ЛитМир - Электронная Библиотека

Он бесшумно, чуть приоткрыв дверь, скользнул в щель. В этот момент Карлина, что-то напевая про себя, подкручивала фитиль в лампе. Она уже скинула верхнюю — черную — рясу и теперь была в длиннополой серой полотняной рубахе. Уменьшив огонек пламени, она принялась расплетать косу. Вот этого Полу совсем не хотелось. Ночи здесь холодные, если она совсем разденется, как везти ее по морозу? Одеть ее он не сможет. И не желает… Он подобрался сзади и, чуть придерживая руку, ударил ее кулаком по голове. Девушка беззвучно опустилась на пол, только на лице вдруг обозначилась гримаса боли. Пол наклонился к ней, послушал и с облегчением понял — дышит. Потом завернул ее в черную робу — просто накинул на голову и спустил вниз, рукав кляпом забил в рот. Дышать она могла, поднять, крик — нет. Правда, очнувшись, она могла подать мысленный призыв о помощи — это был самый уязвимый пункт плана. Теперь следует незаметно добраться до берега, подтянуть лодку… Только бы она не очнулась, тогда ему не уйти с острова живым… Харел притушил лампу, выглянул наружу — на тропинке, в подступившей уже ночной мгле, никого не было. Пол собрался с духом и бегом бросился к воде. Все остальное делал машинально, скоро… Добравшись до берега, быстро водрузил Карлину на спину коня, сам сел в седло и ходкой рысью погнал скакуна по вьющемуся вдоль берега проселку. Пока женщина не пришла в себя, надо было отъехать как можно дальше. Когда добрался до холмов, где ждали его люди, тут же перенес Карлину в заранее приготовленный паланкин, задернул шторки, сам сел на запасного коня.

— Вперед!

Они ехали всю ночь — привал сделали лишь с восходом солнца. Следовало дать передышку лошадям. Пол соскочил с коня, на ходу сжевал сухой паек — времени на приготовление горячей пищи не было, затем подошел к паланкину, отдернул занавеску…

Карлина уже очнулась — лежала на боку и отчаянно пыталась освободить связанные руки. Лицо ее было открыто, она плакала…

— Я ничего не повредил, домна? Если вы хотите, я освобожу вам руки.

При звуках его голоса женщина отпрянула в угол паланкина.

— Бард, — наконец выговорила она. — Я так и думала, что это ты. У кого бы еще хватило смелости бросить вызов Аварре!

— Я никаких богинь не страшусь, — признался Пол.

— Я об этом прекрасно осведомлена, Бард мак Фиана. Но на этот раз это святотатство тебе даром не пройдет.

— Я не хочу спорить по этому поводу, тем более заводить философский диспут. Однако хочу заметить, что если даже ваша богиня существует, то она не помешала мне забрать вас с так называемого Святого острова. Не думаю, что и теперь она защитит вас. Если мысль о том, что она накажет меня, утешает вас, тешьтесь ею. Я пришел всего-навсего поинтересоваться — не мешает ли вам узел на руках? Если мешает, могу развязать его. Конечно, если вы дадите слово чести, что не будете пытаться бежать.

Карлина с ненавистью глянула на него:

— Как только у меня появится такая возможность, я сразу убегу.

«Чертова баба, — с неожиданно прихлынувшей злобой подумал Пол, — она еще свое получит».

Он задернул занавески, отошел в сторону, однако гнетущее томительное чувство безнадежности, какой-то совершенной им нелепой, но уже непоправимой ошибки овладело им. Он встряхнул головой — в первый раз, что ли? Для того и испытания, чтобы их преодолевать.

5

По дороге в Астурийский замок Бард получил неприятное известие. Офицер догнал его и доложил, что на третий день после сражения все наемницы из Ордена Меча явились к нему, потребовали плату и тут же оставили лагерь.

Бард удивленно глянул на помощника.

— Я же щедро расплатился с ними, взял под свою личную защиту, — он явно не мог сдержать раздражения. — Они объяснили причину?

— Да. Они заявили, что наши люди обесчестили их сестер, захваченных в плен, а вы, лорд-генерал, не наказали обидчиков. Сказать по правде, по мне — так лучше. Уехали — хлопот будет поменьше. Знаете, есть в них что-то такое… Одним словом, с ними не просто. Бабы — и на войне! Каково? Однако они имели наглость, — тут офицер помрачнел, — добавить еще несколько слов. Даже не решаюсь произнести их… Помните, когда мы совершили набег на остров Безмолвия, тамошняя старая сука, перевозчица, грозила нам карами. Вот эти чертовы меченосицы выразились примерно так же.

Бард нахмурился. Упоминание об острове Безмолвия навело его на мысль о Поле. Пора бы ему вернуться. Если, конечно, проклятье Аварры не настигло его на дороге. Офицер, ехавший рядом, неправильно истолковал мрачный вид командира — решил, что того гнетет мысль о тогдашней неудаче, и решил отвлечь.

— Никогда бы не подумал, лорд-генерал, что эта бабья шайка посмеет поступить с нами подобным образом. Они точно все свихнулись, вкупе со своей таинственной богиней, разве не так? С ними лучше вообще не иметь дел. Если мне будет позволено дать совет, я бы настаивал, чтобы больше никаких сношений с этими меченосицами у нас не было. Вы слышали? Они выкупили своих пленных и забрали их с собой. Заявили, что не знали, что их подруги сражаются на другой стороне, что никогда они не поднимут меч против своих сестер. И прочий вздор… Сумасшедшие, не так ли, господин? Хвала богам, что они оставили нас.

— Тех пленниц, которые были подвергнуты насилию, они не убили? Я слышал, что в подобных случаях они их убивают, если те не успели сами наложить на себя руки.

— Убили?! Как раз наоборот. Охрана слышала, как они вместе плакали в палатках. Они и оружие выкупили и вернули им, приодели — солдаты все с них сорвали, помните? — добыли лошадей и все умчались. Я бы сказал — как можно доверять подобным женщинам, у которых нет ни капли чувства долга? Вы понимаете, господин?

Прибыв в замок, Бард первым делом послал доложить дому Рафаэлю и Аларику о себе. Потом передал коня конюху и в этот момент заметил лошадь Пола, стоявшую у коновязи. Когда вошел в приемный зал, брат, хромая, поспешил к нему, заключил в объятья.

— Бард, — объявил король, — здесь твоя жена. Принцесса Карлина.

Эта новость — вернее, то, что об этом знали и отец, и брат, — ему не понравилась.

— Это точно она? — спросил Волк. Его вдруг прошиб холодный пот. Стало холодно, невмоготу терпеть…

— Она приехала в паланкине как раз перед тобой. Твой рыцарь Паоло Херил сопровождал ее, — объяснил Аларик. — Но мне кажется, тебе лучше жениться на Мелисендре. Хотя бы ради Эрленда… Как можно такого мальчика держать в недестро? Как только меня коронуют, я первым делом узаконю его. В любом случае он всегда останется твоим сыном, женишься ли ты на Мелисендре или нет.

— Она в своих старых апартаментах?

— В каких же еще? — Аларик удивленно глянул на него. — Я распорядился, чтобы ее проводили туда, приставил к ней женщин, они должны помочь ей принять ванну. Она была в пути весь день, должно быть, очень устала, вся в пыли.

Неужели это возможно, по-прежнему чувствуя озноб, подумал Бард, что Карлина приехала добровольно?

Аларик между тем продолжал:

— Паоло предупредил, что она очень устала, чтобы с кем-то видеться. Еще он попросил приставить к ней женщин. Непонятно, зачем он упомянул об этом — я и сам бы догадался, что она нуждается в слугах. Она же дочь короля Одрина и твоя жена. Когда мы устроим церемонию ди катенас? Если хочешь, я сам проведу ее. Говорят, это высокая честь, когда король благословляет влюбленных.

Бард поблагодарил брата и попросил разрешения удалиться.

— Тебе впредь не следует просить меня об этом, — ответил Аларик. — Как глупо! Я всегда забываю и мучаюсь с этими идиотскими правилами. Даже отец родной должен спрашивать моего соизволения прийти и уйти.

Комнаты Барда располагались рядом с апартаментами принцессы. Когда главнокомандующий вошел к себе, там его ждал Пол.

— Я смотрю, — сухо сказал Бард, — тебя можно поздравить. Она вернулась по своей воле?

Пол помотал головой, потом показал длинную, все еще кровящую царапину на щеке.

86
{"b":"4949","o":1}