ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Инженер. Золотые погоны
Как я стал собой. Воспоминания
Заповедник потерянных душ
Девушка по имени Москва
Три царицы под окном
Наизнанку. Лондон
Форма воды
Русофобия. С предисловием Николая Старикова
Ветер над сопками

– Я тебе не герцог. Я не использую людей, находящихся под моим покровительством. Если бы я хотел уложить ее в постель, я бы на ней женился. Мне казалось, ты знаешь меня лучше.

– Я… – Каланта не знала, что сказать. Он прав. Он ничем не походит на Деверила.

– Дьяво… Да будь оно все проклято, Кали! Неужели ты считаешь меня монстром, готовым соблазнить женщину, которая на меня работает?

Он сказал это так, словно Каланта обвинила его в изнасиловании Мэри, как и Деверила.

– Нет, конечно же, нет. Я…

Джаред отвернулся. Выражение его лица разрывало ей сердце.

– Я оставлю тебя, чтобы ты могла попрощаться. – Каланта хотела позвать его обратно. Она понимала, что больно ранила его, и теперь ее сердце ныло. Она задела его честь, хотя и не хотела этого. Она отлично понимала, что Джаред никогда не воспользовался бы своим положением, чтобы обидеть более слабого. Он не Деверил.

Каланта отгородилась от мужа, потому что боялась раскрыть ему свою любовь. Зная, что он не любит ее, она не хотела стать уязвимой. Почему? Джаред никогда не воспользовался бы ее признанием в любви, чтобы сделать ей больно. Он не станет манипулировать ею, не будет смеяться над ее чувствами. Он слишком нежный, слишком заботливый, чтобы так чудовищно поступить.

Ее обидело, что Джаред засомневался в ее невиновности, но ведь она сама призналась, что невзлюбила Ханну… сначала. У него были основания сомневаться в ней. Джареду пришлось бороться с интуицией, подсказывавшей, что Каланта невиновна, – лишь бы уберечь Ханну. Одновременно он защищал и Каланту. Он настоял на том, чтобы спать вместе с ней, он обнимал и утешал ее, когда ей хотелось уйти в себя и спрятаться там.

Глубоко в душе она знала, что Джаред не перестанет искать истинного преступника и найдет его. И все это было не только ради Ханны, но и ради Каланты тоже.

Джаред отогрел ее замерзшую душу, вернул ей ее женскую сущность, а она отплатила ему недоверием. Она спрятала от него то единственное, что могла ему подарить, – свою любовь. Она боялась стать уязвимой не потому, что он хоть раз проявил намерение обидеть ее, а потому что судила его по старым грехам. Грехам, которых он не совершал. Грехам давно умершего человека.

Его необходимо найти. Необходимо сказать ему, что она просит прощения за то, что не доверяла ему. Каланта не знала, хватит ли ей мужества, но хотела сказать ему о своей любви. Он так много дал ей; она хочет подарить ему свое сердце.

Сказав умершей подруге спасибо за заботу о человеке, которого она любила, и за дочь, которую она тоже любила, Каланта повернула прочь от могилы. Она сделала всего лишь несколько шагов по направлению к дальней части розового сада, как услышала металлическое лязганье, повернула голову в поисках источника странного звука и оказалась лицом к лицу с герцогиней Клэрборн.

Одетая во вдовий наряд и вуаль, она тем не менее была слишком хорошо знакома Каланте, чтобы та не узнала ее. В правой руке Эллен держала дуэльный пистолет и целилась в грудь Каланте.

– Леди Рейвенсвуд. – Герцогиня присела в реверансе, продолжая целиться из пистолета недрогнувшей рукой.

В данных обстоятельствах Каланта сочла вежливость непристойной и не ответила герцогине.

– Я бы хотела, чтобы вы составили мне компанию во время небольшой поездки в карете.

– Нет. – Нужно быть полной дурой, чтобы поехать куда-нибудь с этой сумасшедшей.

– Право же, я вынуждена настаивать. Видите ли, у меня совершенно определенные планы, и вы являетесь их частью. Кроме того, эта маленькая дрянь, которую вы называете своей дочерью, будет очень рада вас видеть.

У нее Ханна? Это невозможно! Джаред не выпустил бы Ханну из дома без сопровождения Лиз и крепкого лакея.

– Я вам не верю. Вы не могли заполучить Ханну. – Герцогиня поджала губы.

– Право же, как нелюбезно с вашей стороны. Последние четыре года деревенской жизни уничтожили все результаты прекрасной работы, проведенной над вами Деверилом. Я могла бы ему сказать, что он никогда не сделает из вас настоящую герцогиню. Собственно, я ему об этом говорила. Разумеется, он не стал слушать. Джентльмены такие бестолковые, не правда ли? Попадаются на хорошенькое личико и совершенно забывают о происхождении и подобающем воспитании, пока не становится слишком поздно. Вы понимаете, что леди никогда не должна обвинять герцогиню во лжи?

Ровный голос Эллен нервировал Каланту, так же как и твердая рука, державшая пистолет.

– Возможно, герцогине следует воздерживаться от лжи.

– В данном случае я не нуждаюсь ни в каких уловках. О том крупном человеке, охранявшем вашу сиротку, и ее легкомысленной няньке позаботились. Я уверена, что в конце концов их неподвижные тела найдут, но это не важно.

В Каланте забушевала ярость, и она сжала кулаки.

– Так это ты! Ты пыталась навредить Ханне, а теперь сделала что-то с Лиз и лакеем!

– Право же, моя дорогая! Столько неумеренных эмоций из-за внебрачного ребенка вашего бывшего супруга и парочки слуг. Вы никогда не понимали, какие люди действительно что-то значат в этой жизни.

– Я знаю, кого можно считать людьми, имеющими важное значение, – гневно бросила Каланта. – Чего я не знаю, так это почему герцогиня опустилась до такой низости.

Эллен прищурилась.

– Мужчины бывают такими тупыми, леди Рейвенсвуд. Возьмите, к примеру, своего супруга, бросившего вас здесь одну, без защиты. Он глупейшим образом решил, что так близко от дома вы в безопасности. Разумеется, он недооценил меня. Мужчины так часто недооценивают женщин!

– Но зачем все это? – спросила Каланта, пытаясь осознать, что похитительницей ребенка и убийцей была безупречная герцогиня Клэрборн.

– Деверил, этот идиот, написал в высшей степени неуместное завещание. Вы можете себе представить, что он оставил половину состояния своему ребенку, не оговорив, законный это ребенок или внебрачный?

– Деверил оставил половину состояния Ханне? – Тея оказалась права. В основе всех ужасных событий лежали деньги, принадлежавшие Ханне.

На мгновение лицо герцогини исказила неподдельная ярость.

– Он даже до этого не додумался. Он просто оставил половину состояния ребенку, любому ребенку, рожденному от него. Его можно было бы почти простить, если бы предполагалось, что он заботится о ребенке, еще не родившемся у его законной жены, но ведь это не так. Деверил знал, что вы не беременны.

– Откуда вы об этом знаете?

– Полно, Каланта, кто, по-вашему, убедил его, что у вас испортится внешность, если он вынудит вас рожать?

– Вы?

Смех Эллен был холоден, как зимний день.

– Вы слепы. Леди не обсуждают с джентльменами подобные вопросы. Однако хватило нескольких завуалированных намеков Генри, и он начал изводить своего брата такой перспективой. Генри всегда завидовал Деверилу, как старшему. Ему доставляло удовольствие дразнить Деверила идеей, что вы перестанете быть совершенным Ангелом для общества, когда потолстеете из-за беременности.

Бессмыслица какая-то!

– А как же наследник?

– Раньше или позже он бы все равно вами овладел, поэтому должен был умереть. Я не могла рисковать – вдруг вы бы забеременели мальчиком. Сначала я хотела подождать, сама родить сына и разделаться сразу и с Генри, и с Деверилом, но этот невежа, Деверил, начал поглядывать на вас с совершенно определенным похотливым выражением. Еще чуть-чуть, и он бы превратил ваш двухлетний брак в настоящий. Возбуждение от того, что он женат на бесплотном Ангеле, начало ему приедаться.

От одной мысли, что это могло случиться, Каланту затошнило. Она не могла даже представить себе, что Деверил прикоснулся бы к ней так же интимно, как это делает Джаред. Мысль была не просто омерзительной, она была чудовищной. Тут до ее сознания дошло еще кое-что, сказанное Эллен.

– Вы убили Деверила?

– Нет, это невыносимо! Его застрелил ревнивый муж одной из его многочисленных любовниц. – У Эллен был скучающий вид. – Но кто, по-вашему, устроил так, что муж той потаскушки застал ее с Деверилом?

61
{"b":"488","o":1}