ЛитМир - Электронная Библиотека

– Он, возможно, не каждый нормальный человек.

– Очевидно, так. У каждого нормального человека не хватит духу разрезать два тела, как индейку в День благодарения, потом запихнуть их в машину и столкнуть в реку.

– Ты, Гиб, все так красочно расписываешь.

– Спасибо на добром слове. Мне только что принесли медицинское заключение. Вот оно, передо мной. Одна из жертв была разрезана справа, другая – слева. Сначала мы думали, что это разные разрезы, но медицинский эксперт утверждает, что разрез один и нанесен после смерти. Он считает, что тела были положены одно на другое или даже поставлены рядом, перед тем как их расчленили. Поразмысли-ка над этим немножко.

– По-моему, тут что-то, связанное с обрядами. – Тоцци понизил голос и оглянулся на миссис Карлсон. – Ты не проверял версию насчет поклонников дьявола?

Трубка молчала.

– Гиб! Ты слушаешь?

– Поклонники дьявола, а? Где уж мне было догадаться. А может, это друиды. Что, съел?

– Ну ладно, ладно, не кипятись.

– Ты пять минут, как в деле, а уже лезешь со своими версиями типа «сумеречного сознания». Я так и знал, Шерлок, что дельце придется тебе по вкусу.

– Я не имею привычки выстраивать версии и составлять мнения, пока не увижу своими глазами все лабораторные данные.

– И вот тогда ты начнешь промывать мне мозги обрядами, ритуалами и прочим дерьмом.

Тоцци сжал провод и оглянулся на дверь. Миссис Карлсон как раз заглядывала в стенной шкаф для белья.

– Увидимся позже, Гиб. Я задерживаю деловую женщину.

– Ах, вот как? Звучит заманчиво.

– Агента по недвижимости.

– Она красивая?

– Очень приятный человек.

– Жаль. Ну, что там у тебя? Снял квартиру? И леди по недвижимости в придачу?

– Черт возьми, надеюсь, что нет, – пробормотал Тоцци. – Искать квартиру – сущая морока. Скорей бы конец.

– Так сними же квартиру, олух царя небесного, любую квартиру. Все, что тебе надо, – три комнаты и кровать. Если эта квартира чистая, сними ее, и все дела. Ты ведь не Прекрасный Принц, можешь обойтись и без Букингемского дворца.

– За совет спасибо. Увидимся в пять. И кстати, еще раз спасибо.

– За что?

– За то, что ты снова вытащил меня на работу.

– О... не стоит благодарности. Пока. – Гиббонс положил трубку.

Улыбаясь, Тоцци повесил трубку на место и снова подошел к окну. Юная мамаша все еще забавлялась с ребенком.

Тяжелые шаги Чарлены Чан зазвучали по коридору за его спиной. Мамаша выкинула окурок на тротуар, крепко прижала к себе малыша и стала баюкать его, прикрывая полами своей кожаной курточки.

– Все в порядке, да, мистер Тоцци? – осведомилась миссис Карлсон.

– О да, все утряслось. – Тут он вспомнил, что именно ей наврал. – Кое-какие проблемы с мягкой мебелью.

Мертвая плоть – мягкая... во всяком случае, пока не окоченеет.

– Ну и что вы решили?

– Так какая, вы говорите, квартирная плата?

Малыш выгибал спинку, терся личиком о мамин спортивный свитер и смеялся, задирая голову.

– Восемь пятьдесят. Без отопления и горячей воды.

Он знал, что квартиры дешевле ему не найти, во всяком случае такой же чистой. И потом, ему надоело смотреть квартиры. Теперь он хотел скорее приступить к работе, к настоящей работе.

– Пожалуй, я сниму ее, – изрек он наконец, поджав губы и значительно кивнув.

– Вот и чудесно, – замурлыкала леди с хорошо отработанным энтузиазмом. – Я рада, мистер Тоцци, что квартира вам понравилась. Еще одно – перед тем как я начну составлять договор об аренде. Владелец дома хочет знать все о своих жильцах, и он предпочитает семейных. Поскольку он сам живет в этом здании и здесь всего каких-нибудь пять квартир, он имеет законное право отсеивать жильцов и выбирать по своему вкусу. Но я уверена, что у вас с этим не будет проблем. Миссис Тоцци ведь существует, правда?

– О... да. Конечно. – Левая рука без кольца застыла в кармане. – Она сегодня не смогла. Дела задержали.

– Ах, понимаю. Вы, должно быть, ОРДН. – Она улыбнулась, показав все свои зубы.

– Простите, что?

– Оба работают, детей нет: ОРДН. Неужели вы никогда не слышали?

Тоцци покачал головой и принужденно улыбнулся. Сука.

– Пожалуйста, простите меня. Это просто так говорится. Я не хотела вас обидеть.

– Я и не обиделся. – Гнусная сука.

– Ваша жена случайно не адвокат? Мистер Халбасиан не сдает квартиры адвокатам.

– Нет. Она не адвокат. – Гнусная поганая сука.

– Вот и хорошо. Сегодня я свяжусь с ним и договорюсь о встрече. Согласны?

– Да, конечно. – Мразь.

Он снова поглядел в окно на молодую мамочку и прикинул, пройдет ли номер, однако тут же оставил эту мысль. Девчушка ничуть не похожа на ОРДН.

Дерьмо.

Глава 5

Поведение Д'Урсо Нагаи сегодня решительно не нравилось. Он не смог бы в точности сказать, в чем тут дело, но что-то было явно не так. Очень уж Д'Урсо был дружелюбный, мягкий, не такой заносчивый, как обычно. И слишком много улыбался, особенно если учесть, зачем они все тут собрались. Явно задумал что-то. Нагаи повернулся к Масиро, хотел было спросить его мнение, но самурай был занят – глаз не отрывал от своей руки. И это понятно. Такого ему еще не приходилось делать. Американец может просто сказать: «Извините, я виноват». У нас все сложнее.

– Эй, возьми-ка это. – Бобби Франчоне швырнул номер «Нью-Йорк пост» на прилавок перед грязной раковиной. – Не забрызгай тут все своей кровищей.

Нагаи взял газету и взглянул на заголовок: «Жук смерти всплывает в порту». Под заголовком виднелась фотография «фольксвагена», зависшего над водой. Ну, Бобби, тонко сработано.

Масиро стоял в сторонке, пока Нагаи покрывал газетой старый, обитый клеенкой прилавок. Самурай положил на газету маленький серебряный ножик и встал на то же место, баюкая руку, как крошечного зверька. Нагаи смотрел на его толстые, мясистые пальцы, похожие на лучи морской звезды. Единственное мутное окошко и лампочка, свисающая с потолка захламленной задней комнатенки, создавали то зловещее серое освещение, какое бывает на море перед бурей. Как нельзя кстати.

– Мне что-то не по себе, – заявил Франчоне, кивая на ножик с трехдюймовым лезвием. – Без этого никак нельзя?

– Таков обычай якудза, – невозмутимо ответил Д'Урсо. – Правда ведь, Нагаи?

Нагаи кивнул.

– Это называется юбицумэ. Если человек совершает серьезную ошибку, он за нее должен платить. Так велит обычай. – Он поднял правую руку и показал обрубки мизинца и указательного пальца.

– У нас в таких случаях ломают ноги, – пояснил Д'Урсо шурину.

Франчоне вдруг схватил газету, свернул ее и ткнул пальцем в заголовок.

– Да за такой прокол ублюдка убить мало. Будь он из наших, ему бы уже не жить.

«Какого черта Д'Урсо всюду таскает за собой эту маленькую погань?» – подумал Нагаи.

– Откуда же было Масиро знать, что тачка, которую угнали те ребята, всплывет? Плавучие тачки! Выдумают ведь такую хреновину.

– Не надо песен. Ты должен был знать. А теперь вся полиция встанет на уши. И какого ляда нужно было их разрубать? Только отягчающих обстоятельств нам еще и недоставало. От вас, ребята, сто баксов убытку, вот что я вам скажу.

Нагаи все смотрел на руку Масиро.

– То есть как это?

– Ну поглядите же на себя, Господа ради. И подумайте, каково нам. Мы вроде должны вас прикрывать от копов – так ведь? – но у вас, ребята, все на лбу написано. С вами все ясно, как белый день. Вы, якудза, одеваетесь, как мой дядюшка Нунцио, – все, как один, в этих кричащих куртках и дурацких шапочках. Да еще эти хреновы татуировки по всему телу, и это с пальцами. – Франчоне указал на руку Масиро. – Если кого-то из вас заметут, вышлют сей же момент. Каждого из вас за километр видно.

– Хватит, Бобби, – оборвал его Д'Урсо.

Нагаи пожал плечами с безразличным видом. Потом поддернул манжеты темно-синей рубашки, так чтобы они видны были из рукавов куртки из шагреневой кожи.

8
{"b":"4812","o":1}