, в мягком полумраке, пузырились черные воды, собираясь в широком резервуаре, — подземные воды, каким-то непостижимым образом поднявшиеся сквозь тысячи футов камня сюда, в пещеру на самой вершине утеса. Бурля и пенясь, вода стекала сквозь щель на одной стороне резервуара в узкий желоб, а потом изливалась через пролом в скале вниз, в ущелье. И там поток начинал свой долгий путь на запад, чтобы стать Серебряной рекой.

Гном и долинец настороженно приостановились, вглядываясь сквозь полумрак и дымку водяных брызг в темные уголки пещеры. Все было тихо, только вода бурлила, поднимаясь из каменного Колодца, — черный поток, пропитанный ядом. Мерзкий запах Мельморда удушающей пеленой висел в воздухе.

Джайр медленно направился вперед, не сводя глаз с темного водоема — Колодца Небес. Таким неправильным казалось ему теперь название, таким неподходящим для этих вонючих отравленных вод. “Теперь уже нет ни Колодца Небес, ни Серебряной реки”, — подавленно думал долинец. И вдруг испугался: а сможет ли магия Короля уничтожить страшный яд и вернуть этим водам их первозданную чистоту? Джайр достал из-за пазухи кошелек с Серебристой Пылью, медленно развязал его и заглянул внутрь. Обыкновенный песок.

А если это и есть песок?..

— Не теряй времени! — рявкнул Слантер.

Джайр встал на самом краю водоема: слизь забила колодец, вонь от воды поднималась ужасная. Нет, это не может быть просто песком! Не может быть! Юноша собрал всю свою волю, пытаясь побороть страх, и подумал о Брин…

— Бросай! — сердито проорал Слантер.

Джайр вскинул руку, широко рассыпая Серебристую Пыль над мутной поверхностью отравленных вод. Крупинки песка разлетелись в воздухе и вдруг вспыхнули, точно искорки, и замерцали в бледном свете. Когда пыль коснулась воды, весь темный колодец, казалось, взорвался холодным серебряным огнем. Джайр и Слантер невольно отпрянули, закрывая руками глаза, — мерцающее сияние почти ослепило их.

— Магия! — воскликнул долинец.

Воды Колодца Небес зашипели, заволновались и мощным фонтаном вдруг устремились вверх, обдав друзей дождем искрящихся брызг. А потом из этого ливня бурлящей воды родился поток чистого, свежего воздуха. Гном и долинец застыли в благоговейном страхе. Снова чистые и прозрачные, воды Колодца Небес пузырились в каменной чаше резервуара. Ядовито-черный оттенок и мерзостное зловоние исчезли без следа. Серебряная река стала вновь серебристой и свежей.

Джайр быстро снял с шеи цепочку с кристаллом видения. Он больше не сомневался. Долинец шагнул вперед и встал на краю каменного уступа, нависающего над Колодцем. Король Серебряной реки сказал ему, что нужно делать, чтобы спасти Брин. Четко и ясно слова его вновь прозвучали в сознании Джайра.

Сжимая кристалл, юноша как зачарованный глядел вниз, на прозрачную воду. Точно смытые чистым потоком, боль и усталость исчезли.

Джайр размахнулся и бросил кристалл в середину Колодца. Как только камень коснулся воды, ослепительная вспышка озарила пещеру и самый воздух, казалось, взорвался белым огнем. Джайр в испуге упал на колени, у него за спиной раздался хриплый крик Слантера, и на какое-то мгновение юноше показалось, что все получилось неправильно, не так, как должно было быть. Но потом воды Колодца впитали свет и вновь стали спокойными и прозрачными, словно стекло.

Образ возник на зеркальной поверхности вод; сначала — искрящийся и неуловимый, точно ускользающее видение, он как будто сгустился, обретя четкость. Комната в каменной башне, погруженная в мутный полумрак. И во всем в этой комнате, похожей на сумрачную пещеру, ощущалась какая-то подавленность — почти осязаемый гнет. Джайр невольно отпрянул: комната, казалось, разбухала, расширялась, втягивая юношу в себя.

А потом появилось лицо сестры…

Брин Омсворд вдруг почувствовала на себе чей-то взгляд. Взгляд, в одно мгновение охвативший все, чем была она и чем еще только станет. Внимательный, ищущий взгляд — он, казалось, тянул ее к себе. Сила Идальч уже наполнила ее, окутав плотными слоями, но Брин все же почувствовала этот взгляд и подняла глаза.

— Отойди от меня! — прорычала она. — Я — дитя Тьмы!

Но та часть прежней Брин, которой еще не коснулась магическая разрушительная сила, — она узнала этот взгляд и тянулась навстречу ему, взывая о помощи. Мысли, запертые в самых глубинах сознания, вырвались вдруг из оков и заметались, точно беспомощные овечки, ищущие спасения от голодных волков. Брин задрожала от ярости. Она удержала эти кричащие, беспокойные мысли, не давая им разбежаться и спрятаться где-то, чтобы потом донимать ее своим визгом, — удержала и раздавила одну за другой. Ее детство, дом, родные, друзья — жалкие крохи того существа, кем была она до того, как узнала, кем может быть, — она раздавила все это в себе. Спокойно. Безжалостно.

А потом вдруг закричала — голос прорвался стоном мучительной боли. Даже древние стены темной башни вздрогнули от этой пронзительной силы страданий. Что она сделала? Теперь внутри была только боль, порожденная этим ужасным деянием. Восприятие мира вернулось на долю секунды, и Брин как наяву услышала эхо пророчества Угрюма-из-Озера. Да, это правда: она пришла в Мельморд найти свою смерть — и уже нашла ее! Только это совсем не та смерть, к какой готовилась Брин. Смерть не тела, но духа, пойманного в ловушку магии! Смерть своего “я”, которое она сама теперь уничтожает! Она, Брин, уничтожает себя!

И все же, даже после такого ужасного откровения, девушка не смогла разжать руки и отпустить Идальч. Брин уже полностью погрузилась в поток чарующей силы, который все прибывал и разливался внутри ее существа, словно воды великой реки перед мощной плотиной. Пальцы сами сжимали книгу — казалось, они намертво приросли к ней, — и холодный, бесстрастный голос шептал, маня, обещая. Боль забылась, ушла. Ищущий взгляд исчез, заблудившись во тьме. Остался лишь голос. И Брин слушала, слушала его шепот — просто уже не могла не слушать, — и мир постепенно раскрывался перед ней…

На уступе над Колодцем Небес Джайр невольно попятился от образа на воде. Действительно ли это была Брин? Отгоняя охвативший его страх, долинец заставил себя смотреть на видение, появившееся перед ним на поверхности источника. Да, это была сестра. Но во что обратилась она? В едва узнаваемое, искаженное подобие того человеческого существа, которым была когда-то. Вот о чем говорил Король Серебряной реки: она потеряла себя.

И Алланон! Где Алланон? И где сейчас Рон? Неужели они не смогли спасти ее? Неужели у них ничего не вышло, как не вышло и у него — слишком поздно добрался Джайр до Колодца Небес.

Долинец и сам не заметил, что плачет. Да, вот оно и случилось. Именно так, как предрекал старик. Неизбывное отчаяние переполнило юношу. Он — единственный, кто еще остался. Алланон, Брин, Рон, его друзья, отряд из Кальхавена, — больше нет никого.

— Мальчик, что ты там возишься? — услышал долинец нервный голос Слантера. — Давай-ка слезай оттуда. Пора уже соображать…

А дальше Джайр уже не слышал. Он сосредоточил все внимание на видении в водах Колодца Небес. Это все-таки Брин. Каким бы искаженным ни был сейчас ее образ, это — Брин. Брин, спустившаяся в Мельморд, притянутая Идальч, колдовской книгой, Брин, попавшая под власть черной магической силы, которую пришла уничтожить.

И он должен идти к ней. Даже если уже слишком поздно, он должен попытаться спасти ее.

Джайр поднялся на ноги, вспомнив о последнем даре Короля Серебряной реки: “Один только раз сила твоей песни создаст не иллюзию, но реальность”.

И, отбросив нерешительность, отчаяние, отвращение и страх, долинец запел. Мелодия песни желаний разлилась в безмолвии пещеры, растеклась в тишине, захлестнув протестующий крик Слантера.

Боль и усталость долинца растворились в страстном призыве, сметенные силой желания. Снова вода замерцала, пещера озарилась ослепительно белым светом, и Колодец Небес взорвался фонтаном сияющих брызг.

116
{"b":"4803","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Шпион среди друзей. Великое предательство Кима Филби
Детский мир
Лагом. Шведские секреты счастливой жизни
По ту сторону
Беглец/Бродяга
Я – танкист
Фея с островов
Искупление вины