ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Казалось, что время до следующего приема пищи тянулось бесконечно. Даллит подошла и села рядом с Дэйном, взяв его за руку. Роксон приблизился к двери клетки и вел тихим шепотом переговоры со своим человеком из камеры по другую сторону коридора. Райэнна, совершенно игнорируя свое же собственное требование, ходила из угла в угол с озабоченным и довольно странным видом. Движения ее казались резкими и нервозными. Даллит сердито посмотрела на Райэнну, которая, уловив этот взгляд, тотчас же отправилась на свою кушетку и сделала вид, что спит. Один лишь Аратак выглядел совершенно спокойным. Он сидел скрестив свои конечности, а его слабо подрагивавшие жаберные крышечки тускло светились. Однако Марша внешнее спокойствие друга в заблуждение не вводило. Неизвестно, что помогало человеку-ящерице сохранять столь безразличный вид… Медитация ли по примеру бесконечно мудрого Божественного Яйца или же просто на его лице не могли отражаться свойственные людям эмоции? Все-таки Марш чувствовал, что и Аратак внутри весь кипит, что он взволнован не меньше Райэнны.

А время все тянулось и тянулось… Вдруг Даллит, тихонько вскрикнув, села прямо. Лицо ее вытянулось и побелело, глаза засветились особым блеском. Райэнна, которая, по-видимому, наблюдала за девушкой из-под прикрытых век, немедленно вскочила и заняла свое место возле решетки. Аратак напрягся. По камерам пронесся шепоток. Произошло это минутой раньше того момента, когда клацающий звук возвестил пленникам, что мехары сняли блокировку дверных замков.

Дэйн медленно направился к дверям, ощущая и буквально осязая атмосферу всеобщего напряжения. Он подумал: «Остальные тоже, похоже, почувствовали, что надвигаются события. Теперь уже ничего не поделаешь, остается лишь надеяться, что никто случайным движением или словом не выдаст нас мехарам».

Двое разносчиков шли по коридору, подавая подносы с разноцветной маркировкой в каждую из камер по очереди. Мехары почти поравнялись с дверью камеры Дэйна и его друзей, которые затаив дыхание ждали, боясь поспешить и в то же время не желая пропустить единственно правильный момент для начала атаки. Все шло как обычно, один из мехаров выкладывал подносы, а второй шел позади с готовым к бою ружьем. Разносчик закончил свою работу и повернулся, собираясь катить тележку обратно. В тот момент, когда тележка эта на долю секунды заблокировала проход, Дэйн и Аратак бросились на спину мехару.

Марш рубанул разносчика ребром ладони по шее. Львообразное существо, упав, дико зарычало, а его напарник нажал на курок своего ружья. Дэйн, услышавший шипение разряда, сделал нырок. Кто-то за его спиной истошно закричал. Но времени оборачиваться и смотреть, что случилось, у Дэйна не было. Первый противник успел подняться на ноги и с рыком бросился на землянина, который встретил его, приняв боевую стойку. Марш нанес мехару сильный и точный удар ногой с разворота. Любому, даже тренированному землянину, пришлось бы туго, но пират устоял и продолжил свою атаку, оскаливая зубы и обнажая когти. Краем глаза Дэйн успел заметить, что толпа людей из соседней клетки окружила вооруженного мехара. Сбив охранника с ног, узники вырвали из его лап оружие и принялись изо всех сил пинать распростертое на полу тело. Аратак схватил противника Дэйна сзади своими могучими лапищами; мехар, вырываясь, отчаянно сопротивлялся. Подоспевшая Даллит с поистине кошачьей ловкостью вырвала из-за пояса мехара его ружье, но охранник изловчился и задел своими когтями руку девушки. Из рваных ран брызнула кровь. И тут произошло нечто невероятное! Девушка швырнула ружье Райэнне и бросилась на врага. Тихоня обратилась в фурию, которая рвала ногтями, колотила руками и била ногами поваленного наконец мехара, подбираясь к глазам пирата.

Дэйну едва удалось оттащить Даллит от поверженного врага.

— Ни к чему убивать его, — бросил Марш, после прикосновения которого Даллит немедленно успокоилась и задрожала. — Снимай с него пояс! Вот так! Молодец. Аратак, ты — сильнейший, надевай, тебе должно удаться больше, чем любому из нас, когда мы окажемся в парализующем поле.

Сказав это, Дэйн застегнул на своей талии второй пояс и подумал: «Мы вдвоем едва смогли разоружить одного мехара! Будем надеяться, что не все восемьдесят членов команды нападут на нас одновременно».

— Давайте! — бросил Дэйн сквозь зубы. — Выходите из камер. Мы не знаем, сколько времени пройдет, пока остальные мехары заметят, что двое их товарищей не вернулись с кормежки животных, и отправятся узнать, что же их задержало.

Взбунтовавшиеся узники пошли по коридору прочь из отсека для рабов, и тут Дэйн впервые забеспокоился. Его ведь доставили в камеру в бессознательном состоянии, и теперь он спрашивал себя, в какой стороне находится, например, капитанский мостик или помещения, где живут остальные члены команды, или где располагаются системы управления? Марш обратился с этим вопросом к Роксону, который негромким голосом отдавал указания остальным узникам.

— Мы все прибыли сюда без сознания, — ответил Роксон. — Таков обычай мехаров. Однако думаю, что мы находимся на нижнем уровне, а значит, нам еще идти и идти.

Возглавляемые пилотом, все зашагали по извилистому коридору, который вел все время вверх. Освобожденные узники шли бестолковой толпой, и Дэйн с беспокойством подумал: «Мы — руководители — должны держаться вместе! Остальные, которые лишь присоединились и не знают наших планов, могут стать большой помехой, когда дойдет до дела!»

Дэйн и вместе с ним Даллит протолкались сквозь толпу вперед к Роксону. Райэнна схватила Даллит за руку.

— Быстро! Где мехары?! Что они замышляют?

Казалось, девушка не слышала обращенных к ней вопросов. Ее губы дрожали. Внезапно она издала вопль ужаса, и одновременно с этим Дэйн увидел, что Райэнна, споткнувшись и упав, безуспешно пытается подняться. Прочие узники тоже валились на пол и медленно, точно через силу, двигали руками и ногами, тщетно стремясь встать.

«Парализующее поле!» — промчалось в голове у Дэйна. На него благодаря поясу охранника поле не оказывало никакого действия, а Даллит, изо всех сил вцепившись в Марша, просто висела на его руке.

Вдруг девушка завизжала:

— Они знают? Знают! Они ждут нас…

Роксон, опиравшийся на ружье и потому устоявший на ногах, как в замедленном кино, поднимал руку, будто силясь привлечь к себе внимание. Дверь впереди открылась, и из нее выскочили шестеро вооруженных мехаров. Видимо, они отключили поле, так как некоторые из пленников стали тяжело подниматься, с трудом обретая способность двигаться. Аратак прыгнул вперед, атаковал одного из мехаров и, получив ответный удар, отскочил назад. Человек-ящерица, издав высокий отрывистый боевой клич, вновь бросился на противника. Роксон поднял ружье и прицелился в одного из пиратов, но выстрелить не успел. Мехар опередил его, пустив в ход свое оружие первым. Роксон рухнул, забившись в конвульсиях.

Дэйн дрался стиснув зубы, в мрачной надежде, что прежде, чем он окажется сам поверженным на пол, ему удастся убить одного или даже двух мехаров, которые все прибывали и прибывали. Некоторые из пленников сдавались, умоляя о пощаде, некоторые уже лежали на полу, сраженные жестокими ударами работорговцев, но главные заговорщики упорно продолжали биться. Марш видел, что даже Даллит дерется с двумя противниками с последней отчаянной храбростью затравленного зверя, который уже понял, что ему не спастись. Вдруг кто-то нанес Маршу страшный удар по голове.

Проваливаясь во тьму, Дэйн подумал: «А ведь я все-таки оказался прав. Они ждали, что мы нападем, и даже обрадовались этому. Но почему?»

Его вопрос так и остался без ответа…

5

Голова Дэйна раскалывалась, ему казалось, что руки у него сломаны в запястьях. Марш открыл глаза и обнаружил, что находится в совершенно незнакомой ему камере. Одна рука Дэйна была прикована к стене цепью длиною в шесть футов. У противоположной стены, точно таким же образом ограниченный в свободе передвижений, находился Аратак. Райэнна спала на полу, Даллит сидела поодаль, обхватив колени руками, и неотрывно смотрела на Марша. Когда тот открыл глаза, девушка воскликнула:

12
{"b":"4956","o":1}