1
2
3
...
14
15
16
...
66

Мир Каланты за несколько мгновений изменился до неузнаваемости.

– Не сейчас. Я не могу сейчас об этом говорить. – Она посмотрела на Джареда, их холодные взгляды встретились. – Я не скажу больше ни слова.

Она не шутила, сжав губы в твердую линию. Джаред не стал спорить, пошел за лошадьми. Он подсадил Каланту в седло, но то восхитительное чувство, которое раньше вызывали его прикосновения, испарилось. Каланта снова укрылась в своей безопасной раковине, куда не проникали эмоции. Где можно не обращать внимания на физические и духовные мучения.

Джаред доехал с Калантой до ее коттеджа, всю обратную дорогу придерживая лошадей. Если по дороге на луг они молчали по его милости, то теперь полнейшая тишина установилась из-за Каланты.

Она ушла в себя, и Джаред даже не делал попыток достучаться до нее, понимая, что это бесполезно. Ее бесстрастное поведение беспокоило его сильнее, чем он соглашался это признать.

С какой стати? Она фактически призналась, что закрывала глаза на пороки мужа. Но с другой стороны, она не знала, что жестокость Клэрборна может довести до изнасилования. Она сказала, что думала, будто Клэрборн ударил Мэри. Так же, как бил Каланту?

Джаред не мог забыть, как перепугалась Каланта, когда они начали разговор. Она вела себя так, словно он, Джаред, мог ее избить. Три дня назад он бы сказал, что во всем виновата его репутация. Но не сейчас.

Каланта не видела в нем чудовища, и Джареду не хотелось признавать, что сегодня все изменилось, пусть и ненадолго. Он не сомневался, кто виноват в такой реакции – тот мерзавец, что женился на ней. Почему Джаред никогда не задумывался о том, какую жизнь вела Каланта рядом со своим порочным мужем?

Он виноват в предубежденном отношении – он считал, что женщина ее положения обладала властью, чтобы прекратить подлые выходки своего мужа. А ведь жизнь собственной матери должна была подсказать ему, что думать так – заблуждение.

Разве ей не пришлось бежать из Англии, чтобы вырастить хотя бы одного своего ребенка? Теперь Джаред не сомневался, черт бы все побрал, что Каланта не только не могла обуздать жестокость Клэрборна, а, напротив, оказалась такой же жертвой, как и Мэри.

Она не доверяет людям и не открывает им душу, но это Джаред мог понять. Она очень скрытный человек и прячет свои мысли за мраморной маской.

Прятала, пока не познакомилась с ним. Ненадолго она позволила ему увидеть страстную женщину, которая выращивает розы ради их красоты, но использует их целебные свойства, чтобы помогать другим. Ужасно, что она снова ушла в себя.

Она вовсе не монстр, за которого Джаред ее какое-то время принимал. Когда Каланта снова будет готова разговаривать, он выяснит историю ее жизни.

А пока им все равно нужно поговорить о Ханне. Джаред должен знать, захочет ли Каланта стать частью жизни этого ребенка и в каком качестве. Согласится ли она на роль матери? Неужели Мэри не ошиблась, считая, что Ангел душевно отнесется к внебрачной дочери своего покойного мужа?

Джаред похолодел. Он не отдаст Ханну. Он любит девочку и хочет ее вырастить. Если Каланта решит, что Ханна ей нужна, имеет ли он право не выполнить предсмертную волю Мэри и оставить ребенка себе? Если нет, он потеряет дочь. Если да – потеряет честь.

Единственное верное решение – каким-то образом связать себя с Калантой. А что, если жениться на ней?

И тут Джаред понял, что эта мысль весьма соблазнительна. Он сможет выполнить последнее желание Мэри и не потеряет девочку, которую так полюбил. А заодно получит и Каланту. Огонь и страсть, спрятанные за бесстрастным фасадом, будут принадлежать ему. Вместе с правом защищать ее.

Он прогонит страх из ее глаз и объяснит, что мужчина может совладать со своей силой и гневом.

Ангелы не выходят замуж за чудовищ, но Каланта неоднократно повторяла, что она не ангел. И Джаред начинал думать, что есть женщина, рядом с которой он не будет чудовищем, за которое принимает его светское общество.

Глава 5

Вернувшись домой, Каланта немедленно отправилась в оранжерею. Она даже не потрудилась сменить амазонку на повседневное платье. Ее удивило, с какой легкостью Джаред согласился уйти, но она была ему за это благодарна. Нужно свыкнуться с услышанной новостью.

Деверил, этот монстр, изнасиловал ее дорогую и милую Мэри, ее единственную настоящую подругу за все те ненавистные годы, что Каланта пробыла герцогиней. Каланта опустилась на колени перед горшком с розами. Их бледно-розовое очарование напомнило ей о Мэри, вызвав желание помолиться за милую подругу, которую она потеряла. Если бы только Каланта знала раньше, как велика эта потеря!

Она-то считала, что Мэри просто перешла на другое место или вернулась к своему спасителю-виконту… что та и сделала. Но зло, вынудившее ее бежать, оказалось страшнее, чем могла предположить Каланта. А теперь нужно свыкнуться не только с этой мыслью, но и с тем, что дорогая подруга родила ребенка от ее мужа и умерла. Мэри умерла.

Всегда чем-то занятые руки навеки успокоились, смеющиеся губы навеки замолкли, розовые щеки в гробу бледны и обескровлены. И конечно, похоронена она среди грешников, за пределами церковной земли, потому что ее невинность и непорочность так жестоко отняли.

Горе внезапно обрушилось на Каланту, сокрушая ледяные стены, окружавшие ее сердце, а вместе с ним пришла боль такой силы, что едва не уничтожила Каланту.

Спрятав лицо в ладони, Каланта сотрясалась от беззвучных рыданий. Она оплакивала все, что утратила, а не одну только Мэри. Она скорбела о своей украденной невинности, о так тяжело доставшемся понимании низменных сторон человеческой натуры, о друзьях, с которыми заставила себя порвать. Она горевала из-за собственной трусости и из-за того, что эта трусость повлекла за собой.

Боясь мужа, она оттолкнула от себя Мэри, и девушка не пришла к ней за помощью, когда Клэрборн изнасиловал ее. Она помогла бы Мэри, даже если бы потом пришлось столкнуться с яростью Клэрборна, но девушка этого не знала. Каким образом она стала экономкой Джареда?

Может быть, взяв ее на эту должность, он таким образом снова пришел к ней на помощь. Каланта вечно будет сожалеть о том, что не смогла оказаться рядом со своей дорогой подругой. Она любила Мэри, как сестру. Именно эта любовь шетавила ее плотнее закутаться в свое одиночество в надежде защитить Мэри. Поняв, что все усилия были напрасны, Каланта снова разрыдалась.

Любил ли Джаред Мэри?

Каланта вспомнила привлекательную девушку и ее неукротимый дух и решила, что любил. Иначе почему он взял на себя ответственность по воспитанию Ханны? Ребенка, который должен был родиться у Каланты.

«О Боже, – безмолвно вскричала она, – как могу я быть такой жестокой и низкой, чтобы вообще подумать о подобном?!»

Но она подумала, и эта мысль снова принесла боль. Она, такая слабая, вообще недостойна выносить ребенка. Недостойна любви. Клэрборн говорил ей снова и снова, что не будь она такой простушкой, такой фригидной, такой глупой, имей она хоть какие-нибудь достоинства, он бы приходил к ней в постель.

Он говорил, что Каланта всего лишь безмозглая мраморная статуя, что в ней есть только красота, но нет содержания. Она всего лишь украшение, и ничего более. И это правда, потому что она оказалась настолько непривлекательной для своего мужа, что он предпочел причинить боль Мэри.

Эта мысль вызвала такую волну гнева, что Каланта резко вскочила на ноги. Нет! Нет! Может, она и слабая. Может, она малодушна, но она не вынуждала своего мужа совершить такой чудовищный поступок. У него были любовницы. Уж она-то знает, он достаточно часто похвалялся ими. Он не должен был прибегать к насилию. Монстр он, а не Каланта.

Она допустила падение Мэри из-за собственных страхов. Точно так же ее бесхребетность помешала ей помочь служанке, которую Клэрборн выгнал. Однако Каланта не была жестока в отличие от мужа. Все это вытворял он. Он сумел посеять страх в ее душе так глубоко, что последние шесть лет Каланта не жила, а всего лишь существовала.

15
{"b":"488","o":1}