ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Беги и живи
Сын лекаря. Переселение народов
Ты должна была знать
Опасная улика
Тайны Торнвуда
Метро 2035. За ледяными облаками
Реальность под вопросом. Почему игры делают нас лучше и как они могут изменить мир
Экспедиция в рай
Паиньки тоже бунтуют

Дуновение прохладного воздуха напомнило Алеку о том, что они все еще находятся в коридоре, и он, тяжело дыша, сжав ее руки, отступил назад.

– Джулия, любовь моя, нам нельзя здесь оставаться! Пойдемте ко мне в комнату. – Обняв ее, он сделал шаг по направлению к раскрытой двери, уже представляя свою огромную кровать и то, как она будет на ней выглядеть, лежа обнаженной на мягком покрывале.

– Нет!

Сердце Алека гулко забилось.

– Но почему? – осевшим голосом спросил он.

Она пристально взглянула на него: глаза ее казались совсем темными от переполнявшего ее желания.

– Моя комната ближе.

Прежде чем он успел что-нибудь ответить, Джулия повернулась и, пройдя по коридору, открыла дверь и в следующее мгновение исчезла за ней, оставив за собой только слабый аромат корицы.

Алек озадаченно смотрел ей вслед. Это он, мужчина, опытный в отношениях с женщинами, должен управлять развитием всей ситуации; но, как он уже начал понимать, контролировать Джулию было просто невозможно.

Снова показавшись в двери, она поманила его пальцем; ее волосы цвета меда, рассыпавшись по плечам, длинными шелковистыми змейками спускались на грудь, повторяя ее изгибы. Алек нервно сглотнул. Стоило ему по-думатьотом, что эти пряди вот-вот коснутся его рук, лица, груди, как в горле у него пересохло.

Подобно марионетке, неспособной противиться воле хозяина, Алек направился к ней.

Джулия остановилась около кровати и стала нервно расправлять складки сорочки, в то время как Алек, войдя и закрыв за собой дверь, прислонился к ней спиной, стараясь унять бешено колотящееся сердце. Эта кружевная сорочка, словно призрак, столько ночей маячила перед ним в его грезах, что он уже потерял им счет. К тому же Джулия оказалась намного соблазнительнее, чем он себе представлял: белизна ее кожи цвета сливок могла поспорить с нежнейшим кружевом, а ее грудь, маленькая и упругая, была словно создана для его рук.

В два шага он оказался рядом с ней. Нервными движениями дрожащих пальцев она попыталась расстегнуть ряд пуговиц, на которые сзади застегивалась ее сорочка, но Алек накрыл ее пальцы своими ладонями.

– Не порвите, любимая. Возможно, мне захочется, чтобы вы снова ее надели.

Она послушно убрала руки и, перекинув волосы на одну сторону, опустила голову, позволяя ему расстегнуть пуговицы. От напряжения у нее побелели суставы пальцев, глаза неотрывно следили за ним. Расстегивая очередную пуговицу, Алек целовал обнаженную кожу, которая представала его глазам. Дорожка его поцелуев протянулась от ее шеи по спине до изящного изгиба бедер; при этом Джулия вся дрожала, но не отстранялась.

Когда Алек расстегнул последнюю пуговицу, ее сорочка – роскошная паутина кружев – соскользнула на пол. Джулия повернулась к нему, и он увидел, что она вся порозовела. Алек попробовал в последний раз воззвать к своему разуму, но Джулия уткнулась лицом в его шею. Ее дыхание обжигало его, пряди волос водопадом струились по его рукам.

Боже, он желал ее так, как еще никого до сих пор! Отстранившись, Алек смотрел во все глаза на ее лицо, пленительные губы, невероятно длинные и пушистые ресницы, обрамлявшие сверкающие глаза, твердый подбородок, который сейчас легко подрагивал. Запах ее тела смешивался с ароматами лимона и корицы, ее вечными спутниками. Во взгляде изумрудных глаз Джулии сквозила безудержная страсть, и ему пришлось стиснуть зубы, чтобы преодолеть безумное желание тут же повалить ее на пол и погрузиться в ее негу.

– Дорогая, я не хочу, чтобы вы боялись. Я не могу обещать...

И в ту же минуту Джулия приникла к нему, явно испытывая желание вместе с ним упасть на кровать. Она обнимала, ласкала его всего – руки, грудь, бедра, так что его последние сомнения растаяли перед силой ее страсти.

Ее груди, коснувшись его груди, напряглись, и Джулия тихо застонала. Тогда он обхватил ее за бедра и приподнял над собой, так что ее лицо оказалось на одном уровне с его лицом, а ее тело словно парило над ним.

– Ближе, – прошептала Джулия, от переполнявшего се желания глаза у нее стали почти черными.

– Не торопитесь, любимая, – хрипло произнес Алек. – Не будем спешить.

Ее дыхание, горячее и неистовое, отдавалось у него в ушах. Алек закрыл глаза и стиснул зубы, пока она с мучительной дотошностью изучала его тело – ширину груди и плеч, силу и упругость рук, а он лежал, зажав в кулаках простыню, чтобы его почти неуправляемое естество раньше времени не освободилось.

Везде, где касались ее руки, вслед за ними оказывались и губы Джулии, и эти невесомые прикосновения еще больше расшатывали его самообладание.

Ее пальцы начали ласкать его торс... и вдруг остановились. Алек открыл глаза. Она смотрела на его мужское естество.

На какое-то мгновение он подумал, что ее может отпугнуть это зрелище, но, когда она подняла на него глаза, он понял, что ошибался.

Не сказав ни слова, Алек снова притянул се к себе. Поток ее волос обхватил их обоих, и руки Джулии заскользили по его бедрам, слегка их касаясь, пока он не сжал зубы в восхитительной агонии. Когда ее пальцы скользнули на внутреннюю поверхность его бедер, он слегка хлопнул ее по спине и завел ей руки за спину.

– Ради Бога, не делайте этого. Еще не время. Застонав, она прижалась к нему, обхватив его ногу своей. Под напором ее испепеляющей страсти у него исчезли все остатки прежних рыцарских намерений.

Устроившись между ее бедрами, Алек проник в самую ее суть, и, как только ее влажное лоно поглотило его плоть, она резко выгнулась. У нее вырвался крик, но он поцелуем заглушил боль, понуждая ее пройти это в преддверии ожидающего впереди удовольствия. Постепенно убыстряя темп, он все дальше увлекал ее за собой в поток страсти.

Джулия обхватила ногами его бедра, охотно подчиняясь его ритму. Алек наслаждался непосредственностью ее реакций, их сладостью. Она отдавалась ему полностью, без остатка.

Когда он подумал, что дольше уже невозможно сохранять остатки самообладания, Джулия, громко вскрикнув, обхватила его за плечи и прильнула к нему, после чего мощные волны наслаждения повели их к завершению, к погружению в море блаженства...

Когда его дыхание немного успокоилось, Алек перекатился на край кровати и снова прижал Джулию к себе, а она, удовлетворенно расслабившись, с наслаждением покоилась в его объятиях. Будучи настолько же ненасытной в своей страсти, как и в своих чувствах и делах, Джулия целиком поглотила все его мысли и стремления, уведя по дороге любви гораздо дальше, чем когда-либо простиралось его воображение.

Алек опустил веки, ожидая, пока ее сердце вернется к обычному ритму. Когда он наконец открыл глаза, то увидел, что Джулия лежит, опершись на локоть, и внимательно смотрит на него, словно стремясь навсегда запечатлеть в памяти каждую его черту.

Алек улыбнулся ей. Им обоим все еще до конца не верилось в то, что произошло лишь минуту назад, они наслаждались атмосферой покоя и умиротворенности, окутавшей их словно кокон. В это мгновение Алек почувствовал, что готов на любые свершения.

Он провел кончиком пальца по изящной линии ее ключицы.

– Вы похожи на лисичку, любовь моя. По-моему, вы меня укусили.

Джулия взглянула на его шею, и краска медленно стала заливать ее белоснежную грудь.

– О, простите!

Усмехнувшись, Алек прижал ее к себе и перевернулся на спину так, что она, оказавшись над ним, уткнулась лицом ему в подбородок.

– Не нужно так расстраиваться. Я вас просто дразнил. Джулия спрятала лицо, уткнувшись в его шею, и, после долгого молчания спросила:

– Алек, все прошло хорошо?

Алек приподнял ее лицо и посмотрел ей в глаза.

– Просто превосходно!

Она положила ладони ему на грудь и взглянула на него с сомнением.

– Надеюсь, я все делала правильно, но все же не уверена...

Он широко улыбнулся и пригладил прядь волос у нее за ухом.

– О, вам не в чем упрекнуть себя. – Он уловил беспокойство в ее взгляде и нахмурился. – Вам было больно?

55
{"b":"49","o":1}