ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Приблизительно в то самое время, когда св. Франциск Ассизский основал свой орден, испанец св. Доминик (ок. 1170–1221) положил начало «ордену проповедников» – «доминиканцев», или «черных братьев».[84] Подобно францисканцам, они тоже были нищенствующими монахами, жившими на подаяние, но, в отличие от первых, считали своей главной задачей проповедь и борьбу с ересями, за что заслужили прозвище «псов Господних» (лат. domini canes). К середине XIII в. представители двух нищенствующих орденов – францисканцев и доминиканцев – занимали кафедры теологии во многих университетах. Папство, которому эти ордена подчинялись напрямую, обрело в их лице новое сильное оружие.

Хотя францисканцы и некоторые другие ордена имели отделения для женщин, средневековое общество, с его этическими стереотипами, было убеждено, что жизнь в ордене со строгим уставом привлекательна лишь для очень немногих женщин, преимущественно из высших классов. Для специфически женской религиозности требовался иной стиль, который воплотили общины бегинок – женщин, живших в относительной бедности и молитвенных занятиях, но не дававших монашеских обетов. Общины бегинок были особенно многочисленны в Рейнской области и в Нидерландах; прекрасный образец одного из домов бегинок (бегинаж) сохранился в Брюгге (современная Бельгия).

Ереси

Несмотря на усилия предложить мирянам новую, духовно более богатую модель благочестия, новые ордена все же не могли удовлетворить все потребности религиозной жизни. Тяга к углубленным и личным формам религиозного опыта стала с XII в. находить выражение в ересях. Ереси возникали в самых разных уголках Европы и принимали самые разнообразные формы. Достаточно часто с ними удавалось справиться, сочетая убеждение и устрашение. Но катары (в переводе с греч. – «чистые»; иногда их называли альбигойцами по городу Альби в Южной Франции) оказались неприступны. Они исповедовали дуализм «блага» и «зла» как двух независимых начал: материальный мир был для них воплощением зла, а Христос – простым ангелом. Это учение совершенно порывало с традиционными основами христианской веры и авторитетом католической церкви. Катары вели исключительно строгую жизнь, тем не менее привлекательную для многих, так как далеко не все приверженцы секты должны были соблюдать суровые посты и подчиняться брачным запретам. Кроме того, катарам покровительствовали многие владетельные особы в Южной Франции и Северной Италии.

К началу XIII в. движение катаров приобрело такие угрожающие масштабы, что Иннокентий III решил положить ему конец. Однако меры, которые папа представлял себе как новое обращение еретиков, быстро превратились в крестовый поход, соединивший, в силу неудачного стечения обстоятельств, фанатизм масс и личные интересы французской знати и короля. Граф Тулузский и другие знатные феодалы юга потеряли свое имущество и земли; несколько городов было разрушено, а их жители перебиты. Хотя ересь катаров как широкое движение перестала существовать, продолжали появляться другие ереси, поскольку сохранялись общественные и психологические условия, способствовавшие их возникновению. Хуже всего было то, что «альбигойский крестовый поход» оставил в наследство религиозный фанатизм и политику разрушения, оправдывавшуюся религиозными мотивами. Конечно, в той или иной мере это было свойственно всем крестовым походам, но теперь они переместились в сердце Европы.

Нельзя не признать, что папство пыталось упорядочить свои отношения с еретиками, даже в цивилизованной форме. Для этого была создана инквизиция – церковный трибунал, в задачу которого входило установить, придерживается ли тот или иной человек еретических взглядов. В качестве инквизиторов особенно часто выступали доминиканцы, которые повсюду разъезжали, выискивая еретиков, а вскоре – еще колдунов и ведьм. Среди инквизиторов было немало людей высоких и гуманных убеждений, искренне стремившихся вернуть «заблудших» в лоно церкви. Но инквизиция притягивала и других людей – фанатичных, самодовольных, алчных и честолюбивых; поэтому закрепившаяся за ней дурная слава в большинстве случаев была совершенно заслуженной.

Уничтожение ордена тамплиеров

Вероятно, нигде отмеченные черты инквизиции не проявились так отчетливо, как в ликвидации религиозного рыцарского ордена тамплиеров, основанного в Иерусалиме в начале XII в. для защиты христианских паломников и борьбы с неверными. В благодарность папы и короли даровали тамплиерам обширные церковные привилегии и огромные богатства. Эти богатства орден использовал для создания международных банковской и торговой систем, обеспечивая кредитами и финансовыми служащими королей Франции и других правителей. Не удивительно, что тамплиеры нажили себе немало врагов. Филипп IV Красивый решил, что, уничтожив тамплиеров, можно достичь политической популярности и финансовой выгоды. Поэтому в 1307 г. он неожиданно приказал схватить всех тамплиеров во Франции, а затем предал их инквизиции. Под страшными пытками инквизиторы вырвали у тамплиеров признания в еретических убеждениях, развратной жизни и ритуальных убийствах. Хорошо организованная пропагандистская кампания – первая такого размаха со времен преследований христиан в Римской империи – убедила французское общество в виновности тамплиеров. Орден был ликвидирован; французская корона конфисковала его огромное имущество, а папство потерпело очередное поражение, поскольку слабый папа Климент V не смог защитить орден. Нечего и говорить, что все обвинения были сфабрикованы. Однако Филипп IV и инквизиторы нашли средство для возбуждения скрытого беспокойства в европейском обществе, – беспокойства, которое в течение столетий приносило свои горькие плоды в виде преследования евреев, ведьм, еретиков, а в конечном счете – религиозных гражданских войн.

Евреи

В средневековой Европе евреи были единственным религиозным меньшинством, которому, во всяком случае официально, разрешали исповедовать нехристианскую религию: папы и христианские теологи делали по этому поводу совершенно ясные заявления. Но на практике отношение к евреям резко отличалось от установленной нормы и варьировало в зависимости от местности и времени. Вторгавшиеся в Европу варвары в целом весьма терпимо относились к евреям, но вестготские короли Испании в VII в. издали против евреев специальные законы и настроили против них своих подданных.

Каролингская эпоха, прежде всего речь идет о пределах самой Каролингской империи, была значительно благоприятнее: евреи в то время выполняли массу полезных функций как купцы, финансисты и вообще образованные люди, представляя собой своего рода интернациональную элиту, услуги которой имели повсеместное признание. В Англии в конце XII в. насчитывалось около 2500 евреев, то есть 0,1 % всего населения. В Южной Италии и Испании еврейские колонии были значительно больше. В XIV в. в Кастилии, по современным оценкам, численность евреев составляла от 20 до 200 тыс. В Южной Европе культурная роль евреев была особенно значительна: они выступали интеллектуальными и языковыми посредниками между арабами и христианами, повышая тем самым свой статус.

Начиная с XII в. экономическое развитие Европы и распространение ремесленной квалификации позволили христианам перенять некоторые функции евреев, а евреи с исторической неизбежностью стали восприниматься как все более и более ненавистные конкуренты. Эти настроения совпали с распространением новых религиозных чаяний, и евреев теперь начали воспринимать как врагов Христа par excellence. В XII в. были сфабрикованы стереотипные обвинения в ритуальных убийствах и других чудовищных преступлениях; в дополнение к этому евреям запретили владеть землей. С редкой проницательностью Абеляр вложил в уста еврея следующие слова:

Для нас остается только ростовщичество, так что мы поддерживаем наше бренное существование, беря проценты с чужаков, и это делает нас ненавистными для них… Всякий, кто наносит нам любой вред, считает, что это дело величайшей справедливости и величайшая жертва пред Господом.

вернуться

84

Так называли доминиканцев, носивших черные рясы; «серые братья» – прозвище францисканцев.

64
{"b":"481","o":1}