ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Ивин Александр

Гуси к чужому обеду

Александр Ивин

Гуси к чужому обеду

Требуются для интересной работы за рубежом бывшие "коммандос"", десантники, военные специалисты. Тел.: Кэмберли, 3356.

Газета "Дэйли экспресс", 2 июня 1975 г.

Большинство этих людей оказались просто бандитами в униформе.

Фредерик Форсайт, "История Биафры"

Бирмингем, декабрь 1974-го

Убийца неторопливо протер бритву полотенцем, полюбовался на отблеск лампы в стальном лезвии и снова посмотрел на мертвую женщину. Сегодня получилось красиво - обнаженная блондинка на розовой простыне и ярко-алое пятно на всю подушку. Он заглянул в её сумочку, сгреб несколько скомканных купюр (монеты не брал принципиально); поднял упавшее на пол одеяло, прикрыл им бедра убитой; перед уходом, не торопясь, выкурил сигарету и выключил свет. Рано утром ночной портье ушел на выходные, его сменщик закрытой дверью номера не интересовался, так что тело обнаружили только через трое суток.

Глава первая. Последствия первого шага.

1

- Сэр, у вас на правом боку свежий шрам, массаж его не потревожит?

Массажистом в этой турецкой бане, спрятавшейся в переулках лондонского Сохо, работал невысокий мускулистый турок Абдулла; своим искусством владел вдохновенно - ещё его прадед начинал брадобреем в легендарных банях оттоманского Стамбула; мастерство передавалось от поколения поколению; переехав в Англию, семья продолжила традицию.

- Если не будете мять на этом месте ребра, я выдержу, - ответил уложенный на кушетку Боксон.

- Я буду осторожен! - заверил Абдулла.

Несколько минут он молча разминал распаренное тело Боксона, потом снова заговорил:

- Этот шрам очень похож на след от пули, а вот на левом боку у вас старый шрам от осколка...

- Вы разбираетесь в огнестрельных ранах, уважаемый? - спросил Боксон.

- Я воевал в Корее, сэр, и кое-что видел...

- Говорят, что на той войне в штыковом бою туркам не было равных...

- Истинная правда, сэр, поэтому мне так смешны кинофильмы про карате и кунг-фу - я видел китайцев в рукопашной - ничего особенного!..

Боксон понимающе усмехнулся, а Абдулла продолжал:

- У вас очень загорелое лицо и руки, вы, наверное, недавно вернулись из Родезии...

- Я вернулся сегодня утром, уважаемый, из Гватемалы...

- Было тяжело?

- На войне как на войне, - в пехоте легко не бывает...

- Да, сэр, вы совершенно правы!.. - Абдулла приступил к ногам Боксона, и тот почувствовал, как гнутся кости, потом турок сильно и осторожно промял в ступнях суставы, потом с нажимом провел ладонями от пяток до затылка. Пожалуйста, не пугайтесь, сэр, сейчас вы узнаете настоящий турецкий массаж... Мой отец, мир его праху, вставал на спину клиента ногами, а вы мужчина крупный, уверен, без усилий выдержите мой вес...

- Согласен!

Абдулла легко запрыгнул на спину Боксона, мелко перебирая ногами, пробежался вдоль позвоночника, потоптался на пояснице, также легко соскочил на пол. Боксон с шумом выдохнул:

- Отлично!

- Сейчас немного разгоним кровь, - сказал Абдулла, растирая Боксона легкими движениями, - а потом рекомендую откушать виноград и фрукты - в нашем заведении придерживаются заповедей пророка, и не подают вина...

Завернувшись в благоухающую чистотой простыню, Боксон блаженно разлегся в деревянном кресле на краю бассейна; турецкий мальчик принес поднос с фруктами; сладкий холодный виноград в сочетании с ненавязчивой восточной музыкой казался началом мусульманского рая. "Интересно, Абдулла действительно сделал мне турецкий массаж, или просто изобразил очередную псевдо-восточную легенду?" подумал Боксон.

В соседнем кресле отдыхал пожилой джентльмен, похожий на Невилла Чемберлена - такая же прическа, такие же седые усы. Джентльмен мог показаться спящим - глаза были закрыты, но время от времени, не открывая глаз, он точным движением брал со своего подноса очередную виноградину и отправлял в рот. Боксон последовал его примеру и тоже закрыл глаза. Настоящая турецкая баня своеобразный клуб, можно находиться в общем зале и быть уверенным - никто не нарушит душевного уединения.

Хорошее редко бывает долгим - через некоторое время от роскошной виноградной грозди осталась общипанная веточка. Съев ещё персик, Боксон заказал кофе и рахат-лукум. Кофе готовили тут же, в зале, на глазах клиента в одной из стенных ниш стояла жаровня с раскаленным песком; серебряные кофейнички, изрисованные арабскими письменами, источали такой восхитительный аромат, что бодрость возвращалась в расслабленное массажем тело ещё до первого глотка. Прозрачные ломтики рахат-лукума, обсыпанные сахарной пудрой, в сочетании с кофе убеждали, что жизнь прекрасна, что впереди ещё много радостных дней, и что за счастьем надо непременно заходить только в турецкие бани.

Следующим этапом этого дня Боксон запланировал приобретение респектабельного вида.

Продавец в магазине готовой одежды "Челленджерс", худой длинноносый парень с бледным лицом, сопровождал нового покупателя от отдела к отделу.

Сначала выбирали костюм. Боксон сразу отказался от предложенных парижских моделей:

- В Париже делают моду для слаборазвитых государств, истинный центр мировой мужской моды - это Нью-Йорк...

Американские костюмы в "Челленджерс" были представлены в достаточном ассортименте - только через десять минут Боксон смог определиться: светло-серый костюм-тройка от Гарри Мак-Макса, в стиле "высший бизнес-класс". В соответствии с традицией магазина, к костюму прилагалась белоснежная сорочка торговой марки "Челленджерс".

- Судя по вашему телосложению, вы не чужды спорта, - предположил продавец, - у нас имеются великолепные блейзеры, мы можем подобрать к ним пуговицы любого лондонского клуба...

- В следующий раз - непременно! - пообещал Боксон.

В отделе галстуков Боксон взглянул на стойку с клубными образцами - пара семестров, проведенных когда-то в Кембридже, являлась достаточным основанием для приобретения галстука расцветки этого университета, но Боксон предпочел что-нибудь менее официальное; ограничился сувенирным шотландским экземпляром цветов клана Мак-Ферсон. К выбранному галстуку прилагалось полдюжины соответствующих носовых платков.

В отделе обуви оказались по ноге и к настроению темно-коричневые классические туфли датской компании "ЭККО".

В галантерейном отделе не менее тщательно были выбраны серебряные запонки неброской геометрической конфигурации - аксессуары должны гармонировать между собой, рядом со стальным корпусом швейцарских часов "Брайтлинг" золото выглядит вызывающе вульгарно.

Все остальное - белье, носки, кожаные изделия, - также соответствовали общему комплекту и высокое качество сочеталось с не менее высокой ценой.

В примерочной кабинке Боксон переоделся во все новоприобретенное, старую одежду продавец упаковал в пакет и отправил с рассыльным по указанному адресу.

Электронный аппарат принял кредитную карточку и доказал платежеспособность покупателя.

На улице Боксон остановил такси:

- Отель "Парк оук", пожалуйста!

2

Отель "Парк оук" представлял собой восьмиэтажное безликое здание, одно из многих, торопливо воздвигнутых в послевоенные годы на месте оставленных нацистскими ракетами "Фау-2" развалин.

- Как пройти в номер 430? - спросил Боксон у портье.

- Лифт на четвертый этаж, сэр, сразу по коридору направо!

На четвертом этаже, пройдя по очень вытертой ковровой дорожке в указанном направлении, Боксон постучал в дверь с медной табличкой "430". Замок щелкнул, дверь открылась, и высокий смуглый мужчина в синей куртке молча вопросительно посмотрел на посетителя.

- Я - Чарльз Боксон, мы договаривались о встрече в шесть часов...

- Прошу вас! - произнес владелец синей куртки и широко распахнул дверь. Присаживайтесь! - он указал на стоящие у журнального столика кресла и представился: - Мое имя - Джо Стокман.

1
{"b":"49616","o":1}