ЛитМир - Электронная Библиотека

Глава 9

— Меч, меч таинств потерян… а теперь — и чаша, чаша, и все Священные реликвии!.. Все потеряно, все утрачено, все отнято у нас!

Этот крик разбудил Моргейну. Однако, когда она на цыпочках подобралась к двери комнаты, где спала Врана, — как всегда, одна, как всегда, соблюдающая молчание, — оказалось, что девушки, приставленные к Вране, спят; они ничего не слышали.

— Все было тихо. Владычица, — заверили они Моргейну. — Может, тебе приснился скверный сон?

— Если это вправду и был сон, то он приснился не мне одной, — но и Вране тоже, — сказала Моргейна, глядя на безмятежные лица девушек. С каждым годом ей все сильнее казалось, что жрицы из Дома дев выглядят все моложе и все больше походят на детей… Ну разве можно доверять им священные тайны? Они же сущие девчонки! Девушки с едва оформившейся грудью… что они могут знать о жизни Богини — жизни мира?

И снова оглушительный вопль разнесся над Авалоном, грозя переполошить всех вокруг.

— Вот! Теперь вы слышите! — воскликнула Моргейна. Но девушки лишь испуганно уставились на нее.

— Неужто ты грезишь с открытыми глазами, Владычица? — спросила одна из них, и Моргейна поняла, что на самом деле этот крик горя и ужаса был беззвучен.

— Я войду к ней, — сказала Моргейна.

— Но тебе нельзя… — начала было какая-то девушка, и тут же попятилась, позабыв закрыть рот — словно лишь сейчас осознала, с кем она говорит. Моргейна прошла мимо девушки, согнувшейся в поклоне.

Врана сидела на кровати; ее длинные распущенные волосы спутались, а в глазах плескался ужас. На миг Моргейне подумалось, что старой жрице и вправду приснился кошмар, что Врана странствовала дорогами сновидений…

Но Врана покачала головой. Нет, она совсем не походила на человека, который никак не может отойти от сна. Врана глубоко вздохнула, и Моргейна поняла, что жрица пытается заговорить, преодолев годы молчания; но голос словно не желал подчиняться ей.

В конце концов, дрожа всем телом, Врана произнесла:

— Я видела… видела это… предательство, Моргейна, предательство проникло в самое сердце Авалона… Я не разглядела его лица, но я видела в его руке великий меч Эскалибур…

Моргейна успокаивающе вскинула руку и сказала:

— На рассвете мы посмотрим в зеркало. Не надо, не говори — не мучай себя, милая.

Врану все еще била дрожь. Моргейна крепко сжала руку Враны и увидела в колеблющемся свете факела, что собственная ее рука сделалась морщинистой и покрылась старческими пятнами, а пальцы Враны напоминают узловатые веревки. «Мы с ней пришли сюда юными девушками из свиты Вивианы; и вот мы обе — старухи… — подумала Моргейна. — О, Богиня, сколько же лет прошло…»

— Но я должна говорить, — прошептала Врана. — Я слишком долго молчала… Я продолжала безмолвствовать даже тогда, когда боялась, что это произойдет… Слышишь гром и грохот ливня? Приближается буря, буря, что обрушится на Авалон и смоет его… и тьма опустится на землю…

— Ну что ты, что ты, милая! Успокойся, — прошептала Моргейна и обняла дрожащую жрицу. Может, Врана повредилась рассудком? Может, это было лишь наваждение, горячечный бред? Ведь никакого ливня нет! Над Авалоном светила полная луна, и яблоневые сады белели в ее свете. — Не бойся. Я останусь здесь, с тобой, а утром мы посмотрим в зеркало и узнаем, что же случилось на самом деле.

Врана улыбнулась, но улыбка ее была печальна. Она забрала у Моргейны факел и погасила его; и во внезапно воцарившейся тьме Моргейна увидела сквозь щели отдаленную вспышку молнии. Мгновение тишины — и донесшийся откуда-то издалека приглушенный раскат грома.

— Это был не сон, Моргейна. Буря надвигается — и мне страшно. У тебя больше мужества, чем у меня. Ты жила в миру, ты знаешь истинные горести — не сны и видения… Но, быть может, и мне придется выйти в мир и навеки отказаться от молчания… и я боюсь…

Моргейна устроилась рядом со старой жрицей, укрыла ее и себя одеялом, обняла и так и лежала, пока Врана не перестала дрожать. Лежа в тишине и прислушиваясь к дыханию Враны, Моргейна вспомнила тот вечер, когда она привезла на Авалон Нимуэ — как Врана пришла к ней тогда, чтоб вновь приветствовать ее на Авалоне… «Почему-то мне кажется теперь, что эта любовь была единственной истинной за всю мою жизнь…» Врана положила голову ей на плечо, и Моргейна нежно прижала подругу к себе, утешая и успокаивая. Они пролежали так довольно долго — и вдруг раздался оглушительный удар грома. Женщины испуганно вскинулись, и Врана прошептала:

— Вот видишь…

— Успокойся, милая. Это всего лишь буря.

Едва лишь Моргейна произнесла эти слова, как обрушился ливень, стремительный и мощный, и за ним ничего уже нельзя было расслышать. По комнате принялся гулять холодный ветер. Моргейна молчала, сжимая руку Враны. «Это всего лишь буря», — подумала она. Но страх Враны отчасти передался и ей, и Моргейна почувствовала, что ее тоже начало трясти.

«Буря, что обрушится с небес и разрушит Камелот, и уничтожит все, чего добился Артур за годы мира…»

Моргейна попыталась призвать Зрение, но гром словно заглушал всякие мысли. Моргейне оставалось лишь лежать, прижавшись к Вране, и повторять про себя: «Это всего лишь буря, просто буря — дождь, ветер и гром, — а вовсе не гнев Богини…»

Сколько ни бушевала гроза, но в конце концов все-таки, стихла, и когда Моргейна проснулась, все вокруг было чистым, словно умытым. На бледном небе не было ни облачка; капли воды мерцали на каждом листике и срывались с каждого стебля травы — как будто весь мир окунули в воду и забыли отряхнуть, а высохнуть он не успел. Если та буря, о которой говорила Врана, и вправду разрушила Камелот, неужто поутру мир был бы так прекрасен? Почему-то Моргейне казалось, что это не так.

Проснувшаяся Врана взглянула на Моргейну; глаза ее были расширены от ужаса.

— Мы сейчас же пойдем к Ниниане, — сказала Моргейна, спокойно и рассудительно, как всегда, — а потом — к зеркалу, пока солнце не взошло. Если на нас и вправду обрушился гнев Богини, нужно узнать, чем мы его заслужили.

Врана жестом выразила согласие. Но когда они уже оделись и готовы были выйти из дома, Врана коснулась руки Моргейны.

— Иди к Ниниане, — прошептала она, с трудом заставляя повиноваться отвыкшие от работы голосовые связки. — Я приведу… Нимуэ. Она — часть этого…

Потрясенная до глубины души Моргейна едва не принялась возражать Вране. Но затем, взглянув на светлеющее небо, подчинилась. Быть может, Врана узрела в недобром вещем сне, для чего Нимуэ попала сюда, и потому и избрала девушку для затворнической жизни. Моргейна вспомнила тот день, когда Вивиана объявила ей самой о ее предназначении, и невольно подумала: «Бедная девочка!» Но на все воля Богини, и все они — в Ее власти. Тихо спустившись в мокрый сад, Моргейна увидела, что окружающий мир не так уж безмятежен и прекрасен, как показалось ей после пробуждения. Ветер безжалостно оборвал яблоневый цвет, и теперь сад был усыпан белыми лепестками, словно снегом. Да, этой осенью яблок не жди…

«Мы можем вспахать и засеять поле. Но лишь Ее милость дарует нам урожай.

Так чего ж тогда я беспокоюсь? Все будет так, как пожелает Богиня…»

Моргейне пришлось разбудить Ниниану, и та, похоже, здорово разозлилась. «Нет, она — не истинная жрица, — подумала Моргейна. — Мерлин сказал правду — Ниниану избрали лишь потому, что в ее жилах течет кровь Талиесина. Наверное, пора перестать притворяться, будто Ниниану можно счесть Владычицей Авалона. Пора мне занять свое законное место». Моргейна вовсе не желала оскорблять Ниниану, равно как и не хотела, чтоб остальные подумали, что она отстранила Ниниану ради власти. Ей вполне хватало той власти, которой она располагала… Но крик Враны непременно разбудил бы всякую истинную жрицу, избранную Богиней. И все же эта женщина, стоявшая перед Моргейной, каким-то образом прошла испытания, без которых никому не получить жреческого сана; Богиня не отвергла ее. Так что же Она судила Ниниане?

38
{"b":"4957","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Вдохновляй своей речью. 23 правила сторителлинга от лучших спикеров TED Talks
Верные враги
Врач без комплексов
Пластмассовая магия
Мусорщик. Мечта
Скорпион его Величества
Где валяются поцелуи. Венеция
Брачный контракт на смерть
Князь Холод