ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Иди спать, Джайр, — вдруг резко сказала Брин.

— Но я как раз…

— Иди. Пожалуйста. Утром мы обо всем поговорим.

Джайр колебался.

— А ты?

— Я сейчас тоже лягу, правда. Я просто хочу посидеть здесь немножко. Одна.

Джайр как-то подозрительно поглядел на нее, но все же кивнул:

— Хорошо. Спокойной ночи. — Он повернулся и шагнул в темноту. — Только ты тоже поспи.

Брин поймала взгляд Рона. Они знали друг друга давно, с самого раннего детства, и были такие мгновения, когда понимали друг друга без слов. И вот сейчас тоже.

Горец медленно поднялся, его лицо оставалось на удивление спокойным.

— Ну что ж, Брин. Я понимаю, да. Но я иду с тобой. И буду с тобой до самого конца. Понимаешь?

Она только кивнула. Рон молча вышел, оставив ее одну.

Время шло. Брин сидела в полутемной столовой и в который раз передумывала все заново, тщательно взвешивая все за и против. Нет, нельзя, чтобы из-за нее отец нарушил клятву. Ведь он дал зарок никогда больше не обращаться к эльфийской магии. Никогда.

Брин встала, задула пламя в лампе и тихонько скользнула в прихожую. Стараясь не шуметь, она отперла замок, открыла входную дверь и вышла в ночь. Ветерок, напоенный осенними ароматами, приятно холодил лицо. Брин постояла мгновение на крыльце, глядя в сумрак, потом обошла дом и направилась в сад. Ночь была полна звуков сумеречной невидимой жизни. В дальнем конце сада рос древний дуб. Брин остановилась под его ветвями и выжидающе огляделась.

Буквально через мгновение из сумрака возник Алланон. Брин почему-то знала, что он должен прийти сюда. Черный, как ночь вокруг, друид бесшумно вышел из тени деревьев и встал рядом с ней.

— Я все решила, — прошептала Брин чуть слышно, но голос ее был тверд. — Я иду с тобой.

ГЛАВА 3

Утро наступило быстро. Бледно-серебряный свет просочился сквозь туман предрассветного леса и отогнал тени на запад. В доме Омсвордов проснулись рано, с первыми лучами солнца. А еще через час все в доме стояло вверх дном: Брин собиралась в путь. Рон поспешил в гостиницу оседлать лошадей, собрать провизию и оружие. Брин и Джайр упаковывали теплую одежду и необходимые вещи. В суете сборов они почти не разговаривали. Да и говорить особенно было не о чем. И не хотелось к тому же.

Особенно упорно молчал Джайр. Он был явно не в настроении. Еще бы, Брин и Рон отправляются с Алланоном, а он, как маленький мальчик, остается дома. Сегодня утром, когда все собрались в столовой, Джайр был неприятно удивлен. Похоже, он один не знал о решении Брин идти с Алланоном. Джайр попытался было убедить сестру и Рона взять его с собой, но ему было твердо сказано: нет. Еще раньше, когда горец заявил Алланону, что он тоже идет — ведь Брин нужен кто-то, на кого она может положиться, кому может довериться, — друид явно этому не обрадовался. И согласился лишь после того, как Брин сказала, что ей будет спокойнее, если Рон пойдет с ней. Тут-то Джайр и высказался, что, пойди он с ними, Брин будет в два раза спокойнее. И получил однозначный ответ. Слишком опасно, сказала Брин. Слишком долгий поход и рискованный, добавил Рон. К тому же ты нужен здесь, напомнил ему Алланон. Ты позаботишься о родителях. И в случае чего воспользуешься своей песнью желаний, чтобы защитить их.

После этого Алланон куда-то ушел, и у Джайра больше не было возможности постараться переубедить его. Рона же уговаривать бесполезно, он не станет перечить Брин — для него на ней свет клином сошелся. Да и сама Брин все уже решила. А уж если она решила, будет стоять на своем. Так что ничего не поделаешь. Сестра никогда его не понимала. Джайру даже не раз казалось, что и себя она не всегда понимает. И вот теперь в гордом молчании он помогал Брин складывать вещи. Они остались одни: Алланон куда-то запропастился, Рон ушел в гостиницу. В конце концов Джайр заговорил:

— Брин! — Они оба сидели на полу в гостиной и запихивали одеяла в клеенчатый мешок. — Брин, я знаю, где папа прячет эльфийские камни.

Она подняла глаза:

— Я так и думала.

— Ну, он сделал из этого секрет…

— А ты не любишь секретов, да? Ты их брал?

— Только чтоб посмотреть, — признался он и подался вперед. — Брин, наверное, тебе стоит взять их с собой.

— Зачем? — В голосе девушки появились сердитые нотки.

— Для защиты.

— Для защиты? Ты же прекрасно знаешь, что они подчиняются только папе.

— Ну, быть может…

— И ты знаешь его отношение к эльфинитам. Он и так не обрадуется, когда узнает, зачем я ушла, а уж если я прихвачу с собой эльфийские камни… По-моему, ты не подумал как следует, Джайр.

И тут Джайр по-настоящему рассердился:

— А по-моему, это ты как следует не подумала. Мы ведь оба знаем, как это опасно. Тебе нужна будет помощь. Любая помощь. А эльфиниты обладают чудовищной силой. Тебе надо лишь разобраться, как они действуют. У тебя получится, я уверен.

— Только законный хранитель, и больше никто…

— Может вызвать силу камней? — Джайр вплотную приблизился к сестре. — А вдруг для нас с тобой все по-другому, Брин? Ведь в нас уже есть эльфийская магическая сила. У нас есть заклятие. Быть может, и камни нам подчинятся!; Напряженная тишина длилась почти минуту. — Нет, — наконец заговорила Брин. — Нет, мы обещали папе не трогать камни…

— Да? Но мы еще обещали не обращаться к эльфийской магии вообще. А мы все равно это делаем, Брин, даже ты, пусть изредка. И потом, ведь Алланон пришел за тобой именно из-за твоего дара. Там, у крепости Мордов, тебе придется им воспользоваться. Разве нет? Так какая же разница между заклятием и эльфинитами? Магия эльфов и есть магия эльфов!

Брин молча смотрела на брата, как-то отрешенно, будто издалека. Потом опустила голову и занялась одеялами.

— Это не важно. Я все равно не возьму эльфиниты. Давай помоги мне: завяжи вот здесь.

Вот так, и бесполезно что-либо доказывать. Брин убедить невозможно: если она решила, то все. Джайр остается дома. Она не берет эльфийские камни. Джайр просто не мог понять, как так можно. Будь он на ее месте, он бы первым делом забрал эльфиниты. Он бы сумел разобраться в том, как они действуют. Ведь это — единственное оружие против темной силы. Но Брин… Она согласилась использовать магическую силу песни желаний и отказалась от силы эльфинитов. Она даже не видела в этом никакого противоречия.

Все утро Джайр напряженно обдумывал непонятное поведение сестры, стараясь найти в нем хоть какой-то смысл. Смысла не было. Зато время шло очень быстро. Рон вернулся с конями. Припасы он упаковал в седельные сумки. Все трое наспех позавтракали на открытом воздухе, расположившись в прохладной тени деревьев. Потом появился Алланон. С терпением Владычицы Смерти он ждал, пока они закончат есть, такой же темный и мрачный в полуденном свете, как и в сумраке ночи. И вдруг оказалось, что времени уже не осталось. Рон крепко пожал руку Джайра, грубовато похлопал его по спине и вытянул твердое обещание, что тот позаботится о родителях, когда они вернутся. Брин в свою очередь обняла брата и крепко прижала его к себе.

— До свидания, Джайр, — прошептала она. — И помни, я люблю тебя.

— И я тебя, — выдавил он и обнял сестру.

Через мгновение маленький отряд уже был в седлах и заворачивал коней на дорогу. Последний раз Рон и Брин вскинули руки в жесте прощания, и Джайр помахал в ответ. Он смотрел им вслед, пока они не пропали из виду, и только тогда смахнул с ресниц непрошеные слезы.

А днем он перебрался на постоялый двор. Если Морды или их союзники-гномы уже ищут Алланона в краях западнее Серебряной реки, очень скоро они могут прийти и в Тенистый Дол. И куда они направятся первым делом? Конечно, в дом Омсвордов. Но не только поэтому Джайр решил пока пожить на постоялом дворе. Ведь там гораздо интереснее, чем дома: именно там останавливались путешественники из далеких краев и у каждого было что рассказать жителям тихого Дола. Гораздо лучше, потягивая эль, слушать чудные рассказы странников, чем умирать от скуки в пустом доме.

7
{"b":"4803","o":1}