ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Трэйтол взял со стола листочек бумаги для заметок и написал на нем несколько слов. Ренье прочитал написанное и произнес:

- Что вы хотите?

- Мы хотим Эухенио Пеллареса, причем неоднократно и навсегда. Расскажите нам все интимные подробности ваших взаимоотношений.

Мартин Ренье не счел нужным выдерживать паузу на размышление. Когда беседу ведут люди, понимающие друг друга с полунамека, любая пауза является только лишь глупой потерей времени.

- Пелларес обратился ко мне две недели назад. Рекомендации у него были от постоянных клиентов из Колумбии. О них меня лучше не спрашивайте. Я проверил данные, на это ушла неделя. Потом начались переговоры. Пелларесу требовалась тысяча несложных в обращении винтовок, наиболее оптимальный вариант - старый "маузер", они дешевы, просты и надежны. Для нападения на какую-нибудь латифундию достаточно. Мы договорились, он внес предварительный задаток десять тысяч долларов и попросил длительный тайм-аут - десять дней, так как основной массив его наличных имеет весьма сомнительное происхождение, требуется разработать схему отмывки. С наименьшими потерями это можно сделать через некоторые африканские страны - их банковские структуры не всегда поддаются контролю. Точнее, абсолютно не поддаются контролю, - поправился Ренье. - Следующий его визит должен состоятся завтра в полдень, в чем я, однако, сильно сомневаюсь - Пелларес не идиот. Все.

- Каковы ваши предположения о возможности возобновления контакта с Пелларесом?

- Если он захочет возобновить контракт, а иного выхода у него нет - потеря десятитысячного задатка для него чертовски болезненна, то сначала он должен связаться со мной по телефону. Сроки ожидания его звонка непредсказуемы.

- Тогда сформулируем вопрос так, - в разговор вступил Боксон. - В какой стране Пелларес начнет возобновление контракта, если принять во внимание повышенную опасность его пребывания в Бельгии?

Ренье неопределенно развел руками, потом уверенно произнес:

- Скорее всего, во Франции!

- Почему вы в этом так уверены? - спросил Трэйтол.

- Потому что в Германии у меня нет контактных телефонов, а уезжать слишком далеко от Бельгии Пелларес не может - сделки такого рода не подлежат телефонному обсуждению. В свою очередь, я могу встретиться с Пелларесом во Франции - контракт достаточно велик, чтобы я сам приехал на встречу с клиентом. Хотя, в сложившейся ситуации...

Ренье обречённо махнул рукой и погрузился в созерцание висевшей на стене картины - пейзаж с охотниками, неизвестный фламандский мастер, школа Рубенса, куплено за бесценок весной 1945-го у спасающего свою шкуру коллаборациониста, в то безумное время на американские консервы обменивались целые фамильные коллекции...

- Тогда следующий вопрос, - продолжил беседу Боксон. - Каким образом мы можем выйти на Пеллареса и встретиться с ним?

Мартин Ренье удивленно вытаращил глаза:

- Да откуда ж мне знать!? Разве что только в тюрьме!

- Разумная мысль, господин Ренье! - сказал Трэйтол. - Думаю, что оставлять у вас номер нашего телефона не следует - ведь внезапно объявившийся Пелларес может завладеть им и использовать в своих преступных интересах. Поэтому мы будем сами наведываться к вам и осведомляться о развитии торговой операции, которой обязуемся не мешать. Каких-либо обязательств от вас не требуется. Счастливо оставаться!

Последние слова Трэйтол произнес уже в дверях. Ренье не отреагировал.

- Твои предложения, Чарли? - спросил Трэйтол, усаживаясь за руль желтого "фольксвагена".

- Полагаю, сидеть в засаде у конторы Ренье бессмысленно - Пелларес на эту улицу уже не придет. Надеяться ли на удачу бельгийской полиции? Допустимо, но Пелларес не какой-нибудь магазинный воришка, хотя его европейские связи не так обширны, как американские и потому в выборе вариантов своих действий он ограничен. Попробуем поставить себя на место команданте Эухенио... Что бы я сделал, будь я Пелларес?..

Некоторое время они сидели молча, рассматривая в свете фар афишную тумбу со следами картечи. Потом Боксон сказал:

- Завтра с утра отправляйся в резидентуру, возьми данные на Анджелу Альворанте. Если бы я был Пелларес, то не вернулся бы к Ренье - засада настолько очевидна, что лучше потерять десять тысяч долларов, чем самому нацепить на себя наручники.

- А если Пелларес предполагает именно такие наши рассуждения? - спросил Трэйтол.

- Возможно, - Боксон вынул из перчаточного ящика пачку сигарет "Лаки Страйк", повертел её в руках и положил обратно. - Но на эту улицу сам Пелларес никогда не придет. В лучшем случае здесь появится какой-нибудь посыльный с письмом. Склады бельгийца находятся в Мексике. Я бы даже предположил, что контакт с Ренье будет там, но таскать за собой четыре сотни тысяч долларов через границы и океаны туда и обратно?.. Итак, два варианта. Первый: Пелларес отказывается от сделки с Ренье. Второй: сделка будет продолжена. Что бы ты выбрал?

- Я бы отказался от сделки, - выбрал Трэйтолю. - Но я не Пелларес.

- Правильно! Поэтому завтра я зайду в гости к моему приятелю Леопольду Фришману - по моей наводке он заграбастал двух живых революционеров, теперь он мой должник.

Когда желтый "фольксваген" подъехал к отелю, Боксон подвел итог:

- Пелларес не вернется в Брюссель, но не уедет из Европы. Мы его возьмем!

7

Боксон явился в отдел по расследованию убийств рано утром. Фришман взволнованно спросил:

- Чарли, ты пришел подарить мне ещё парочку террористов?

- Нет, Лео, я пришел воспользоваться своим правом первой ночи!

- Ты выражаешься крайне витиевато, объясни!..

- Леопольд, ты все отлично понял! - улыбнулся Боксон. - Мне нужно поговорить с гватемальскими парнями. Желательно до того, как с ними поговорит гватемальский консул.

- Чарли, к ним на прием уже собралась такая очередь, что я скоро буду составлять долгосрочное расписание контактов! Пять минут назад поступил запрос от карабинеров Италии - они интересуются связями своих "красных бригад" с латиноамериканскими группировками. Последний раз такой ажиотаж был, когда я упаковал серийного убийцу - от журналистов и психиатров не было отбоя!..

- Лео, мне нужна неофициальная встреча! Не отказывай мне, а то в следующий раз моей информацией воспользуется кто-нибудь другой...

Фришман укоризненно покачал головой:

- Чарли, как ты бесконечно груб в своих гнусных домогательствах!.. Пошли, раненый парень лежит в тюремном госпитале, с ним можно поговорить, не привлекая внимания персонала...

- Я очень благодарен тебе, Леопольд, но заодно расскажи-ка мне несколько подробностей об этом парне...

...Гватемалец Карлос Вентозо не успел закончить третий год обучения в деревенской школе - люди из латифундии сеньора Насименто застрелили учителя прямо в классе, а когда дети в ужасе разбежались, школу подожгли. Прибежавший на звуки выстрелов сельский священник был заколот штыком, так что маленькая деревянная церковь целый год стояла без присмотра. Уважаемого сеньора Насименто совершенно не интересовала какая-то деревенская церковь - по воскресеньям его семья посещала мессу в городском соборе, в жаркие дни высокие каменные своды храма долго хранили ночную прохладу...

Через несколько лет Карлос стал бойцом партизанского отряда. Там, в сельве, он начал изучать английский язык - среди партизан оказались несколько бывших студентов университета. Карлос не сразу смог понять, что делают в рядах повстанцев эти сыновья богатых родителей. Старшие товарищи разъяснили парню основы классовой борьбы, а также необходимость временного сотрудничества с прогрессивно настроенными представителями буржуазии - после окончательной победы пролетариата все общество пройдет основательную чистку. В окончательной победе никто не сомневался - иначе не могло быть. Вентозо стал хорошим бойцом. Когда товарищу Пелларесу понадобился надежный грамотный парень для поездки в Европу, руководство боевой колонны порекомендовала взять его. Карлос не подвел своего команданте.

8
{"b":"49617","o":1}