ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Когда он уже заканчивал завтракать, пришла его мать. Видно было, что одевалась она второпях, и морщинки вокруг глаз выдавали усталость. Она с тревогой смотрела на сына. Лоуренс улыбнулся, стараясь ее приободрить, но не очень преуспел в этом: разговор с отцом и неприкрытое любопытство гостей наложили на него печать, которую ему не удавалось стереть.

— Мне уже пора; хотите, я вас познакомлю с Отчаянным? — спросил он, рассчитывая побыть с ней хоть немного наедине.

— С Отчаянным? — растерялась леди Эллендейл. — Уж не хочешь ли ты сказать, Уильям, что твой дракон здесь? Куда же ты его дел, во имя всего святого?

— Конечно, он здесь, как бы иначе я путешествовал? Я оставил его у конюшни, в старом манеже для жеребят. Теперь он, должно быть, уже поел — я предоставил ему распоряжаться оленями.

— О-о! — воскликнула мисс Монтегю, слышавшая их разговор — любопытство возобладало в ней над презрением к авиатору. — Я еще ни разу не видела дракона вблизи. Можно, мы тоже пойдем? Замечательно!

Отказать ей, при всем его желании, не было никакой возможности. Лоуренс позвонил, чтобы его багаж снесли вниз, и они вчетвером направились в сторону манежа. Отчаянный, присев на задние лапы, наблюдал, как постепенно тает ночной туман. На фоне холодного серого неба он даже издали казался очень большим.

Лоуренс взял на конюшне ведро, тряпки и повел всю компанию дальше. Уолви и мисс Монтегю, к его удовольствию, шли теперь с гораздо меньшим энтузиазмом. Мать не хотела показывать, что напугана, и только чуть крепче опиралась на руку сына.

Отчаянный подставил Лоуренсу голову для умывания, с интересом глядя на незнакомых людей. Потом раскрыл пасть, чтобы Лоуренс смыл кровь из углов. На земле валялось несколько оленьих рогов.

— Я хотел выкупаться в пруду, но он слишком мелкий, и грязь набилась мне в нос, — виновато сказал дракон.

— Как, он умеет говорить! — удивилась мисс Монтегю, держась за руку Уолви. Оба они отступили назад при виде белых драконьих зубов: резцы у Отчаянного отросли больше кулака, и на них имелись зазубрины.

Отчаянный сначала опешил, но потом зрачки у него расширились, и он очень мирно ответил:

— Да, умею. Лоуренс, не хочет ли она сесть мне на спину и покататься?

Лоуренс поддался недостойному чувству злорадства.

— Пожалуйста, подойдите, мисс Монтегю. Я вижу, вы не из тех малодушных людей, которые боятся драконов.

— Нет-нет, — запротестовала она, отступая еще дальше. — Я и так уже злоупотребила временем мистера Уолви, ведь мы должны были ехать верхом. — Уолви пробормотал столь же натянутые извинения, и оба поспешно удалились.

Отчаянный с легким удивлением посмотрел им вслед.

— Они просто испугались. А сначала я подумал, что она вроде Волли. Не понимаю, чего тут бояться. На коров они не похожи, и я ведь уже поел.

Лоуренс, пряча мстительное торжество, подвел мать поближе.

— Его в самом деле не нужно бояться, — сказал он ей на ухо. — Отчаянный, это моя матушка, леди Эллендейл.

— Мать — это особый случай, ведь правда? — Отчаянный склонил голову, чтобы лучше ее рассмотреть. — Для меня большая честь с тобой познакомиться.

Лоуренс поднес ее руку к драконьей морде, и леди Эллендейл стала гладить черный носище — сначала робко, потом все уверенней.

— Мне тоже очень приятно. Подумать только, какая мягкая шкурка!

Дракон заурчал, ублаженный лаской и комплиментом, а к Лоуренсу вернулась изрядная доля хорошего настроения. Какое ему дело до всего мира! Для него достаточно одобрения тех, кто ему дороже всего, и сознания выполненного долга.

— Отчаянный — китайский империал, — сообщил он матери с нескрываемой гордостью. — Редчайшая порода; он один такой в целой Европе.

— В самом деле? Чудесно, мой дорогой; я слышала, что китайские драконы не такие, как все, — сказала леди Эллендейл, но ее глаза продолжали смотреть на сына с тревогой и каким-то немым вопросом.

— Поверьте, я считаю себя очень удачливым человеком, — сказал он, думая, что верно понял ее. — Когда у нас будет больше времени, мы вас покатаем. Это совершенно особенное ощущение, ни с чем не сравнимое.

— Ну что ты такое говоришь! — вознегодовала она, но Лоуренс видел, что она осталась довольна его ответом. — Ты прекрасно знаешь, что я даже на лошади не могу усидеть. Не представляю, что стало бы со мной на драконе.

— Ты будешь надежно пристегнута, как и я. Отчаянный не конь и не сбросит тебя намеренно.

— Да, — подтвердил серьезно Отчаянный, — а если ты все-таки упадешь, я, наверно, сумею тебя поймать. — Это, возможно, звучало не очень утешительно, но намерения у него были добрые, и леди Эллендейл улыбнулась ему.

— Ты такой милый! Никогда бы не подумала, что драконы так хорошо воспитаны. Ты будешь хорошо заботиться об Уильяме, правда? Он всегда доставлял мне вдвое больше волнений, чем другие дети, и вечно попадает в какие-то неприятности.

Лоуренса несколько задел такой отзыв, и ответ дракона не слишком поправил дело:

— Я не позволю, чтобы с ним случилось что-то плохое, обещаю тебе.

— Ну, довольно, нам пора — иначе вы вдвоем, того и гляди, закутаете меня в вату и будете кормить кашкой. — Он чмокнул леди Эллендейл в щеку. — Пишите мне, матушка, в запасник Лох-Лэгган, в Шотландии. Мы там будем учиться. Отчаянный, поднимись, пожалуйста, — мне надо привесить обратно эту картонку.

— Может быть, ты достанешь «Морской трезубец» Дункана? — спросил Отчаянный, послушно становясь на дыбы. — Мы не дочитали про битву Глориуса Первого — почему бы не продолжить в пути?

— Он читает тебе вслух? — изумилась леди Эллендейл.

— Да. Сам я, понимаешь ли, не могу удержать книгу, это для меня слишком мелкий предмет, и страницы мне трудно переворачивать.

— Ты не так ее понял: моя матушка удивлена тем, что я наконец сподобился открыть книгу, В детстве она всегда принуждала меня читать. — Лоуренс отыскал книгу в другой картонке. — Знали бы вы, каким синим чулком я теперь стал, матушка. Читаю и насытиться не могу. Все, Отчаянный, я готов.

Леди Эллендейл, смеясь, отошла к самой изгороди и долго смотрела им вслед, заслоняя рукой глаза. Она уменьшалась с каждым взмахом широких крыльев и вскоре скрылась за холмом вместе с парком, домом и башенками.

Глава пятая

Жемчужно-серые тучи, стоявшие в тот день над Лох-Лэгганом, отражались в черной озерной воде. Весна еще не настала, и песок под ледяной коркой на берегу хранил следы осенних приливов. Из леса пахло сосной и свежесрубленным деревом. Отчаянный придерживался усыпанной гравием дороги, которая вела от северного берега к запаснику.

Большие деревянные постройки, стоявшие по четырем сторонам ровной поляны у вершины горы, были открыты спереди и напоминали конюшни. Снаружи работали с металлом и кожей какие-то люди — скорее всего наземные механики, ответственные за снаряжение авиаторов. Никто даже глаз не поднял, когда тень дракона упала на них.

Главное здание походило на средневековую крепость. Толстые каменные стены с четырьмя незатейливыми башнями по углам ограждали громадный двор, а низкий массивный дом примыкал вплотную к горе и, казалось, вырастал из нее. Двор был заполнен почти целиком. Молодой медный регал, вдвое больше Отчаянного, спал, растопырив крылья, на плитах, а двое коричнево-лиловых винчестеров, еще меньше Волатилуса, прикорнули у него на спине. Три жнеца средней величины лежали кучей в другом углу, мерно поводя желтыми, в белую полоску боками.

Лоуренс, спешившись, понял, почему они выбрали для сна именно это место: плиты были теплые, словно что-то грело их снизу. Отчаянный блаженно заурчал и сам растянулся на камне рядом с желтыми жнецами, как только Лоуренс его разгрузил.

Двое слуг вышли их встретить и забрали багаж. Лоуренса провели темными, затхлыми коридорами на зады дома, где оказался еще один двор, обрывавшийся прямо в глубокую заснеженную долину. Над ним строем словно стая птиц кружили еще пять драконов. Строй возглавлял длиннокрыл, легко узнаваемый по черно-белым волнистым узорам, окаймлявшим сумеречно-синие, с оранжевыми концами, невероятно большие крылья. В середине помещалась пара желтых, жнецов, левый фланг занимал бледно-зеленый бронзовик, правый — серебристый дракон с синими и черными пятнами, чью породу Лоуренс затруднялся определить.

19
{"b":"489","o":1}