ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Цендри хорошо помнила вбиваемые в студентов заповеди — не задавай лишних вопросов и воздерживайся от лекций и выступлений на скользкие темы, — поэтому постаралась говорить как можно бесстрастней.

— Вы не совсем правы, леди Миранда. — Цендри постаралась улыбнуться. — На мирах Единого Сообщества мужчины отнюдь не играют главенствующей роли. Да, — поправилась она, — лет пятьсот назад в таких мирах, как Аполлон и Пионер, имело место некоторое неравенство между мужчинами и женщинами. В то же самое время на той планете, где жила я, мужчины никогда не доминировали, а на Университете равенство мужчин и женщин гарантируется законом.

Миранда недоверчиво посмотрела на Цендри и усмехнулась.

— Я не совсем подготовлена к такому сообщению, ученая дама, — она кокетливо улыбнулась, — однако ваши заявления полностью противоречат всему, чему меня учили.

Цендри мягко улыбнулась.

— Разумеется, мне не убедить тебя, леди Миранда, но наиболее простой способ — проверить мои слова. Почему бы вам не послать наиболее, — она замялась, выбирая слово, — подходящих студенток на Университет. Тогда ваши женщины смогли бы увидеть, как их примут и как к ним будут относиться. На Университете ценятся только два качества — талант и способность к учебе.

Леди Миранда рассмеялась.

— Сам факт, что мужчины оценивают талант и способности женщины, говорит об их предвзятом отношении и о неравноправии, — ответила она. — И это несправедливо. Независимыми учеными давно доказано, что мозг среднего мужчины меньше, чем мозг женщины, а что касается физических качеств, то в подростковом возрасте девочки выше и тяжелее мальчиков. Кроме того, после достижения половой зрелости мужчины нестабильны в своем поведении, ими руководит половой инстинкт, он настолько овладевает ими, что они становятся неспособны к учебе. Разумеется, мальчиков еще можно как-то обучать, но только лишь самым примитивным вещам. И вообще, в обществе, где властвуют мужчины, люди могут дойти до такого абсурда, что начнут утверждать, будто зрелых, взрослых мужчин можно чему-то научить.

«Я не должна вступать в споры и не должна защищать ни Единое Сообщество, ни Университет», — внушала себе Цендри и дипломатично ответила:

— Я думаю, что ты говоришь основываясь только на своем личном опыте, но я уверяю тебя — на Университете очень много выдающихся ученых-мужчин.

Миранда кивнула, и вдруг по блеснувшим в ее глазах озорным огонькам Цендри поняла, что ее разыгрывают. Она не подала виду и продолжала выслушивать внешне почтительные, но хитроватые фразы Миранды.

— Ну разумеется, ученая дама, — возразила Миранда. — Так вас учили думать, и вы верите этому. Провести же свои собственные исследования вам и в голову не приходит.

Цендри поняла все и сказала то, что скорее всего и хотела услышать Миранда:

— Давайте надеяться, что в один прекрасный день, леди, ваши посланцы смогут рассудить, кто из нас с вами прав.

Миранда внимательно посмотрела на Цендри и дружески улыбнулась.

— Будем надеяться! И как я хотела бы быть среди этих посланцев. Знаете, совсем недавно советники Верховного Матриарха рассматривали возможность отправки на Университет нескольких наших девушек. Нам нужны контакты с Единым Сообществом, мы бедны, у нас слабые технологии. Нам необходимы знания по сельскому хозяйству, математике, экологии. — Она помолчала. — К тому же Матриархат уверен, что мы несем ответственность перед всеми женщинами Единого Сообщества и должны показать им образец идеального общества в действии, поскольку, не зная его, они не поймут, как выглядит самое прекрасное, самое разумное общество на свете. А увидев Матриархат, женщины Единого Сообщества обязательно изберут наш путь. Но не все так просто. — Она огорченно вздохнула. — Здесь много таких, кто не хочет и слышать об этом, Это какие-то параноики, они считают или притворяются, что считают, будто бы миры Единого Сообщества только и ждут подходящего момента, чтобы напасть на нас и утвердить свои ужасные мужские порядки. Они беспрестанно говорят, что, если мы свяжемся с Сообществом, нас ожидает то же, что произошло с колонией на Лабрисе. Вы, конечно, слышали эту историю?

— Я знаю только, что колония на Лабрисе погибла, — ответила Цендри. — Согласно официальной версии, администрация слишком увлеклась нововведениями, неверно рассчитала скорость своего солнца и направила поселенцев в мир с нестабильной орбитой. Документов об этом я читала не много, но все сходятся в одном — катастрофа явилась следствием страшной бюрократической ошибки, за которую Единое Сообщество заплатило слишком дорогой ценой. По моему мнению, никакие ссылки на ошибки не освобождают от ответственности за потерю стольких жизней. Однако кое-кто говорит, что все было сделано специально и все происшедшее является результатом заговора против Матриархата.

— Да, — грустно подтвердила Миранда. — Именно так здесь и считают. Поэтому меня и называют предательницей только за то, что я хотела бы отправиться учиться на Университет…

— Думаю, что когда-нибудь твоя мечта осуществится, — как можно ласковее ответила Цендри, и Миранда радостно улыбнулась.

— Как я хотела бы увидеть другие миры. Меня нисколько не пугает, что ими управляют мужчины. — Она засмеялась громко, с вызовом. — Я не боюсь их влияния, на меня оно не подействует! Я отвергаю власть мужчин! Мне противна сама идея зависимости от них!

Миранда говорила вполне серьезно, и Цендри показалось уму непостижимым, что эта молодая красивая женщина, к тому же беременная, могла выражать столь откровенное пренебрежение и даже отвращение к мужчинам. Если бы Цендри разговаривала с Мирандой на своей родной планете, она ответила бы примерно так: «Милая девушка, ты даже не представляешь, сколько мужчин пытались бы установить над тобой свою власть, и, поверь мне, она не так неприятна, как тебе кажется. Даже более того, она может дать тебе ни с чем не сравнимое наслаждение. Во многих случаях доминирование мужчины над женщиной несет ей только радость».

Но Цендри находилась в мире Матриархата и не могла сказать ничего подобного. Она посмотрела на Миранду и подумала, что девушка просто бравирует своей независимостью, в отсутствие мужчин женщины часто говорят подобные вещи. «Не исключено, что здесь такого рода высказывания и демонстрация независимости в поведении считаются нормой». Поэтому Цендри просто улыбнулась.

— Значит, ты хотела бы учиться на Университете? — спросила она Миранду. — А как ты думаешь, здесь много женщин, которые хотят того же?

— Уверена, что много, — не задумываясь ответила девушка. — Когда в колледже Ариадны сообщили о том, что ученой даме ди Вело понадобятся помощницы и тот, кто хочет стать им, может записаться, от желающих отбоя не было. Но есть и такие, кто считает ваши исследования святотатством. Они утверждают, что из-за ваших исследований мы можем лишиться любви и заботы Строителей.

— Лю… — Цендри успела прикусить язык. В волнении она сглотнула и медленно произнесла: — Извини, Миранда, ты сказала «лишиться любви и заботы Строителей»? Я не ослышалась? — спросила Цендри, втайне надеясь на то, что она именно ослышалась.

— Нет, вы правильно меня поняли, — обрадованно проговорила Миранда. — Я так и сказала: «любовь и забота Строителей». И вы это сами почувствуете, ведь вы женщина.

«Все предельно ясно, — размышляла Цендри, — и очень печально. Даже не представляю, как я смогу хладнокровно изучать Руины, оставленные Строителями, в то время как все население считает их величайшими святынями. Судя по выражению глаз Миранды, их преклонение перед Строителями граничит с идолопоклонством».

Положа руку на сердце, Цендри могла честно сказать, что ее вообще не интересовало, исследовались ли Руины или нет. Об этом пусть волнуется Дал, ей же все происходящее только на руку. Чем дольше будет откладываться работа по исследованию Развалин, тем лучше. Она сможет свободно делать записи и изучать это удивительное и трудновообразимое, почти невероятное общество Матриархат.

10
{"b":"4961","o":1}