ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Любовь понарошку, или Райд Эллэ против!
Самый богатый человек в Вавилоне
Дело о сорока разбойниках
Внутренняя инженерия. Путь к радости. Практическое руководство от йога
Возвращение в Эдем
Интимная гимнастика для женщин
Ключ от тёмной комнаты
Всегда при деньгах. Психология бешеного заработка
Точка наслаждения. Ключ к женскому оргазму
Содержание  
A
A

Хочу привести наугад имена людей столь различных убеждений, таких, как Филипп Лабро, романист, киноработник и генеральный директор РТЛ, или же звезда рекламы Жак Сегела, которые тоже включились в борьбу с наркотиками. Бывший президент французской федерации футбола Састр стал казначеем нашего фонда, и на его приглашение отозвались доктора Оливенштейн и Шварценберг.

Наши государственные деятели тоже не остались в стороне: они меня приняли и внимательно выслушали.

В беседе с Миттераном в Елисейском дворце, несмотря на всю серьезность обсуждаемой темы, не обошлось и без юмора, – А что вам предлагает господин Ширак? – спросил он. Тут я, желая преодолеть заранее все возможные между ними разногласия, ловко поймал мяч, посланный в сетку ворот:

– То же, что и вы…

Прощаясь со мной, Франсуа Миттеран пообещал даже подыскать какую-нибудь работу в Елисейском дворце для молодого человека, сумевшего победить наркотики.

Жак Ширак, который принял меня в саду Матиньон, дал такое же обещание, что и президент Республики. Но я не намерен позволить убаюкать себя обещаниями и, клянусь, без колебаний позвоню в колокольчик у входа в оба правительственных парка, чтобы удостовериться, выполнены ли они на деле.

Я чувствую себя облеченным важной миссией, какой бы скромной она ни казалась. Я рассчитываю на заразительность собственного примера.

Я чувствую, что настроен на одну волну с молодыми. Ежедневно я получаю около тысячи писем и надеюсь, что постепенно я узнаю весь комплекс интересующих их проблем. Не так уж много авторов писем просят у меня автограф или фотографию с подписью. Большинство обращаются ко мне за советом, выражая мне полное доверие. Я никогда не был тем человеком, о котором любители сплетен и пересудов могли рассказать пикантные историйки. Нет, Мишель Платини, поскольку возможно, не украшал столбцы скандальной хроники. Почему? Потому что, как мне кажется, Мишель Платини, когда снимает свои бутсы, становится обычным человеком, как тысячи других, как все.

Молодые мне доверяют, так как, глядя на меня, у них всегда складывалось впечатление безмятежности, спокойствия, внутренней гармонии. Все пересуды, клеветнические измышления обо мне могут касаться только моего ремесла.

Во Франции, где существует более двух с половиной миллионов безработных, молодым людям приходится несладко в поисках своего первого рабочего места. В результате именно они становятся излюбленной мишенью для наркотиков. Наркотическое опьянение становится для них отдушиной.

Итак, сыграем «в обводку» с наркотиком, забьем ему как можно больше голов, выиграем у него «поле», взорвем, словно динамитом, своими настырными, хорошо организованными атаками его бетонную защиту. Не дадим ему захватить нас, защитим себя точными ударами, хладнокровно нанесенными в нужный момент и в нужном месте. Отберем у него «мяч», то есть мучительные переживания из-за перспективы остаться без работы, оказаться никем, болезненным типом, очутившимся на задворках общества, лишенным уверенности в завтрашнем дне, которую это общество может предложить… правда, за весьма дорогую цену!

Более того, если молодой человек выбирается с помощью лечения из тисков наркомании, он уже ею «зачумлен», она до бесконечности уменьшает и без того мизерные его шансы получить работу, освоить какое-то ремесло. И довольно часто молодой человек вновь прибегает к наркотикам.

В Сент-Сиприене, в Восточных Пиренеях, на своем «Большом стадионе» уже в течение нескольких лет я постоянно принимаю молодых людей, ставших жертвами наркомании. Я не требую от них ни одного су. Они лишь должны серьезно заниматься спортом – футболом, баскетболом, теннисом, неважно чем, – только чтобы избежать коверкающего их жизнь опьянения табаком, алкоголем или наркотиками.

Я ничего не могу им предложить, кроме своего увлечения спортом, кроме примера одиннадцатилетнего пацана, который сумел преодолеть свои физические недостатки и обидное прозвище Карлик, который, вместо того чтобы стать капитаном «трехцветных», мог превратиться в сварливого конторского бумагомараку.

Каждую неделю, даже тогда, когда меня скручивали в бараний рог критики, даже в периоды спада и депрессии, я находил время, чтобы навестить растерявшихся молодых людей, для которых жизнь имела горький привкус. Они старались выполнять данные мне обязательства заняться каким-либо видом спорта, проникнуться чувством индивидуальной ответственности, а я пытался их утешить, вселить в них уверенность: «Знаешь, чудный пас, замечательный дриблинг, пот, пролитый на поле, удовольствие от игры в футбол являются как раз самым желанным противоядием».

Увы, не всегда удавалось одерживать победы. Некоторые из этих молодых людей вновь опустились на дно. Но никто из них не посмеялся над тем, что я им говорил по дружбе.

Играя в «Нанси», в «Ювентусе», в «Жёфе» и в команде «трехцветных», я всегда следовал принципу: играть в футбол только для того, чтобы забивать голы. Может, не так, как это делал Герд Мюллер, которого я бесконечно уважаю, но который был «забивальщиком» и только. Скорее на манер Пеле, Круиффа, Маццолы или Дейны. Их искусство забивать голы являлось разумным продолжением той стратегии, которая соединяла в себе одновременно понимание игры, «оркестровку» всей команды, а также «чутье гола», которое тут же проявлялось, стоило кому-нибудь из них приблизиться к шестнадцатиметровой отметке, этой магической зоне противника.

Забивать, забивать, забивать – такова единственная цель игры, и я счастлив оттого, что играл в Италии тогда, когда «катеначчио», глухая защита, начинала уже основательно ветшать… Это, однако, не значит, что поборник атаки не должен уметь защищаться.

Когда я заявил о моем намерении начать публичную кампанию под собственным именем по спасению наркоманов, нашлось немало людей, которые показали мне «красную карточку». И вот, чтобы заставить замолчать этих каркающих воронов, этих дурных арбитров, я должен был уйти в защиту и наносить ответные удары. Слава богу, в линии защиты моей команды находился настоящий Мариус Трезор в лице доктора Клода Оливенштейна. Он написал мне очень сердечное письмо. Приведу из него несколько строк: «Как всегда, вы обладаете правом на главное. Вы поняли, что вызволить кого-то из тисков наркомании, не предлагая при этом ему никакого шанса в жизни, нельзя, это неизбежно приведет к полному провалу всего вашего начинания. Предлагая работу молодым людям, преодолевшим этот тяжкий недуг, на предприятиях, вы претворяете в жизнь нашу мечту, мечту профессионалов-медиков, которые с беспокойством и болью наблюдают за тем, как погружаются в отчаяние наши мальчики и девочки. Спасибо за то, что вы такой, какой есть, рассчитывайте на нашу поддержку, а также на помощь тех профессионалов, которые вот уже более двадцати лет ведут борьбу с наркотиками».

Я всегда говорю: двигатель моей жизни – страсть. Она может быть отдана футболу или шахматам. Теперь я хочу отдать ее тем молодым, которых охватило отчаяние, у которых не было в жизни шанса иметь таких родителей, как Анна и Альдо Платини. Именно по этой причине я решил обратиться к предприятиям, к муниципалитетам и даже к футбольным клубам. Правда, если завтра «Бордо» или «Пари-Сен-Жермен» возьмут к себе таких юношей, то это еще не означает, что они вскоре заиграют на зеленом газоне стадиона «Лескюр» или «Парк-де-Пренс»!

Когда я играл свои последние матчи за «Ювентус», журналисты спрашивали меня, собираюсь ли я начать кампанию борьбы против наркомании в Италии. «Дайте мне время прежде начать ее во Франции», – отвечал я.

Завершив футбольную карьеру, я займусь тысячей дел, но никогда не прекращу свой долгий матч против наркотика – врага, которого нужно во что бы то ни стало победить.

Я не ведаю, смогу ли остаться лояльным игроком (каким, надеюсь, и был на протяжении всей своей карьеры) в матче с таким необычайно агрессивным противником. Я слишком уважаю молодость, юношество, детство. Слишком глубоко во мне сидит прелестное воспоминание о мальчике-коротышке, которому едва исполнилось десять лет и который в день своего первого матча в футболке клуба «Жёф» забил свои два первых официальных гола. До сих пор помню, как растягивал сетку забитый мною мяч.

57
{"b":"494","o":1}