ЛитМир - Электронная Библиотека

Ник удивленно расширил глаза, потом откинул голову назад и раскатисто рассмеялся.

– Какого дьявола, кузина! Впрочем, вы правы: вообще-то я здесь для того, чтобы просить вас об одной услуге.

Джулия с сомнением посмотрела на него, и он улыбнулся с притворной грустью.

– Своей подозрительностью вы меня просто убиваете. – Ник приложил руку к груди и вздохнул. – Видимо, моя репутация окончательно загублена.

Джулия, не выдержав, рассмеялась. Ник с искренним удовольствием расхохотался вслед за ней; в этот момент он очень напоминал своего кузена.

Внезапно Джулия нахмурилась.

– И все-таки будет лучше, если вы прямо скажете, что вам от меня нужно; это сэкономит нам обоим массу времени.

Ник развел руками, словно признавая свое поражение.

– Сознаюсь, Джулия, я повсюду вас искал.

– Почему же вы не пришли в дом Хантерстона? Миссис Уинстон готовит великолепные пирожные с кремом.

– Общаться с вами посреди толпы ваших поклонников? О нет, это не для меня. Мне нужно было встретиться с вами наедине. – Он снял перчатки и серьезно взглянул на нее. – К тому же Алек дал мне ясно понять, что он не хочет видеть меня рядом с вами.

Эти слова неожиданно взволновали ее.

– Правда? Он так сказал?

– Именно так, – подтвердил Ник, и между его бровей пролегла небольшая морщинка, – причем несколько раз. Виконт фактически угрожал мне насилием, если я проигнорирую его запрет. – Он сунул перчатки в карман. – Такая преданность со стороны мужа нынче не в моде. Он сделает из вас посмешище, если вы его не вразумите.

– Алек вовсе не стремится поступать так, как того требует мода: просто он беспокоится, как бы я по неосторожности что-нибудь не сделала не так, из-за чего вы смогли бы унаследовать состояние.

– А так ли это ужасно? – Он нагнулся к ней и аккуратно завязал развязавшиеся ленты шляпки в изящный бант. Его глаза потемнели. – Вы, моя сладкая, ничего от этого не потеряете. Я стал бы весьма щедрым спонсором для вашего горячо любимого Общества.

– Неужели вы отдали бы мне половину наследства? Его руки замерли у нее под подбородком.

– Половину? Ну, это немного чересчур. Что бы вы сказали о пяти тысячах? Это более чем щедро.

– А вот ваш кузен отдал мне половину.

На лице Ника отразилось невыразимое изумление.

– В самом деле? Вы не шутите? И как же вам удалось столь успешно очаровать моего жестокосердного кузена? – Его взгляд с откровенной наглостью задержался на ее груди. – Смею ли я удостоиться от вас такого же внимания?

Джулия инстинктивно сделала шаг назад.

– Думаю, вам лучше сразу узнать, что я приложу все силы, чтобы наследство вам не досталось.

Ник ухмыльнулся.

– Вы просто прелесть, моя дорогая. Даже горькая правда, исходя из ваших уст, звучит не так жестоко. – Он посмотрел на нее долгим чувственным взглядом, а затем прибавил: – Ваши губы в самом деле восхитительны!

Джулия постаралась подавить раздражение и провела рукой по прохладной кожаной обложке счетной книги. Она устала от легкомысленной пустоты светской жизни, и перспектива израсходовать несколько часов на действительно полезное дело представлялась ей очень заманчивой; а вот трата времени на шутливую болтовню с Ником казалась скучной и бессмысленной. Но она не могла равнодушно относиться к боли, которую всегда видела в глазах Алека при упоминании о Нике. Возможно, сейчас ей представился шанс хоть как-то отблагодарить его за проявленную к ней щедрость.

Джулия взглянула Нику в глаза.

– Алек рассказывал мне, что когда-то вы были друзьями.

Улыбка Ника вмиг растаяла.

– Меня удивляет, что он вообще обо мне вспомнил.

– Не стоит так расстраиваться. – Джулия ободряюще похлопала его по рукаву. – В любой семье не обходится без трений.

Ник изумленно посмотрел на нее.

– Бог мой, вы в самом деле хотите, чтобы мы с Алеком снова подружились?

– Хотела бы. Ведь у вас нет других родственников. – Внезапно Джулия нахмурилась. – Впрочем, я слышала, что у вас есть кто-то во Франции?

Лицо Ника слегка побледнело.

– Да, это правда.

– Но французы так непостоянны! У нас одно время был повар-француз, и вы знаете, ничего хорошего я о нем сказать не могу. – Джулия доверительно наклонилась к своему собеседнику. – На вашем месте я бы не считала французов родственниками.

В ответ Ник только усмехнулся.

– Я и не считаю. Я встречался с ними всего лишь раз и не скажу, чтобы это знакомство оказалось приятным. Они такие же ненормальные, как и моя мать.

– Ненормальные?

– Я вижу, Алек вам кое-что рассказал, но не все.

– Он говорил о пропаже каких-то денег.

Ник небрежно кивнул, словно она спросила о том, будет ли нынче дождь.

– Именно так.

– Их взяли вы?

Его улыбка вновь исчезла. После длительного молчания он произнес:

– Вы первый человек, который задает мне этот вопрос. Джулия широко раскрыла глаза.

– Не может быть! Алек говорил, что вы признались в краже.

– Уверен, он сделал это заключение со слов моего деда.

– Ах вот в чем дело... Ваш дед даже не дал вам возможности высказаться, не так ли? Я замечала, что и у Алека есть склонность к такому поведению.

– Он чрезвычайно похож на деда, но я не могу винить никого из них. Дед ненавидел мою мать и боялся, что Я окажу на Алека тлетворное влияние. Моя судьба была решена в тот миг, когда меня направили в дом Бриджтонов.

– Вам было всего тринадцать лет. Все совершают ошибки, Ник.

Он удивленно взглянул на нее.

– Да, всего тринадцать, но при этом я уже был более развращен, чем любая проститутка, когда-либо переступавшая порог вашего Общества.

Джулия содрогнулась.

– Мне кажется, вы сами хотите, чтобы все думали о вас как можно хуже. Это защищает от того, чтобы на вас возлагали определенные надежды.

Он посмотрел на нее с еще большим удивлением.

– Вы всегда проникаетесь проблемами людей, с которыми встречаетесь, или это одолжение, которое вы оказываете одним неудачникам?

– Вы вовсе не неудачник.

Ник подошел ближе, но Джулия не двинулась с места и только выше подняла голову, чтобы с твердостью встретить его взгляд.

– Я не боюсь вас, Николас Монтроуз!

Он улыбнулся и чуть отодвинулся.

– И вы можете мне полностью довериться?

– Нет, – призналась она. – Но измениться к лучшему может каждый.

Ник на мгновение отвел взгляд.

– Иногда, Джулия, волк остается волком. Не больше и не меньше.

Она кивнула, заслонившись от него книгой, чтобы между ними оставалась хоть какая-нибудь преграда.

– Даже волки заслуживают пристанища.

– А заблудшие души? Не забудьте также о них. – Николас вытащил из кармана карточку и протянул ей. – Вот то, что приведет меня к моей цели.

Джулия взглянула на карточку, но не сделала ни малейшей попытки взять ее в руки.

– Что это?

– Адрес женщины, которой нужна помощь. – Он просунул карточку между страницами ее книги. – Положение у нее просто отчаянное. Если вы ей не поможете, то уже не поможет никто.

Испытывая недоверие, вызванное его подозрительно дружелюбным тоном, Джулия спросила:

– В какой именно помощи нуждается эта женщина?

– Мисс Ламур – актриса, хотя ее успехи на этом поприще весьма плачевные. Управляющий театром намекнул ей, что охотно оплатил бы ее услуги за участие в некоем интимном представлении. Я сомневаюсь, чтобы она ясно осознавала, какая судьба ее ожидает; пока же она, без сомнения, невинна.

Джулия взволновалась не на шутку. Это был великолепный случай проверить эффективность работы Общества.

– Я немедленно встречусь с ней.

– Ну вот, я так и знал, что вы не останетесь равнодушной; однако поторопитесь: некий джентльмен особенно настаивает на ее услугах, причем его намерения явно не могут расцениваться как пристойные. Если никто не вмешается, она навсегда окажется в его сетях. – Он наклонился к ней и понизил голос: – Я знаю этого человека, Джулия. Как только девушка попадет к нему в постель, она тут же ему наскучит, и он выбросит ее, словно грязное белье.

46
{"b":"49","o":1}